Читаем без скачивания По ту сторону любви - Энн Мэйджер

- Ревнуешь даже к винограднику? - Он нежно улыбнулся. Его губы почти касались ее губ. - Когда-нибудь, когда ты действительно станешь взрослой, Дина, ты поймешь, что тебе не следовало ревновать. Ты очень много значишь для своего деда и для меня. Тебе не надо было бороться за нашу любовь. Ты ее всегда имела.

- Правда, Морган?

- С первого дня, как я увидел тебя.

- Но все эти годы ты ничего не говорил мне об этом. Ты так много работал.

- Я работал для здоровья. Тебе было всего шестнадцать лет, а я любил тебя, несмотря на твою ненависть. Мне надо было дождаться, пока ты вырастешь.

- Но ты встречался с другими девушками?

- Они не имели для меня значения. Только ты...

Разговор внезапно оборвался.

Трепетная тишина окутала их. Он обхватил ее плечи и прижал к себе ее дрожащее тело. И поцеловал ее губы сначала нежно, а потом со все возрастающей страстью. Ее руки скользили по его плечам, пальцы ерошили его мягкие черные волосы. Дрожа, как испуганный зверек, она отвечала с восторгом на его любовь.

- Ты представить себе не можешь, какие это адские муки любить шестнадцатилетнюю, - шептал он, целуя ее снова и снова. - Ты была самой бессердечной на свете девчонкой.

- Могу себе представить.

Без сомнения, Морган мог бы овладеть ею в первый же день по возвращении домой. Но он хотел продлить эту сладостную прелюдию к полной близости на всю жизнь. Он хотел быть уверен в ее чувствах к нему.

В течение этого золотого времени она продолжала ходить в колледж, а он подолгу работал на винограднике. Надо было отремонтировать и наладить кучу всяких вещей. Кое-что было запущено в отсутствие Моргана, а Брюс был в Сан-Франциско. Несмотря на их занятость, Дина никогда не чувствовала себя такой счастливой, полной ожидания. Она не могла расстаться с Морганом. Когда она приходила из колледжа, он бросал работу пораньше и ухаживал за ней.

Они гуляли по Напа-Вэлли как туристы. Морган катал ее на монгольфьере. Воздушный шар запускали со стоянки автомобилей "Вин-тидж-1870", отреставрированной винодельни со множеством магазинов и ресторанов. Шар быстро набирал захватывающую дух высоту, так что слезы стали застилать глаза радужными полосками. Дика крепче прижалась к Моргану, когда они поднялись над окутавшим землю туманом и мягко поплыли, подгоняемые ветром, над Напа-Вэлли.

Чем выше они поднимались, тем крепче Дина держалась за Моргана. Она разглядела внизу очертания столетней винодельни и вскрикнула от восторга.

- Смотри, Морган. Вон старинные подвалы Эшкол. Теперь это виноградники Трефетен...

- Я знаю. - Он не смотрел вниз. Он был всецело поглощен красотой женщины, которая была в его объятиях.

Монгольфьер поднялся на три тысячи футов, и им открылась вся тридцатипятимильная долина. К северу маячил усеченный конус горы Святая Елена, потухший вулкан, охраняющий долину, как крепость. Виноградники растекались с горы, как золотая лава, окружая маленькие городишки Калистогу и Святую Елену.

В другой раз Морган повез ее в северную часть долины, к винодельне Стерлингов. Виноградники Стерлингов расположились на большом холме, сквозь них просвечивали белые здания с закругленными колокольнями, напоминая греческий монастырь в Эгейском море. Пока вагончик канатной дороги нес их к вершине горы, Морган и Дина сидели в стальной корзине рука об руку. Затем они бродили по винодельне, почти не замечая романтического окружения, поглощенные только друг другом. Виноградник внизу горел золотом в лучах заходящего солнца. Семена дикой горчицы еще не высыпались в землю.

- Я рассказывала тебе когда-нибудь легенду о горчичном семени? - спросила Дина, прислонившись к белой стене. Морган прижал ее своим теплым телом.

- Не помню, - прошептал он, приподнимая ее волосы и целуя в затылок.

- Так вот, легенда гласит, что, когда отец Антимира впервые посетил Напа-Вэлли в 1823 году, он привез с собой мешок с семенами горчицы, в котором нарочно была проделана дырка.

- Очень интересно, - сказал он отсутствующим тоном. Он следил только за движением ее губ.

Она с трудом проговорила:

- Ты ведь не слушаешь.

- Да нет же, слушаю, - прошептал он с улыбкой.

- Ну вот, мешок с семенами взвалили на одного из осликов отца Алтимира, чтобы они могли равномерно сыпаться по пути. Когда отец возвращался через несколько месяцев, он легко нашел дорогу - просто шел вдоль ленты растущего золота.

Морган рассмеялся от радости, что ее рассказ окончен и можно поцеловаться.

- Я не слышал этой истории. Зато я знаю, что вся эта полезная растительность сохраняет влагу и является зеленым удобрением.

- Ну и познания.

- Занятие фермерством не так уж романтично, Дина. А я - фермер.

- Очень романтичный фермер, - мурлыкала она, в то время как он целовал ее.

Они долго не произносили ни единого слова, пока не вспомнили, что кругом люди. Он изо всех сил прижимал ее к себе.

- Я хочу быть с тобой наедине.

Она молча кивнула и поцеловала его, подходя к вагончику. Они были целиком поглощены поцелуями.

В один из вечеров он пригласил ее в чудесный ресторан в Домэн-Шандоне, на винограднике расцветающей французской фирмы шампанских вин. За изысканной трапезой из лососины и шампанского они тихо ворковали, держась за руки, стараясь как можно лучше узнать друг друга.

Она снова изливала душу, какой несчастной от ревности чувствовала себя в детстве.

- Вряд ли у кого из нас было легкое детство, - сказал он наконец.

Он был мрачен, и она поняла, что он вспоминает свое собственное детство, которое перешло в такую беспокойную юность.

- Ты никогда мне не рассказывал о своем детстве, - закинула она удочку.

- Когда-нибудь потом. Мне все еще трудно вспоминать то время. Я хочу одного - все забыть.

- Морган...

- Это называется самосохранением. Дина. Я не могу выворачивать себя наизнанку, как герой мыльных опер. Могу тебе сказать только одно...

- Что?

- Я был в Лос-Анджелесе. Видел мать.

Дина не знала, что сказать. В его глазах была такая обида, что она просто крепче стиснула его руку под столом.

Он продолжал своим низким голосом:

- Знаешь, я думал, что никогда больше не захочу ее видеть. Я думал, что она умерла для меня. Я жаждал этого! Мне не надо было ехать к ней! Но наша бывшая соседка, которая всегда помогала мне в самых невыносимых ситуациях и с которой я время от времени перезванивался, попросила меня поехать! Она сказала, что мать очень больна. Это было ужасно. Алкоголь так разрушил ее, что она с трудом понимает происходящее. Когда она наконец узнала меня, то пришла в бешенство. Она так меня ненавидит. Она заставила себя поверить в свои же выдумки. Все время спрашивала меня: почему ты так похож на него? Я не знаю, что она этим хотела сказать!

Долгое время они не разговаривали. Они просто были вместе, но после того вечера, когда они говорили о прошлом, между Диной и Морганом возникла новая близость. Она поняла какую-то жизненно важную вещь в нем. Несмотря на кажущуюся самоуверенность, прошлое преследовало его.

В ту пятницу после обеда, пока Грациела убирала посуду со стола, Морган прошептал:

- Тебе два дня не надо ходить в колледж, а Брюс звонил и сказал, что не вернется до вторника. Почему бы нам не смыться? Я знаю одно очень романтическое местечко.

Они смотрели друг на друга горящими глазами. Чувственное напряжение в комнате накалилось до крайности. Ее сердце бешено колотилось. А он продолжал:

- Когда я ездил в Лос-Анджелес, моя старая подруга предложила мне пожить на ее ранчо в Марине. Вместо этого я приехал сюда - к тебе. Мы можем сегодня туда отправиться, вместе.

Она страстно поцеловала его в ответ, так что у него перехватило дыхание.

Дом на ранчо, окруженный скалами, врезающимися в Тихий океан, был таким большим и красивым, что напоминал мавританский дворец. Морган и Дина ходили из комнаты в комнату, одна роскошнее другой, выходящие на океан.

- Морган, кому принадлежит это имение?

- Я говорил тебе. Подруге.

- Очевидно, она очень богата.

- А также знаменита. Она актриса, - улыбнулся он ее любопытству.

- Как.., твоя мать?

- Как когда-то моя мать. - Он помрачнел. - Дина, я не хочу о ней говорить.

Дине тоже вдруг расхотелось. Тема была слишком опасной, а ей хотелось совсем другого.

- Моя подруга держит лошадей. Чистопородных арабских скакунов, - сказал Морган. - Я попросил ее человека по имени Джо оседлать двух лошадей. Он сказал, что у них в конюшне есть кобыла со спокойным нравом, как раз для тебя.

Моргану захотелось скакать на лошадях в разгар ночи, в то время как ей хотелось только одного - оказаться в его объятиях! Горькое разочарование разозлило ее.

- Дай мне жеребца! Я езжу не хуже тебя! - огрызнулась она негодующе.

- Мой котенок сейчас настоящий лев.

- Морган, я езжу верхом так же хорошо, как и ты.

- Ну, положим, хорошо, но не так, как я, - поддразнивал он. - Я вижу, ты совершенно не знаешь, как вести себя со мной. Могла бы по крайней мере сделать вид, что думаешь, будто я немного лучше тебя езжу верхом.