— Ты очень учтив путник. Подобные тебе встречаются так редко. — Она грустно вздохнула. — Следуйте за мной.
Я чуть не хмыкнула. Слышала бы эта прекрасная леди, как он меня поливал, когда я его скинуть пыталась. А потом бы говорила о его манерах.
Входить не хотелось, но и оставаться наедине с нежитью тоже. Пришлось везти его в замок. Когда я проходила через ворота, оказалось, что моя шкура почти того же самого оттенка, что и стены замка. Закатное солнце раскрасило и меня. Я розовая лошадь. Убиться.
Девица ступала абсолютно бесшумно, словно парила над землей. А может, и вправду парила. Под ее ногами не приминалось ни единой травинки. Наемник спешился, я не сдержала вздох облегчения. Не то чтоб он тяжелый, но таскать его третий день, это уже перебор.
— Ты ранен, путник? — она слегка коснулась его брови.
— Так пустяки. Упал. — И не соврал ведь.
Девица слегка улыбнулась. Красивая, подумала я. Какого лешего, такая красотка в мертвячьем лесу торчит, а не поближе к городам? Отбоя бы от рыцарей не было. Правда, про всех красавиц говаривают, что они тупые, как тролли. Может, она сама все никак не догадается?
— Конюшня вон там. Распряги ее.
— Благодарствую, фея.
Фея?
Я послушно поплелась за наемником, иногда даже спотыкаясь и раздумывая о том, что она почти всегда обращалась к нам обоим сразу и ни разу не назвала меня лошадью.
Конюшня была чистая и будто нежилая. Ощущеньице, будто я первая, чье копыто здесь ступило. Глаза слипались. Намаялась же я за день. Он стащил седло, я уткнула морду в поилку для лошадей и сделала много-много жадных глотков. Вода была свежая, родниковая, но совсем не холодная. С каждым глотком, словно сил прибавлялось. Стало чуть полегче.
— Я вижу тебе лучше. — Ласково то ли спросила, то ли сказала она, скользяще подходя ближе. Я дернула мордой и стала жевать овес из кормушки.
— Не желаешь ли принять свой обычный вид и отужинать с нами? — хозяйка замка заглянула мне в глаза и долго не отводила взгляда.
— Обычный вид? — переспросил наемник.
Я ела овес и делала вид, что я самая обыкновенная лошадь. Я отплевывалась, давилась, но продолжала жевать с самой тупой мордой.
— Ну, как хочешь. — Расстроено сказала она.
Наконец они ушли, причем наемник раз двадцать обернулся. Неужели до этого гения только щас дошло, какое сокровище ему в лапы попалось. Первое, что я сделала, когда они скрылись, выплюнула все, что успела нажевать. Фу, какая ж гадость. Как лошади могут это есть? Побродила по конюшне, выглянула наружу. Замок утопал в солнечных лучах, внутри он, его двор, да и все замковые окрестности казались гораздо больше, чем снаружи. Чудно.
Неужто и вправду фея? Говорят, они желания выполняют. Интересно, если я ей мешок золота закажу, исполнит? Хотя лучше не надо, как я этот мешок отсюда попру, а из жадности ведь даже монетки не выкину. Нужно что-нибудь легкое, но ценное, алмазы или изумруды. Эх, жалко Талса нет, он бы придумал. Хотя лучше вообще не связываться, про фей говаривают, что они добрые, но со своим прибабахом. Шутить очень любят. Вот войдет кто-нибудь к фее прекрасным молодцем, а упрыгивает уже на четырех лапах. Или уходит не менее прекрасной девицей. И обязательно с каким-нибудь жутковатым условием, выйти замуж за седьмого отца седьмого сына или быть королевной поцелованным. А где найти дуреху, которая к животным склонность такую необычную испытывает.
А мне то чего? Обратит что ли в кого-то. Так я и без того зверюгой то и дело становлюсь. Что лошадь, что жаба, какая разница, об этом гордо не сообщишь. Вот волкодлаки другое дело. Если их встретишь, всегда гордо изрекают, я — волк. Или я рысь. Или змея на крайняк, тоже неплохо звучит. Мы оборотни друг друга чуем, но я как-то стесняюсь бить копытом в грудь и толковать, кто я такая.
Я вышла во двор, мелкими перебежками крадучись вдоль забора. Интересно ж все осмотреть. В зачарованный замок меня никакими коврижками не затащишь, пусть наемник сам отдувается, да чудеса ее зырит. А мы и так обойдемся, тут во дворе, наверное, не настолько опасно, как внутри. И вдруг у нее тут самоцветные камни горкой лежат, все знают, что в замках фей этого добра навалом, может лишнее во дворе скидывает.
Но во дворе было чистенько и пустовато. Ни слуг, ни животных, ни даже самого завалященького зомби. Сокровищ тем паче не было.
Прокралась к выходу. В ворота было лучше не соваться, не отпирались, да и будто невидимая стена держала. На ощупь теплое, но взглядом не разглядеть. Я пару раз на нее попрыгала, и меня сразу же мягко отодвигало обратно. Значит, самой не выбраться, ну и ладно, я и не надеялась. Широкая лестница, мимо которой я быстро проскочила, вела ко входу в замок и замковым переходам. Любой входящий был как на ладони, фея видать домик на холме строила. Ступени были тоже из белого камня, как и замок, тщательно отполированные и немного стертые, будто несчетное число гостей ходило по ним. Кто знает. Хорошо бы оттуда выходило, столько же, сколько и входит.
Солнце словно зависло в зените, и по-прежнему было светло, скорее уже не закат был, а ясный полдень. Небо голубое и будто не настоящее. Я обошла вокруг замка и натолкнулась на сад. Не поздняя осень царила тут, а жаркое лето. Яблоки, вишни, груши, черешня, еще какие-то странные полосатые плоды. Большие такие и круглые. Я долго уговаривала себя ничего не есть в странном замке, но от этого только больше проголодалась. В общем, опустошила я малость чарованный сад, яблоки понадкусывала, вишней закусила, а от черешни только обглоданные листочки остались. Я ее больше всего люблю.
— Я рада, что ты приняла мое приглашение. Хоть и таким способом.
Я подавилась и раскашлялась. Фея стояла у меня за спиной. Немного грустная и очень красивая. Прям, как я в ипостаси лошади. На ельфов непохожа, но и человеком не назовешь. Разве ж бывают такие красивые? Разве только герцогини…
Осторожно приглядевшись, я поняла, что за ее спиной все это время трепетали полупрозрачные стрекозиные крылья, то, возникая из воздуха, то, исчезая вновь. А ведь и вправду парит, поэтому так бесшумна ее ходьба.
— Ты сыта, дитя?
Она протянула руку, и яблоко само упало ей на ладонь. Огрызки, во множестве раскиданные на земле куда-то делись. Я фыркнула что-то неопределенное, переминаясь с копыта на копыто.
— Не хочешь принять свой облик? — снова спросила девица.
Чего ей от меня надо? Я увлеклась изучением травки под ногами.
— Мне надоедает ждать. — Иной шепот бывает громче крика. Особливо такой бешеный и шипящий, будто змея мимо проползла.
Ничего. Подождет. Феи, они говорят, бессмертные. Я снова уткнулась в траву.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
