- Ну...- медлила я, но всё внутри меня уже замерло от предвкушения этого приключения. Как давно я подобного не делала! Я почти почувствовала, что за спиной запорхали крылья радости. Ну да, куриные! - А давай! Сейчас только приведу себя в более или менее божеский вид, а то соседи подумают, что Добровольских нежить атакует. А ты пока вниз дуй, - улыбнулась я и отвернувшись, стала уже стягивать халат, даже не подумав о том, что Андрей может всё ещё сидеть и пялиться на меня. И вот, стою я в одном нижнем белье и чувствую его взгляд.
- Ты офигел? - ахнула я, поворачиваясь к нему. Он тут же отвёл взгляд, заржав, практически выпрыгнул наружу. Разобьётся ну и фиг с ним, маньяк!
Через пять минут я уже висела на лестнице как мёртвый груз, а Андрей тихим, но злобным шепотом уговаривал меня "шевелить своими культяпками", но я как-то подзабыла, как это делала в подростковом возрасте...Что говорить, тогда подгоняли гормоны, а не мозги, зато сейчас они явно окупали недостатки прошлого и теперь я застряла посреди не очень-то прочного строения.
- Ладно, не двигайся, я тебе сейчас помогу, - снова в Андрее проснулся свинтус в доспехах и я как-то скептически к этому отнеслась. Свинтусы, они, знаете ли, тяжёлые, а лестница хрупкая, да и во мне не тридцать килограмм...
В общем, на свой страх и риск Табелев всё-таки стал подниматься по лестнице, если всё-таки сия конструкцию можно было ею называть. Бедные мои родители, они ведь до сих пор не знают (ну или хорошо притворяются), что я пару раз чуть не сворачивала шею. Ну да ладно.
Вот Андрей уже добрался до меня и встал на пару ступенек ниже.
- Давай, переставляй ногу, я буду тебя страховать, - в том, что он будет это делать, я не сомневалась, а вот получится ли - уже другой вопрос. У меня на нервной почве и воспоминаний о бурном подростковом возрасте открылась икота.
- Легко...ик...говорить...ик, - я ещё и подскакивала каждый раз. К тому же не удавалось до очередного приступа повторить знаменитую скороговорку, которая должна якобы прогнать икоту на неких личностей мужского пола, а потом и вовсе на всякого.
- Рит, - он одарил меня взглядом "ну тебе в лом что ли?" и чуть улыбнулся. Что говорить, безотказное сочетание. Медленно, но верно, я двинулась вниз, только вот дрожащая нога отказывалась нащупывать ступеньку.
- Ты хотя бы смотри куда прёшь, - прорычал Табелев, когда я ногой нащупала его лицо. Лишь захихикав, я, наконец, переставила ногу на ступеньку, и то мне помог верный друг. Хотя я подозревала тут был корыстный умысел, и он просто боялся, что я снова захочу ощупать стопой его лицо.
В общем, спустя некоторое время, неизмеримое количество брани и небольших травм в виде нескольких царапин, мы оба оказались на землице-матушке. Скажу прямо, мне с трудом удалось удержаться от того, чтобы не расцеловать лужайку собственного дома, уж больно путь до неё был не близким.
- Ох, я тут подумала, может домой уже, а? Я что-то подустала, - в самом деле, ноги и руки заныли от такого напряжения, я же со ступеньки на следующую шагнуть боялась минут по десять.
- Рит, хорош комедию ломать, поехали, - Табелев быстро накрыл мои плечи своей ручищей и почти волоком потащил к мотоциклу. Не удивлюсь, если завтра на нашей милой лужайке обнаружится целая борозда от моих ног.
- Давно я на нём не ездила, - вздохнула я, глядя на мотоцикл. В названиях и марках я ни черта не разбираюсь, поэтому скажу так, что станет понятно каждой девушке: спортивный и красивый, японский, если не ошибаюсь.
- Он тоже соскучился, слышишь, как мурчит? - и в доказательство Табелев завёл байк. Он тут же заурчал словно домашний кот, и я без сил плюхнулась позади друга. Ну ничего не могу с собой поделать, у меня слабость к этому виду транспорта, хотя я всё-таки волновалась за Андрея, зная, что полихачить он любит.
- Шлем давай, никому не нужна обезглавленная невеста, - парировала я, и кажется эта фраза как-то подкосила прежнюю непосредственность. Я вообще заметила, что в последнее время в наших взаимоотношениях с Андреем как-то много напряжённости. Начиная с той поездки на природу вместе тогда с ещё Томой, невестой Артура, Ираклием и остальной компанией и заканчивая тем, когда я сообщила Андрею о том, что выхожу замуж, а про период после я вообще молчу...
- Да уж точно у Володи всё должно быть идеально, - пробурчал под нос Андрей, но шлем мне всё-таки протянул. Сам он надевать не хотел, но я буквально с силой вдолбила его нерадивую башку в защитную конструкцию. И мы полетели. Почти в буквальном смысле. Огни ночного города тут же слились у меня перед глазами в длинные светящиеся полосы, я крепче прижалась к спине друга, ещё и умудрилась ногами обхватить его ноги. В общем как клещ.
Жил Андрей не так уж далеко, но сначала у нас была, так сказать, культурная программа. Сначала мы покатались по городу, зарулили в парк, купили в круглосуточном магазинчике мороженого и стояли на набережной возле мотоцикла и вспоминали детство. Встречу, как подружились, как воровали клубнику, которую одна бабуля растила на балконе первого этажа, как вместе ездили в лагерь, как ездили в разные лагеря, но всё равно сбегали и встречались, как нам запретили общаться и как я сбегала, как я ревела, когда меня бросил мальчик и как Андрей его за это проучил, мой выпускной, все наши гулянки на природе и в городе. Было миллион воспоминаний, в основном от них болел живот, потому что было жутко смешно, но были и не очень хорошие, о которых мы вспоминании с лёгкими грустными улыбками. Мне было так хорошо стоять плечом к плечу с лучшим другом, есть мороженое и быть самой собой, не выбирать, а чувствовать, что говорить. Я радовалась этой ночи, радовалась той свободе, которую я чувствовала рядом с Андреем.
- Ну что, поехали ко мне? Чайку долбанём, а может чего и покрепче, - улыбнулся он, когда я чуть поёжилась. Всё-таки не смотря на то, что я надела плотную кофту, а на неё ветровку, долгое катание на мотоцикле и мороженое дали о себе знать.
- А поехали, эта ночь сегодня только наша, сну в ней явно не место, может и фильм какой посмотрим, - настроение у меня уже было очень хорошим. Вот так всегда. Если Табелев его испортит, он же его и поднимет.
К Андрею на квартиру мы приехали уже в четвёртом часу. Может уже и начал розоветь закат, но я как-то не обратила внимания.
- Здесь по-прежнему свалка, - констатировала я, когда мы оказались внутри съёмной двушки Андрея. В тесной хрущёвке тесноты добавляли ещё различные железяки (хорошо хоть колёс больше не было) и я бы не удивилась, увидев на кухне машину. В квартире стоял запах бензина, который, к слову, я обожала, сигарет и одеколона. Для меня это сочетание стало уже родным и знакомым, терпким. У Владимира дома пахло чистотой.
