К тому же запретительная деятельность гораздо более затратна в сугубо энергетическом смысле. Вы только представьте, как весь Рунет ненавидит сейчас главу лейбла «Никитин», который пытается посадить за решётку пользователя, нарушившего права его лейбла!
- Помнится, все люто ненавидели Хиллари Розен, давнишнюю главу RIAA, а потом она в интервью рассказывала, как пыталась вразумить своих начальников относительно интернета, но слышала лишь крики в ответ.
- К сожалению, российские лейблы тоже пошли по этому пути: создаётся объединение легальных дистрибуторов — и первым делом вместо того, чтобы продвигать идею дистрибуции и совместно разрабатывать механизмы продаж, оно с головой окунается в суды «от имени правообладателей».
Самое грустное, что многие лейблы используют суды как действующую технологию конкурентной борьбы. Четыре года назад я начала поднимать вопрос о том, что в России до сих пор не существует единого банка прав. Так вот, его нет до сих пор, хотя нам всё же удалось сделать ряд успешных шагов в этом направлении. Что это означает для рынка? Никто не может гарантировать, что у него есть полный и актуальный пакет прав на использование той или иной музыки или видео. Это открывает огромные возможности для злоупотребления: существуют компании, которые специально покупают права на какой-то элемент фонограммы (например, только на музыку) и в судебном либо внесудебном порядке отсуживают довольно приличные суммы за его использование. При этом музыканты от этих успешных процессов в свою защиту и огромных компенсаций, выплаченных в их пользу, как правило, ничего не получают.
- Кстати, это характерно только для российского рынка или для западного тоже?
- На Западе есть базы данных авторских обществ, которые открыты всем желающим в интерактивном режиме. Так что компания, желающая использовать какое-либо произведение, первым делом обращается к ним. Частный случай использования такой базы данных — знаменитый All Music Guide.
Тем временем в России дистрибутор может столкнуться с историей, которую я наблюдала этим летом: когда одно подразделение лейбла ведёт с магазином переговоры о поставке легального контента, а другое его подразделение тем временем пишет претензии об использовании контента на миллионные суммы. При этом сам контент размещён легально, просто по лицензии другого лейбла. Но магазин тратит массу времени и сил, чтобы подтвердить правомочность собственной работы.
- А кстати, почему музыканты ничего не получают за это? И не пытался ли кто-нибудь из них по этому поводу что-либо предпринять?
- Музыкантам чаще всего просто не приходит в голову интересоваться исходом дел, которые от их имени выигрываются в судах. Схема работы музыканта с лейблом в России проста до тупости: записать альбом и продать его за максимально возможный аванс (роялти). При этом музыкант просто не интересуется, что будет происходить с альбомом после того, как лейбл получит на него права. Он заранее соглашается с тем, что тиражи будут занижены, огромная часть тиража будет допечатана пиратским образом на том же заводе, а об иных способах дистрибуции его могут даже не поставить в известность.
Это объяснимо, поскольку аудит продаж и бизнес-контракты — работа менеджмента, а наши музыканты крайне редко берут на работу менеджеров с финансовым образованием. В этом есть и определённый элемент пофигизма: мол, всё равно украдут.
Закономерный итог — в России не работает модель «длинного хвоста»: основные доходы получают те музыканты, которые уже «в обойме»... и уже не один десяток лет.
- Сейчас очень часто слышится мнение: дескать, все эти лейблы, дистрибьюторы и иже с ним суть паразиты и лишнее звено, которое интернет сделал ненужным; вот бы их убрать, и настанет счастье и артистам, и их благодарной (вроде бы) аудитории. Как вы считаете, действительно ли традиционные звукозаписывающие компании стали благодаря интернету «лишними»? И так ли однозначно артисты выиграют, если лейблы канут в лету?
- Свято место пусто не бывает — кто-то должен обслуживать механизмы цифровых продаж, кто-то должен заниматься маркетингом музыкантов и новых релизов, кто-то должен инвестировать в талантливых людей, иначе в поле зрения слушателей будет попадать только музыка в стиле «бу-га-га». Скорее всего, речь идёт о создании нового поколения лейблов — «цифровых», более гибко и «технологично» совмещающих паблишинг и дистрибуцию.
- Даже от музыкантов порой приходится слышать: «Вся музыка на Земле уже написана». Вы с этим согласны?
- Категорически – нет! Я — из тех волхвов, что управляют своим маленьким царством, с надеждой посматривая в телескоп в поисках новой звезды. :)
Главная проблема музыки в России, на ваш взгляд?
- Её много, но её в 99 процентах случаев невозможно слушать. Из огромного потока музыки, которая попадает на Звуки.Ру, мне очень немногое хочется показывать друзьям, а я – человек увлекающийся.
- А в чём причина, как вы считаете? Вкусы аудитории, предпочитающей «лопать что дают» (по ТВ и радио)? Низкое самосознание музыкантов? Или что-то ещё? Судя по сетевым «доскам объявлений» для музыкантов, начинающие по большей части стремятся играть только то, что в данный момент модно...
- Всё очень просто: в России никто не инвестирует в независимую музыку. Есть множество компаний, которые раскрутили маховик корпоративов, есть компании, которые специализируются на экспорте массовых музыкальных продуктов, но нет серьёзных игроков на инди-рынке и на рынке «перспективной музыки». В итоге у музыканта, который получил какую-то известность посредством YouTube, есть только один способ заполучить большую аудиторию: обратиться к продюсерам и инвесторам, работающим с поп-артистами. С закономерным итогом.
- Вы довольно много времени работали в компании Soundkey, как раз занимающейся формированием рынка легального контента. В связи с чем вы её покинули?
- Я не покинула компанию как совладелец. Я перестаю заниматься её операционным управлением и передаю её новому менеджменту, которому дальше предстоит изменить стратегию и, возможно, профиль компании. Soundkey — очень мощный механизм дистрибуции, позволяющий продавать и раздавать огромные массивы контента множеству игроков в условиях абсолютной прозрачности. Однако существующая рыночная ситуация такова, что система не вырабатывает всех заложенных в неё возможностей, а те обстоятельства, которые я перечислила в начале нашего разговора, ставят под вопрос рентабельность всего сектора. Для того чтобы продолжать инвестировать в этот бизнес миллионы, нужно иметь позиции либо кардинально иные цели – как, например, у Яндекса: он, покупая у лейблов музыку и раздавая её, таким образом решает свои маркетинговые задачи. Однако такие игроки тоже рано или поздно задумываются о том, насколько рациональны эти инвестиции, и сворачивают направление, как это сделала в начале года Nokia с сервисом OVI.
Вместе с тем нужность Soundkey становится очевидной, когда речь идёт о доброй воле большого числа дистрибуторов, для которых контент — непрофильный бизнес. К примеру, до сих пор никто не реализовал мою давнюю идею «музыка в подарок»; надеюсь, кто-то всё-таки этим озаботится.
Когда мы задумывали Soundkey, мы понимали, что изменение рынка музыкальной дистрибуции — тяжёлый процесс и на него понадобится время. Мы были к этому готовы: ведь, в сущности, речь идет об изменении пользовательской парадигмы. Мы понимали, что пользователи примут идею без особого энтузиазма и нам придётся приложить усилия к тому, чтобы научить их платить музыкантам — благо технология позволяет платить авторам напрямую, по схеме «плати, сколько хочешь» и т.п. Однако мы не были готовы к тому, что противодействие начнётся не со стороны пользователей, а со стороны лейблов.
Это были три года сплошного противостояния, которого я никогда до этого не встречала на «Звуках». Для того чтобы продавать музыку, ты платишь трижды: за собственно каталог, за саппорт и разработку системы продаж и за маркетинг. В то же время на «Звуки» приходят те же самые лейблы и продюсеры, которые отлично понимают, что портал — мощный промоинструмент для их артистов и релизов, и с лёгкостью подписывают нам разрешения на размещение треков и видео в качестве промоушена. Однако я верю, что Soundkey своё слово на рынке ещё скажет: механизм способен обслуживать продажи и аудит всего, что скачивается, так что мы ещё найдем, как его применить. А пока я буду продолжать заниматься Звуками — в этом году портал отмечает пятнадцатилетие, у меня большие планы.
К оглавлению
Терралаб
