— Можешь помочь? Не чуди, — Молли совсем по-человечески поджала губы. — И как же это?
— Смотри сюда, — Пип вытащил из кармана свою металлическую колбасину.
— Ой, что это? — изумилась роботесса.
— Приспособление, которое поможет нам насладиться тем, чем наслаждаются твои хозяева во время секса.
С этими словами Пип закрепил штырь у себя между ног. Глаза-лампочки Молли загорелись ярче.
— Мне это напоминает штуковину, которая торчит между ногами хозяина, когда они с хозяйкой приступают к своим играм! Ты уверен, что это возможно и между роботами? Что-то я не слышала, чтобы роботы занимались сексом. Дворецкий говорит, что это присуще только людям.
— Плюнь ты на своего дворецкого, — изнемогая от слабости, проговорил Пип.
Он чувствовал, что ещё десять минут — и его батарея сядет окончательно, а это значило, что он без сил свалится тут же, на площадке.
— Тебе понравится, малышка, не бойся, — пробормотал он затухающим голосом.
Молли, насмотревшейся по стереотелевизору фильмов о любви, страсть как хотелось испытать на себе действие странной штуковины между ногами незнакомого робота. Но она сочла, что уступить сразу — это дурной тон. Ни в одном фильме честные девушки не позволяли себе такого. И она решила немного пококетничать.
— А как вы думаете, сударь, не нанесёт ли это ущерб моему механизму? — спросила она, поводя плечиками и поправляя локон искусственных волос над ухом. — Мне совсем недавно делали профилактический ремонт, и хозяйке не понравится, если меня придётся снова ремонтировать. Для неё это лишний расход.
— Не думай о таких пустяках, — шептал Пип, жалея, что не может изобразить улыбку. — В моих объятиях ты узнаешь, что такое настоящее наслаждение.
Молли захихикала, подражая маркизе из фильма "Куртуазные прогулки", пересмотренном ею с хозяйкой раз, наверное, двадцать. Хихикая, она подошла к дверям квартиры. При её приближении двери автоматически раскрылись.
— Хозяев нет дома, — сказала Молли, — заходи, только не дальше холла, а то разобьёшь что-нибудь или испачкаешь своими ножищами. Впрочем, нам с тобой и в холле будет где развернуться. К нашим услугам великолепный ковёр, на котором хозяева особенно любят заниматься сексом….
Пип поманил её рукой, но она отскочила, вздёрнув подбородок.
— Не думай, что тебе сразу удастся заполучить меня! Я честная девушка!
Молли так и сыпала фразами экранных героинь, а Пип, почти теряя сознание, досадуя на её неуступчивость, шёл за ней, норовя схватить за руку. Наконец, чувствуя, что больше не в силах сделать ни шагу, он остановился посреди холла.
— Смотри, какой красавец, — прохрипел он и погладил свой торчащий штырь. — Неужели тебе не хочется почувствовать его между своих стройных ножек, дорогая?
Молли непрестанно хихикала, делала книксен, оглядывала себя в зеркале, стыдливо тупила взгляд и оправляла платьице.
— А с какой позы мы начнём? — спросила она и тут же вытащила откуда-то эротический журнал.
Мелованные страницы пестрели фотографиями обнажённых мужчин и женщин, занимавшихся любовью. Молли принялась листать и вскоре ткнула металлическим пальчиком в одну из картинок.
— Вот эту позу любит хозяйка! Давай сделаемся по ней. Я встану на четвереньки, нагнусь, а ты подойдёшь ко мне сзади. Это самая приятная поза, потому что её показывают во многих фильмах. А тебе она нравится?
— Я без ума от неё!
— Ах, только не смотри, как я раздеваюсь! Закрой глаза! Честные девушки и моя хозяйка этого не любят!
Пип поднёс руки к глазам.
— К чему церемонии, Молли? Подойди ко мне вплотную, и я покажу тебе, что такое секс.
— Вот и видно, что ты неотёсанный мужлан. Сразу нападают на женщин только негодяи и насильники, настоящий джентльмен никогда себе этого не позволит.
Она сняла с себя платье и, поблёскивая металлическим торсом, прошлась вокруг Пипа, поглядывая на его соблазнительно торчащий штырь.
— По правде говоря, перед сексом ты должен поцеловать меня.
— Зачем?
— Как доказательство того, что ты меня любишь. Кстати, я до сих пор не спросила: ты любишь меня?
— Очень.
— Ну так поцелуй. Обними меня и коснись губами моих губ.
— Я только об этом и мечтаю… Иди же сюда…
Она направилась было к нему, но, не сделав и двух шагов, остановилась.
— Нет, твоя штука помешает нам нормально поцеловаться. Она слишком длинная.
— Эта штука предназначена не для поцелуев, а для секса.
— Но перед сексом обязательно нужно целоваться, — настаивала Молли. — Обязательно.
Пип начал приходить в отчаяние.
— Мне её снять, что ли?
— Нет. Пожалуй, нет. Со штукой ты смотришься гораздо лучше. Она у тебя торчит, а это очень ценится при сексе. Моя хозяйка чего только не делает, чтобы штука у хозяина торчала — теребит её пальцами, сосёт губами…
— Молли, — застонал Пип, — скорее же становись в свою чёртову позу! Ты меня выведешь из терпения!
— Ого, да ты, я вижу, страстный молодой человек, совсем как рассыльный из галантерейного магазина, который приходит к моей хозяйке по вторникам и четвергам. Он, как входит, сразу хватает её и валит на ковёр, даже не успевает толком расстегнуть на себе штаны. Из ширинки сразу выскакивает его штука и торчит! Это так смешно смотрится, если б ты видел!
— Молли! — проревел Пип.
— Ты спешишь, миленький? Ну хорошо, я уже встала. Воображаю, что сказала бы хозяйка, если б увидела нас… Пожалуй, она отказала бы мне от места. Но она никогда не узнает об этом, потому что появится через шесть часов, не раньше… Ой, что ты делаешь?
Она попыталась высвободиться, но было уже поздно: штырь завертелся с бешеной скоростью и вошёл, взвихривая металлическую пыль, в её корпус — как раз там, где у женщин находится их интимное царство. Глупышка Молли оказалась насажена на штырь, как на вертел. Пипу не надо было даже держать её руками.
Штырь погружался всё глубже и глубже в тело роботессы. Она дрожала, не чувствуя ничего, кроме боли — в её кибернетический мозг посылали сигналы повреждённые штырём участки её механизма.
— Ах, я ведь совсем забыла, что в первый раз это бывает больно… — стонала она. — У меня это в первый раз, я ещё девственница… Нет, не надо, хватит, это слишком больно! Ты искалечишь меня!.. Выведешь из строя мою двигательную систему!.. — Перепуганная Молли перешла на крик. — Караул! На помощь! Насилуют!..
Пип, не реагируя на крики, натягивал её на штырь, заставляя его погружаться в самую утробу, и скоро почувствовал, как будто какая-то искра прошла по всему его организму. Это штырь, наконец, добрался до энергетической батареи. Молли заряжалась совсем недавно, батарея была полна, и Пип это сразу почувствовал. Мгновенно включилось отсасывающее устройство и электричество из организма роботессы начало перетекать в организм робота.
