Читаем без скачивания Термоядерная Гала (Сальвадор Дали – Елена Дьяконова) - Елена Арсеньева

Сентябрь «сентябрил» вино и луны мая, луны сентября превратили в уксус май моей старости, опустошенной страстями… Горечь моего отрочества под сенью колокольни Кадакеса высекла в новом камне моего сердца: «Лови момент и убей ее…» Я думал, что она научит меня любви и что потом я снова буду один, как всегда желал. Она сама этого хотела, она этого хотела и потребовала от меня. Но мой энтузиазм дал трещину. «Ну что с тобой, Дали? Тебе подарили случай совершить твое преступление, а ты его больше не хочешь!» Гала, хитроумная красавица из сказки, по своему желанию неловким ударом меча отсекла голову восковой кукле, которую я с детства видел на своей одинокой постели, и мертвый нос только что впрыгнул в сахар, обезумев от моего первого поцелуя! Гала спасла меня от моего преступления и излечила мое безумие. Спасибо! Я буду любить тебя. Я женюсь на тебе».

На самом-то деле предложение сделала именно она, сказав решительно: «Мой мальчик, больше мы не будем расставаться. Скоро вы будете таким, каким я хочу вас видеть!»

«С тех пор я – ученик, Гала – учитель. Она велит мне: «Встань и иди, ты ничего не успел!» И я встаю, иду и творю гениальное…»

Однако решение Гала не расставаться с Дали означало – расстаться с Полем… и с дочерью, о которой эта дама, впрочем, беспокоилась меньше всего. Она не была рождена быть матерью: она была рождена быть музой, вдохновительницей творцов, причем не простых, а гениев, никак не меньше! Теперь она заполучила нового гения, кинув старого.

Элюар пытался вернуть жену, осыпая ее упреками и тоскливыми стихами. Ну что ж, поэзия обогатилась дивными строками, а Гала не вернулась, несмотря ни на какие мольбы.

Что еще я, как не сила твоя?Сила твоя в руках твоих,Твоя голова в твоих руках,Сила твоя в развалившемся небе,Твоя голова разбитая,Голова твоя, и принес ее я.Я тебе не интересен,Ты не играешь со мной,Сбежавшая героиня,Моя сила спряталась в твоих руках.

Новый союз ни у кого особого восторга не вызвал. Отец Сальвадора вообще выгнал сына из дому… Хотя с чего бы так свирепствовать? Ну подумаешь, десять лет разницы… Женщина разумная и крайне практичная, Гала мигом прибрала к рукам финансовые и творческие дела молодого супруга. Жизнь была полосатая: то картины шли нарасхват, то на них и смотреть никто не хотел. Тогда Гала продавала многочисленные другие произведения мужа: искусственные ногти с крохотными зеркальцами, прозрачные манекены, которые были в то же время аквариумами, где, имитируя кровообращение, плавали рыбки; туфли на пружинах, чтобы легче было ходить; груди, которые следовало носить на спине; платья с накладками, изображающими распотрошенные внутренние органы…

Правда, к счастью для человечества, эти причуды гения не пользовались большим спросом (некоторые торговцы заворачивали Гала с порога). И тем не менее в жизни этой пары не было дней, когда они начинали себя хоть в чем-то ужимать. Гала словно бы завораживала небеса своим мотовством и жила по неуклонным правилам: мало денег – давай больше чаевых, лучше голодать, чем есть что попало… И тут небеса быстренько посылали гонорар за очередное полотно Сальвадора. В роли посланников небес частенько выступали состоятельные друзья, которым Гала очень умело внушала мысль, что, поддерживая «посланника вечности» (Дали), они сами к оной вечности приобщаются. Каресс Кросби, Эмилио Терри, маркиза Куэвас де Вера, Андре Дюст, графиня Печчи-Блант, виконт де Ногай и другие образовали группу меценатов, назвали ее «Зодиак» и каждый месяц покупали по одной картине Дали, давая таким образом супругам средства жить.

Только в 1932 году Гала наконец получила развод от Элюара, который все эти годы пытался воззвать к ее разуму и убедить вернуться. А кстати, почему он вообще считал, что бывшая Леночка Дьяконова поступает неразумно?..

Прекраснодушный Элюар полагал, что творец творит лишь тогда, когда его посещает вдохновение. Однако Гала поставила легкую юношескую шизофрению своего нового супруга на коммерческую основу, сделала его безумие (весь этот параноидально-критический метод, как выражаются искусствоведы) тщательно контролируемым и доходным занятием, каждую эпатажную его выходку – тщательно рассчитанной, сделала Дали из стихийного таланта – расчетливым гением.

Вот что об этом пишет сам Дали, поясняя, почему он стал называть ее теперь не просто Гала, но Гала Градива.

«Градива» («Gradiva») – роман В. Иенсена, переложенный Зигмундом Фрейдом в работе «Бред и сны в «Градиве» В. Иенсена». Героине этого романа, Градиве, удается излечить психику героя. Только взявшись за роман во фрейдовской интерпретации, я сразу же сказал: «Гала, моя жена, в сущности является Градивой» («ведущей вперед»), моей Победой, моей женой. Но для этого надо, чтобы она излечила меня. И она излечила меня благодаря своей беспримерной, бездонной любви, глубина которой проявилась на практике и превзошла самые амбициозные методы психоанализа».

Она не просто излечила мужа – она сделала его управляемым, контролируемым.

Прошли те времена, когда он мучительно выбривал подмышки, мешал козий помет с лавандой, сам не зная, что делать дальше, каков будет эффект. «Гала гонит прочь саламандр моих сомнений и укрепляет львов моей уверенности», – напишет он позднее, в книге «50 тайн магии». Теперь каждый шаг его был просчитан и выверен: имидж создавался тщательнейшим образом! Одна из картин 1929 года называется «Великий мастурбатор». Гала и Дали в две руки беспрестанно мастурбировали его фантазией и талантом, вызывая новые и новые оргазмы вдохновения и извержения благодатного творческого семени.

Как менеджер Гала была совершенно гениальна. Правда, и на старуху бывает проруха, случались сбои и в этом тщательно отлаженном и бесподобно выверенном шоу под названием «Явная жизнь Сальвадора Дали, разыгранная им самим». Когда в Лондоне открывалась выставка сюрреалистов, Дали надел водолазный скафандр и, держа на поводках двух борзых, двинулся к трибуне, чтобы сказать речь перед микрофоном. Но как говорить через шлем? Пришлось его снимать, и вот незадача – никто не знал, как это делается! А Дали что-то кричал внутри шлема, но ни слова не было слышно, жестикулировал – никто не видел смысла в этих телодвижениях… Вдобавок он начал задыхаться! Кое-как додумались разбить стекло молотком, не то миру явился бы новый сюрреалистический сюжет: смерть художника на собственной выставке от переизбытка воображения.

Публика пришла в восторг, решив, что так и было задумано. А впрочем, кто знает Дали и его Гала? Может быть, и впрямь так было задумано! Ведь Гала была неистощима на выдумки.

– Встань и иди, – велела она. – Ты ничего еще не успел. Не торопись умирать!