Полученная информация требовала дополнительной проверки через другие независимые источники, которые смогли бы подтвердить или опровергнуть ее. В срочном порядке мы ориентировали всю агентуру максуза (спецотдела) и джинаи (уголовного розыска), нацелив ее на интенсивное изучение складывающейся вокруг Кандагара оперативной обстановки.
Результаты превзошли все ожидания. Уже через пару дней командир договорной банды Абдулла через своих связников подтвердил мои наихудшие опасения. «Духи» полным ходом приступили к сплошному минированию дорог, ведущих из Кандагара в уезды Даман, Аргандаб и Панджвайи. Люди Абдуллы обратили внимание на то, что при минировании дорог «духи» совершенно не использовали дорогостоящие противотанковые «итальянки», перейдя на более упрощенный и дешевый способ минирования с помощью фугасов. В ночное время суток на проезжей части дороги вырывалось сразу несколько ям, в которые закладывались неразорвавшиеся советские авиабомбы, боевые части ракет и крупнокалиберные снаряды. Общий вес заряда взрывчатых веществ, закладываемых в каждой яме, составлял от десятков до сотен килограммов тротила. Никаких премудрых датчиков-детонаторов не использовалось. Просто-напросто в яму с взрывчаткой укладывалась обычная батарейка, упакованная в целлофановый пакет, а к ней присоединялся один или несколько электродетонаторов, помещаемых в детонационные отсеки бомб и снарядов. В качестве замыкателя электрической цепи использовали несколько осколков бомб, снарядов или просто старые гвозди. К ним присоединялись тонкие провода, являвшиеся частью электрической цепи замыкателя. Осколки, слегка вдавленные в грунт, как бы невзначай раскидывались по полотну дороги. Рядом разбрасывалось еще несколько осколков, которым была отведена роль отвлекающего фактора для советских саперов. Такой импровизированный фугас взрывался только после того, как на осколки-замыкатели наезжал стальной трак гусеницы танка или бронемашины. Электрическая цепь замыкалась, и происходил взрыв. Шансов выжить экипажу боевой машины и сидевшим на ее броне десантникам не оставалось никаких.
Объяснимо было и то, почему «духи» занялись минированием задолго до начала операции. Для афганских «бурубухаек» на резиновом ходу фугасы были совершенно безвредны. И в то же время грузовики укатывали дорожное полотно в местах закладки зарядов до такой степени, что нашим саперам с их доисторическими щупами там делать было нечего. Да и с помощью металлоискателя заряд невозможно было отыскать – трудолюбивые «духи» закапывали фугас на такую глубину, где прибор его просто не брал.
Одновременно с минированием дорог «духи» активизировали ночные нападения на посты первого пояса обороны города. Самое примечательное было в том, что на этот раз они нападали не на южные царандоевские посты, как это было ранее, а на северные – армейские. Своими атаками с севера «духи» пытались дезориентировать советское командование при разработке им плана предстоящей операции и определении приоритетного направления главного удара.
И я, и мои друзья из кагэбэшного контракта, да и грушники тоже отлично понимали, что накануне проведения войсковой операции «духи» обязательно вступят в игру с советскими и афганскими разведывательными и контрразведывательными органами. Наступал решающий момент в противостоянии разведок двух враждующих сторон – кто кого переиграет.
На данном этапе особое значение играли опыт афганских оперативных сотрудников и их умение мыслить аналитически. Переработка огромной массы поступающей информации, сопоставление взаимоисключающих сведений, вычленение «дезы» и многое другое способствовало своевременному разгадыванию тактики игры, навязываемой вражеской разведкой. Вступая в информационную дуэль, противники начинали подыгрывать друг другу, втягивая в игру все больше и больше негласных сотрудников.
Вот тут-то и наступал «момент истины». Грамотно используя его, любая из враждующих сторон имела реальную возможность вычислить в своих рядах и двурушников, и «кротов», и прочий неблагонадежный элемент. И необязательно было после этого принимать к предателям радикальные меры. «Крота» можно было использовать вслепую, передав через него хорошо подготовленную дезинформацию.
Поскольку «духи» постоянно находились в «зеленке», решающее значение на первом этапе проведения операции имела внезапность нанесения по ним мощного и, самое главное, точного упреждающего удара.
Для достижения этой цели был использован самый простой и в то же время самый надежный способ дезинформирования противника. За несколько дней до начала операции советники царандоя и ХАДа одновременно довели до сведения своих подсоветных «совершенно секретную» информацию о том, что в ближайшие дни силами советской авиации и артиллерии по «зеленке» будет нанесен мощнейший удар. При этом была озвучена и конкретная дата нанесения этого удара, на сутки отличавшаяся от истинной. Подсоветным было рекомендовано в завуалированной форме проинформировать своих агентов о нецелесообразности их пребывания в «зеленке» в час «икс». Расчет был очень прост. Двурушники не упустят возможности заработать легкие деньги и обязательно сообщат своим истинным хозяевам о намерениях неверных.
Параллельно с этим фортелем по официальным афганским каналам прошла информация, ставившая в известность руководство органов власти провинции о том, что долгожданная операция по выставлению постов второго пояса обороны Кандагара начнется в самые ближайшие дни. При этом о конкретной дате начала штурма «зеленки» ничего не сообщалось. Делалось это умышленно, для придания большей интриги разворачивающимся в провинции событиям. Через испорченный телефон неформального общения намекнули на то, что в первом этапе операции участвуют только шурави, и поэтому афганцам не обязательно знать, что скрывается от них под грифом секретности.
Спектакль был разыгран настолько классически, что и «духи», и их соглядатаи, засевшие в казенных кабинетах Кандагара и Кабула, проглотили брошенную нами наживку.
Располагая «достоверной» информацией о сроке начала операции, «духи» решили наказать неверных и нанести по их позициям упреждающий удар. В числе намеченных ими объектов для нападения был аэропорт со складами ГСМ и боеприпасами, ооновский городок, палаточный городок батальона спецназа ГРУ, долговременные позиции «Ураганов», «Градов» и «Гиацинтов». Для достижения задуманного «духи» срочно перебросили в уезд Даман более двух десятков групп, на вооружении которых имелись мобильные реактивные установки, безоткатные орудия и минометы. На исходные позиции они начали выдвигаться ночью, за двое суток до известного им срока начала операции. Занимали ранее пристрелянные позиции, с тем чтобы уж наверняка и как можно эффективнее досадить шурави.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
