Читаем без скачивания Потрошитель - Дэвид Гоулмон

– Инспектор? – произнес Вашингтон, увидев, как побледнел Эбберлайн. Вместо ответа тот тоже отдал записку, не желая произносить написанные слова вслух. Вашингтон стал читать, а его начальник последовал за солдатами по лестнице. Слова были написаны неразборчиво, словно их выводила грубая, непривычная к письму рука.

«Полковник Стэнли, если я правильно все понимаю, и министерство обороны избрало именно Вас разорвать мой контракт, пожалуйста, поднимитесь ко мне в лабораторию у верхней площадки лестницы. Я доступен для демонстрации работы, за которую мне так хорошо заплатили. Жаль, что у меня нет возможности завершить задание, но этой ночью можете, как и было обещано, получить результаты.

А.»

Выпуская из руки записку, Вашингтон был взволнован как никогда. Он стал пониматься по лестнице, но далеко не так живо, как остальные.

Эбберлайн слышал шаги солдат на верхнем настиле. Он поднялся на самый верхний и оглядел склад. В половине здания был второй этаж; в другой половине была высокая крыша с новыми световыми люками для теплицы. Эбберлайн вытянул вперед руку с револьвером. В здании не было газового освещения, как в более современных складах вдоль реки, поэтому в каждом углу, под каждым столом, стулом, бочкой он видел движущиеся тени. Наконец, опрокинув ударом ноги столик с мензурками и стеклянными трубками всевозможных форм и размеров, он увидел Стэнли. И схватил полковника за руку.

– Нам нужно покинуть здание и окружить его, вызвав еще солдат. Это западня, и мы идем прямо в нее!

– Мне приказано убить этого маньяка, именно это мы и готовимся сделать. Если сомневаетесь в наших способностях, вам, пожалуй, самое время уйти, – Стэнли вырвал руку из пальцев Эбберлайна. – Но позже, несомненно, можете ожидать и визита из дворца с вопросом, почему отказались помочь ее величеству в этом деле.

Эбберлайн готов был разразиться гневом. Теперь Стэнли даже маскировал свою угрозу игрой слов – но угроза была реальной; они убьют его с Вашингтоном и не станут после этого думать о себе хуже. Полисмен открыл рот, собираясь заговорить, но тут хриплый, мощный, гулкий голос заставил всех на втором этаже замереть.

– Полковник Стэнли, вашим людям, кажется, нужен тот огонь, за который министерство обороны заплатило мне. И я мог бы предоставить его, если б меня не предали эти же самые люди.

Голос отражался эхом в почти пустом здании. Эбберлайн был уверен, что раздается он, по меньшей мере, из мегафона. Он носился в воздухе, а потом окутал двадцать три человека, словно туман, что клубился снаружи.

– Это должно было окончиться много месяцев назад; вы давали министерству слово. Теперь, профессор Амброз, давайте кончать с этим делом!

– Хорошо, только позвольте мне лекарственную интермедию.

Эбберлайн подскочил, когда наступившую после этих слов тишину нарушил звон стекла. Бросив взгляд в ту сторону, инспектор увидел на полу возле сапог полковника разбитую склянку. Под его взглядом Стэнли опустился на колено и стал рассматривать битое стекло. Протянул руку, взял маленький осколок склянки. Понюхал его, потом встал так внезапно, что солдаты вздрогнули.

– Профессор, вы выпили не все, так ведь?!

Молчание.

– Это вам ничего не даст, вы все равно умрете этой ночью!

Казалось, все увидели тень, падавшую с высоких балок над их головами. Темная масса достигла пола и скрылась в темноте дальнего конца склада. Слева от Эбберлайна раздались выстрелы трех особо нервозных солдат. Вашингтон вышел вперед и встал рядом со старшим инспектором.

Внезапно сержант-майор и двое рядовых обогнули полковника и побежали вправо по его указанию. Потом он снова повел рукой, и туда побежали еще двое. Снова прозвучали выстрелы. Громыхнул американский «винчестер». Потом из темноты что-то вылетело и грохнулось на деревянный пол. То был один из солдат. Торс его был рассечен надвое, верхняя часть отсутствовала. Раздалось несколько криков, и солдаты поспешно пришли в движение.

– Вон он! – крикнул Стэнли и выстрелил из своего «уэбли» в большую тень, быстро движущуюся в самом темном конце большого пространства.

Эбберлайн услышал тяжелое кряхтение и жуткий сдавленный смех, говорящие, что Потрошитель вышел из укрытия. Опытный инспектор замер в ужасе от этого звука. Потом увидел громадную тень, поднявшуюся между двумя большими столами с пробирками, мензурками и банками. Тень схватила первый стол и закрылась им за мгновение до того как несколько крупнокалиберных пуль ударили в древесину. Пробить этот щит они не смогли. Несколько человек бросилось к громадной, быстро приближавшейся тени. Первый вылетел в окно от удара чего-то похожего на большую дубинку. Второй был жестоко растоптан, когда в толстый деревянный стол снова ударили пули. Потом раздался звук, от которого профессиональные солдаты и двое полицейских застыли на месте – рев, не такой, как у дикого животного, а производимый, чтобы навести страху на всех, кто его слышит. Затем еще крики, выстрелы, ужасный звук ломаемых костей, раздираемой плоти и жуткие вопли солдат, когда Потрошитель ворвался в их гущу.

Эбберлайн схватил за руку Вашингтона, и они побежали влево. Тут по всему второму этажу поднялась стрельба. Большой стол был, наконец, отброшен, и это позволило Эбберлайну впервые взглянуть на человека, которого Роберт Льюис Стивенсон назвал мистером Хайдом, а он и другие полицейские знали как Джека-потрошителя.

– Господи! – воскликнул, застыв на месте, Вашингтон.

Одежда была распорота и разорвана. Клочья некогда белой рубашки свисали с длинных рук чудовища, замахивающегося на двух атакующих его солдат. Изломанные, безжизненные солдаты отлетели и стукнулись о дальнюю стену. Эбберлайн увидел лицо человека, которого преследовал почти два года. Оно было изборождено морщинами и трещинами. Там, где не было поддерживающих кожу мышц, складки были глубокими, черными. Густая борода была длиною в дюйм. Глаза дикие, лоб несоразмерно большой. Зубы тоже большие, деформированные, и человек явно на десять размеров больше одежды, покрывающей его тело. Стоявшее перед оставшимися солдатами чудовище было не ниже семи футов[4].

Не успело оно шевельнуться, как в него попали несколько пуль, но, казалось, не оказали решительно никакого эффекта.

– В голову – стреляйте в голову! – крикнул Стэнли, пытаясь отойти в темноте на лучшее место для прицельного выстрела. Не дойдя до него, споткнулся, упал и тут же обнаружил, что дубинкой, которой Потрошитель бил его людей, было тело сержант-майора. Обезглавленный, безжизненный сержант-майор лежал сейчас подле него. Полковник Стэнли нахмурился, потом с криком поднялся и бросился на существо, которого никак не могло существовать. Приближаясь к громадному чудовищу, он начал стрелять из револьвера. Когда пули угодили в плечо и в грудь, Потрошитель бросился на него с ловкостью охотящегося большого кота. Быстро схватил полковника за шею и поднял перед собой. Теперь он пользовался Стэнли как щитом.

Сзади в чудовище попали еще пули, но Потрошитель по-прежнему не издавал ни звука, кроме громкого кряхтения и рычания крупного хищника. Казалось, тварь, стоящая перед Эбберлайном и Вашингтоном, утратила дар речи. Не раздавалось ни слов, ни криков боли. Стэнли попытался поднять револьвер, но Потрошитель ухватил кисть его руки и медленно раздавливал пальцы, пока оружие не выпало из них. Эбберлайн бросился вперед, стреляя из своего оружия. Две пули попали Потрошителю в бок, одна угодила в Стэнли, качавшегося, словно маленькая кукла перед жестоким ребенком. Внезапно Эбберлайна ударил в грудь кулак, и он отлетел на пять футов. Вашингтон бросился к старшему инспектору и увидел, что Стэнли уже лежит на полу. Потрошитель занес над лежащим большую голую ступню, потом запрокинул к стропилам деформированную голову. На сей раз он издал торжествующий звериный рык, сотрясший все здание.

Инспектор Вашингтон опустился на пол, чтобы помочь Эбберлайну. Старший ударился о стол, а потом упал на пол, свалив масляную лампу, она разбилась, и теперь пламя охватило его левую ногу. Вашингтон стал быстро бить ладонью по горящей ткани, пока желтое пламя не погасло. Отбросил ногой жестянку с маслом, чтобы оно снова не попало на Эбберлайна. Подняв голову, Вашингтон увидел громадную опускающуюся ступню, а пули, между тем, поражали Потрошителя спереди и сзади. Одна попала в лоб над левым глазом, утолщенная кость издала отрывистый звук. Тут Потрошитель повернулся к двум лежавшим полицейским. И пошел на них в атаку.

– Ох, – только и смог произнести Вашингтон, тщетно пытаясь оттащить Эбберлайна от быстро приближавшегося Потрошителя. Юный инспектор понял, что уже поздно, но вместо того, чтобы ждать надвигавшейся смерти, быстро схватил основание разбитой лампы и швырнул в наступавшего преображенного человека. Масло попало в него и быстро расплылось по некогда белой рубашке Потрошителя. Приходя в себя, Эбберлайн увидел, что Вашингтон сунул руку с длинным рукавом в огонь, все еще ярко горевший перед ними. Когда рукав вспыхнул, Вашингтон вскочил и бросился к чудовищу. Нанес удар, и мир вспыхнул молнией перед глазами старшего инспектора. Вашингтон отскочил и повалился на пол, пламя поднималось по его рукаву.