С одной стороны, усилился темп движения за реформу. Как было указано выше, возрос интерес среди сельскохозяйственных рабочих и горняков. На севере Англии вновь начал действовать Национальный союз реформы, добившийся значительного успеха.
В Лондоне усилила свою деятельность реорганизованная Ассоциация по реформированию избирательной системы[68]. Эти мероприятия способствовали успеху дела, поскольку повышали уровень активности и привлекали возросшее внимание общественности к вопросу реформы.
В течение первых двух лет пребывания у власти министерства Дизраэли реформаторы стремились сплотить все силы, выступающие в защиту реформы. Однако, с другой стороны, неудовлетворенность и разочарование приводили к тому, что лидеры рабочих становились все более нетерпеливыми и не раз предупреждали о возможности избрания независимого и агрессивного подхода. Председатель сельскохозяйственных рабочих Джордж Митчелл предупреждал, что «следующее правительство должно включать справедливое число политиков из рабочих, иначе появится другой вид правительства, название которого будет резать слух для принцев и лордов. Но я не хочу другой революции, кроме конституционной и политической…»[69].
В марте 1874 г. на митинге в Манчестере, рабочие из различных регионов откровенно поддерживали всеобщее избирательное право для мужчин. Спустя полгода, в ноябре 1874 г., проходило заседание ежегодной конференции Ассоциации реформы избирательной системы в Лондоне. Внезапно заседание вышло из-под контроля радикалов. Организаторы намеревались сделать ударение на перераспределении парламентских округов. Неожиданно одним из ораторов была внесена поправка: «…признание права любого здравомыслящего человека на равную долю избирательной власти»[70].
Эта резолюция воплощала в себе доказательство естественного права и не только означала избирательное право для мужчин на основе «один человек – один голос», но также подразумевала избирательное право для женщин. Правда, комитет впоследствии дезавуировал ее, заявив, что он не «признает право конференции уничтожить программу Ассоциации реформы избирательной системы и заменять ее иной программой» [71].
Радикалы во главе с Дилком опасались прямо выступать против идеи всеобщего избирательного права перед лицом явно сильных настроений в его пользу. Этот разрыв единства в рядах реформистов, который произошел в конце 1874 г., хорошо иллюстрирует щекотливое положение передовых либералов. Контролировать реформистские порывы рабочего класса было не просто. Радикалы не могли манипулировать давлением народных масс на парламент по своему усмотрению. Рабочие желали быть уверенными в действенности курса, выбранного передовой группой. Однако он оказался слишком медленным и не имеющим никаких гарантий на успех.
Выступившие против официального курса называли себя «Лигой избирательного права взрослых граждан и равного представительства». Ее основными деятелями являлись в основном лидеры движения сельскохозяйственных рабочих Джозеф Арч и Джозеф Митчелл. Свое мнение они выразили следующим образом: «Единственный способ получить более прогрессивную палату общин – создать национальную партию с простыми и ясными принципами, поставленными перед страной, чтобы преодолеть ретроградную тенденцию либеральной партии, и объединить в один орган убежденных радикалов в Великобритании и провести настоящую реформу нашего представительства только для того, чтобы оказаться в числе взрослых избирателей и иметь равные возможности для голосования»[72]. Эта независимая акция была чисто символической, поскольку цели Лиги, а именно независимая партия рабочих и всеобщее избирательное право, были неосуществимы на данном этапе.
В течение последующих месяцев разногласия внутри движения радикалов были частично преодолены, и постепенно был восстановлен единый фронт. Этому послужили два тесно связанных события. Радикальное крыло чувствовало себя все более уверенно внутри либеральной партии, что вызывало рост доверия среди рабочих. Более того, в это время радикалы избрали агрессивный подход к вопросу о реформе на общественном поприще. Первый шаг в этом направлении был сделан Джоном Морли. На встрече Национального союза реформы в Манчестере он ясно выразился о намерении радикалов бросить прямой вызов вигам во главе с Хартингтоном по вопросу о дальнейшем расширении электората[73]. Это наступление соответствовало требованиям лидеров рабочего движения. После воссоединения общая кампания продвигалась быстрее, и к началу 1877 г. реформа стала одним из первостепенных вопросов общественности. «Индастриал Ревю» (приемник «Бихайва») заявила, что реформа избирательной системы вкупе со справедливым перераспределением округов достигла статуса «решенного вопроса»[74].
Важный шаг вперед был сделан в июне 1876 г. в Лондоне, когда была проведена конференция, сопровождавшаяся массовой демонстрацией в поддержку билля Тревельяна в парламенте. За это нес ответственность «Парламентский комитет реформы», временный орган, выполнявший только координационную роль. На конференции были представлены интересы самых различных групп, включая батраков. В итоге «Парламентский комитет реформы» смог без трений объединить широкий диапазон мнений. Передовые либералы поняли, что любая попытка навязать жесткую программу через официальную организацию, такую как «Ассоциация реформы избирательной системы», неизменно приведет к губительным разногласиям внутри движения.
На следующий год вновь началась подготовка к еще более масштабной конференции. Ее цель состояла в расширении количества участников и, что самое важное, в вовлечении всего радикального крыла либеральной партии. Предварительное извещение участников указывало на широкую сплоченность, к которой стремились организаторы. Принять участие в конференции были приглашены все либеральные ассоциации и все промышленные организации[75].
Организационный комитет блестяще справился со своей работой. Конференцию в Экзетер Холле 16 мая 1877 г. можно считать кульминацией кампании за реформу в 1870-х гг. В ней приняли участие вся радикальная группа в полном составе, а также свыше 20 либералов – членов парламента. Присутствие последних значительно повысило престиж встречи. Число делегатов впечатляло: 26 000, 1 200 из них – сельскохозяйственные рабочие, прибывшие из разных уголков Великобритании. Во вступительном слове Брайт высокопарно произнес: «Вы (собравшиеся. – Е.Н.) являете собой армию, идущую на великое завоевание, армию, которую, я в этом совершенно уверен, будет твердо идти к скорой и уверенной победе»[76].
На этой конференции передовые радикалы смогли перехватить инициативу и вынудить либеральную партию сдвинуться заметно влево. Дилк и Чемберлен убедили свою партию в необходимости принятия пункта о реформе. Компромисс был достигнут. Либеральная партия согласилась включить билль о правах в предвыборную программу, а представителям рабочего движения пришлось умерить свои запросы[77].
Хотя либералы обещали заняться реформой при первой же возможности, лидеры рабочего движения не обольщались. В 1879 г. Джордж Митчелл жаловался Брайту на партнерство с либеральной партией: «Я не верю, будто бы аристократы-виги или капиталисты-либералы будут больше беспокоиться о рабочих, когда получат политическую власть, чем землевладельцы-тори или консерваторы-банкиры. Вы великие люди, одним миром мазаны в своем желании не пустить представителей от рабочих в парламент».
Таким образом, в течение 1870-х гг. движение за дальнейшее расширение электората вновь стало набирать силу. В то же время преувеличенным представляется мнение историка В. Хейза, утверждавшего, что включение билля о правах в предвыборную программу партии происходило исключительно из-за широкого общественного движения как городских рабочих, так и батраков. На наш взгляд, основная заслуга в продвижении дела реформы принадлежала радикальному крылу партии, стремящемуся к усилению позиции внутри либеральной партии. О том, как продвигался билль о правах в палате общин в 1870-х гг., читатель узнает из следующего раздела.
1.3. Политические партии о парламентской реформе
1872–1880 гг.
В 1870-х гг. обе партии открыто говорили, что реформу расширения электората следует рассматривать как внепартийный вопрос. Однако она все же занимала важное место. Несомненно, парламентарии задумывались, выиграют они или проиграют после реформирования парламентской системы. Хотя либерал-радикалы также заявляли о внепартийном подходе, в их интересах было превратить реформу в один из основных вопросов либеральной партии. Поскольку в течение десятилетий большинство парламентариев сходились в своей неприязни к реформе, основной задачей сторонников демократии было преодоление атмосферы равнодушия внутри парламента и принуждение депутатов к серьезному рассмотрению вопроса о реформе. Однако уже к середине 1870-х гг. предложение о реформе встречало лишь незначительное противодействие. Категорично настроенных высокопоставленных членов тори поддерживали лишь несколько вигов, среди них Лове и Гошен. Их позиция была настолько изолированной, что большинство парламентариев называли ее «причудой».
