с силами, оттолкнула барина и отскочила. Глаза барина засверкали бешенством.
– Там,– Глаша показала рукой на дверь. От ужаса забывая слова.– Там…люди…забастовка.
Баташов застыл, приподнимаясь. Наконец смысл слов дошел до его сознания, заслоненного злобой.
– Чего лопочешь, дура?
– На заводе люди собрались. За дверью Лукьян ждет. Меня будить послал.
Баташов строго посмотрел на горничную. Желание тут же пропало. Он чертыхнулся.
– Одежду мне.
Глафира мышью кинулась исполнять приказ хозяина, в сердцах благодаря бога за отведенную беду от нее.
Андрей быстро оделся и вышел из покоев. На стуле сидел грустный Лукьян. При виде стремительно появившегося хозяина, он быстро вскочил со стула и поклонился в приветствии.
– Ну?– спросил Андрей помощника.
– Рабочие бучу затеяли, требуют хозяина. Работу остановили.
– Чего хотят?
– Зарплату повысить
– И все?
– Не говорят более. Говорят, с тобой будут разговаривать.
– Ладно. Зачинщиков выявил?
– Говорят Прошка Потапов, Еремея сын.
– Кто таков?
– Сын мастера.
– Изловить надо обоих и изолировать. Поехали на завод.
Они скоро спустились к поджидающей карете, вскочили в нее. Кони тут же взяли в галоп. Минут через пятнадцать они подъезжали к заводу. Трубы не дымились. Обычное оживление, отсутствовало. Люди побросали подводы и куда-то ушли. Возле проходной стояло несколько десятков человек с личной гвардии Баташова. Вооруженные, готовые стрелять.
К хозяину подбежал сотник.
– Забастовка, барин. Прикажите разогнать?
– Погодь. Всегда успеется. Надо и причину узнать. Лукьян, делай что сказал.– помощник кивнул головой и поманив за собой трех солдат, скрылся на территории завода.
– Пошли.– обратился он к сотнику.
Они прошли через проходную, и зашли в цеха. На полу, кто, где, сидели несколько сот рабочих. Кто разговаривал друг с другом, кто просто молчал, слушая других, кто вообще старался не реагировать на происходящее, присутствуя, чисто подчинившись эффекту толпы.
При появлении барина, люди по вскакивали со своих мест и застыли в поклоне.
Баташов грозно обвел собравшихся взглядом.
– Ну-у, звали, я пришел.
Из толпы отделился молодой, широкий в плечах, ну сухощав, с белым чубом, рабочий.
– Кто таков? – спросил Баташов рабочего.
– Прохор я, Потапов.
– А-а. Ну – ну.
– Позволь барин слово молвить. И не серчай раньше времени. Ты выслушай сначала. Отец твой. Царствие ему небесное, всегда понимал нас рабочих, всегда спрашивал и беспокоился о нашем житье – бытье. Не гневись, барин, да только вот рабочие недовольны, просят заработок поднять. То что платишь нам, не мало. Но его едва хватает свести концы с концами. А у некоторых не пять. Шесть. А то и более ртов малых. А чем их кормить. А одевать?– во время речи он внимательно разглядывал хозяина, пытаясь предположить, как поступит он.
Что говорить, забастовка вышла стихийная, к ней вообще не готовились. Он просто ляпнул, что надо высказать претензии хозяину. Но кто-то из толпы высказался, что так он слушать не будет, а посему надо остановить литье. Тогда хозяин их точно выслушает. Молодой Прохор пошел на поводу, и вот он как основной организатор забастовки стоял перед хозяином, боясь произнести лишнего. Баташов же в свою очередь, обдумывал требование рабочих, думал заодно, как поступить с зачинщиком.
– И что, кроме повышения зарплаты, вас больше ничего не беспокоит?– вдруг спросил Баташов.
– Да все барин нормально.– не дружно загомонила толпа.
Сзади Баташова появились солдаты, выстраиваясь в цепь. Толпа боязливо отшатнулась. Андрей почувствовал движение за спиной и обернулся. Он поднял в предостережении руку. Солдаты замерли в нерешительности. Повернувшись к народу. Он продолжил:
– Кто еще с Прохором пойдет со мной, для обсуждения условий ваших требований?
Из толпы вышла еще тройка мужиков в грязных спецовках. Он махнул рукой солдатам и повернулся к выходу из цехов. Солдаты окружили плотной стеной стачкомитет и повели, подталкивая в спину в след за хозяином.
Лукьян материализовался из неоткуда
– Этих в подпол. Захара ко мне.– бросил Баташов и направился в сторону административного здания.
Не успел он расположиться в кабинете управляющего, как в дверь тут же постучались.
– Открыто!
Дверь открылась и пред очи Баташова предстал бледный Захар.
– Зайди, садись.– предложил магнат.– Почему это произошло?
– Не гневайся, барин. Выслушай. Зарплату они действительно недополучают. Но это ты решай, я просто говорю, как есть.
– Почему произошла стачка?
Захар понурил голову. Баташов с минуту сверлил взглядом Захара, но вдруг сменил гнев на милость.
– Впредь, настроение масс отслеживай особо. Любые недовольства должны пресекаться в корне. А условия, создающие недовольства, устраняться. Меня всегда держи в курсе, как и что. Понял? Вот и добре. Повысь жалование в половину. Какие нужны бумаги, на подпись. Людям объясни, зачинщики, будут наказаны. И наказаны не за то, что просили, а за то, что смуту сеяли. Есть какие недовольства, мы решим все, но шатать дисциплину я не позволю. Сам то понял? Вот и доведи до людей.– Баташов встал, вышел из – за стола.
– Ладно. Где Лукьян?– они вышли из кабинета. За дверью, с собачей покорностью, ждал Лукьян.
– Лукьяшка. Смутьянов выпороть на площади. Каждому по двадцать палок. Что объяснить народу. Захар знает, а я домой поехал.
Он оставил их и вышел на крыльцо. Экипаж стоял в ожидании. Он вскочил в карету, отобрал вожжи у возницы.
– Дай, я сам. Но – о – о, залетные! – он взмахнул кнутом и стоя, во весь опор помчался к дому. Возница еле успел усесться сзади, чуть не слетев на скорости на дорогу.
Дома Баташов еще раз проанализировал свои действия и убедился в их правильности. К вечеру в центре площади села, были вкопаны столбы и к ним привязаны зачинщики. По окончании рабочего дня, когда люди возвращались с работы, была проведена экзекуция с разъяснениями барского решения.
Люди в страхе разошлись по домам. Но одна приятная мысль, все же согревала, зарплату повысили в половину. Для рабочих это была существенная прибавка.
Через неделю, после стачки на заводе, к родовому имению Баташовых, подкатила пара гнедых с тарантасом. Из него вылез угрюмый Стариков и направился к дому.
Его провели к хозяину. Баташов был в своем кабинете.
– А-а. Андрей Михайлович, проходи, милости просим.– поприветствовал купца магнат. Они присели, помолчали.
– Может чаю?– предложил Баташов.
– Нет, спасибо. Я вот тут…В общем, первого, как и договаривались, ждем сватов.– пряча глаза, сказал Стариков.– Все препятствия улажены.
– Хорошую новость привез. Тезка. Хорошую. А Наталья Андреевна, как отнеслась? –
