– У девочки талант, – ответил Джокер, вслед за Вадимом появляясь на улице. – Я так долго ее искал…
– По-моему, она не в восторге от нашего приглашения, – сказал Дмитрий, выходя последним.
Теперь все трое стояли в нескольких метрах от меня, и расставаться вроде бы не спешили.
– Девочка успокоится и непременно вернется, – разглядывая свои ботинки, ответил Максимильян, затем поднял голову и посмотрел в небо, точно прикидывая, не начнется ли дождь.
– Уверен? – хмыкнул Вадим.
– Абсолютно.
– И она тот самый четвертый член команды, о котором ты прожужжал нам уши?
– Именно так, – кивнул Максимильян.
– Лично я представлял себе все немного иначе. Имей в виду, если от девчонки не будет толку, тебе придется платить ей из своей доли.
– Конечно. Кажется, ей понравился наш Поэт, – добавил он, кивнув на блондина.
– Еще бы, девушки его любят… – Тут Вадим легонько толкнул плечом Дмитрия. – Чего молчишь? Как тебе девчонка?
– У нее проблемы. Не знаю, какие, но точно есть, – серьезно ответил он.
– А у кого их нет? – засмеялся Вадим. – Ладно, адиос, камрады, меня ждет брюнетка с офигительным бюстом и милой привычкой запасаться травкой.
– Не увлекайся, – насмешливо произнес Джокер.
– Оторвусь за нас обоих. Последнее время ты просто поражаешь меня своим целомудрием. Собираешься постричься в монахи?
– Может быть…
Они побрели к машинам.
– Тебя подвезти? – спросил Вадим блондина.
– Спасибо, пройдусь. – Он направился в сторону проспекта, Джокер сел в «Ягуар», а Вадим в «Ленд Крузер», оба одновременно тронулись с места и вскоре скрылись из поля моего зрения. Сидеть и дальше в кустах не имело смысла.
Бегом я припустилась к своей машине, а, выехав на проспект, увидела идущего впереди Дмитрия с сумкой через плечо, в которой он таскал ноутбук. Я приблизилась, сбросила скорость и посигналила, а когда он обернулся, приоткрыла окно и крикнула:
– Давай сюда.
Предлагать дважды не пришлось, он пересек разделяющий нас газон и вскоре уже сидел в машине рядом со мной.
– Куда отвезти? – спросила я.
– А ты где живешь? – вопросом на вопрос ответил он.
– На Тимирязева.
– Отлично, нам по пути. Высадишь меня возле своего дома.
– Не хочешь, чтобы я узнала твой адрес? – усмехнулась я.
– Не хочу тебя утруждать. Но если есть сомнения, могу пригласить к себе на чашку кофе.
– Перебьюсь. – Я направила «Форд» в сторону своего дома, покосилась на Дмитрия и буркнула: – Расскажешь, что у вас за лавочка?
– Стало интересно? – добродушно хмыкнул он.
– Еще бы. Это что-то вроде сыскного агентства?
Он пожал плечами.
– Официально – нет. У каждого из нас своя жизнь и своя работа, но иногда мы собираемся, чтобы покопаться в какой-нибудь поганой истории.
– Поганой? – нахмурилась я.
– Копаться в приятных историях нам еще не предлагали.
– А чем ты занимаешься в обычное время?
Он засмеялся, похлопал рукой по своей сумке и сказал:
– В обычное время я пишу программы и стараюсь поменьше привлекать к себе внимание.
– Максимильян назвал тебя поэтом. Пишешь стихи?
– А ты, оказывается, любишь подслушивать чужие разговоры? – с притворным удивлением спросил он.
– Только когда взрослые мужики ведут себя как дети, начитавшиеся приключенческой литературы. Так ты пишешь стихи?
– Никогда не пробовал. В команде в мои обязанности входит сбор всякого рода информации.
– Ты – хакер, это я уже поняла, но почему он назвал тебя Поэтом?
– Если верить Максимильяну, все мужчины делятся на три категории, – принялся он растолковывать. – Поэты, Воины и Купцы. Поэт – вовсе не означает, что это человек, который что-то там пишет, а Купец не только тот, кто что-то продает. Купцы – созидатели, Поэты – мечтатели и романтики, Воины – те, кто верит в незыблемость правил.
– Значит, ты – романтик, – кивнула я.
– Если верить Максимильяну, – засмеялся Дмитрий.
– Вадим, само собой, Воин?
– Точно. Он в самом деле воевал. Лет десять только этим и занимался. Потом решил, что с него хватит… – Тут он взглянул серьезно и продолжил: – Если ты будешь с нами, должна знать. Иногда он… – Дмитрий вздохнул и отвернулся к окну. – Война накладывает отпечаток на человека.
– У него поехала крыша и его спровадили на гражданку?
– Такого я не говорил… Полгода назад мы занимались расследованием. Похищение ребенка. Девочка погибла. Похитителя мы в конце концов нашли. По дороге в полицию Волошин, это, кстати, фамилия Вадима, вел себя абсолютно спокойно, даже шутил. А потом так же спокойно взял пистолет и рукояткой разнес похитителю челюсть, сломав сразу в трех местах. И, вместо того чтобы отправиться на допрос, тому для начала пришлось поваляться в больнице.
– Сколько лет было девочке? – нахмурилась я.
– Шесть.
– Не знаю, как бы я повела себя на месте Вадима, – заметила я ворчливо.
– Я понимаю, о чем ты. Но он профессионал. И обязан в любой ситуации сохранять спокойствие.
– Наверное, – пожала я плечами, не желая спорить, и задала очередной вопрос: – Максимильян, следуя его собственной классификации, надо полагать, Купец?
– Максимильян? – переспросил Дмитрий и вновь отвернулся к окну. – Максимильян – Джокер, и может оказаться кем угодно.
– Не очень понятно.
– Он – необычный человек, – неохотно добавил Дмитрий.
– Еще бы… одни запонки чего стоят. А чем в реальной жизни занят этот необычный человек? Выступает в цирке?
– Шутишь?
– Нет. Из него получился бы отличный клоун, и кличка подходящая.
Дмитрий не меньше минуты смотрел на меня так, точно я призналась в страшном злодействе, а потом вдруг засмеялся. Он хохотал так, что на его глазах выступили слезы, он вытер их ладонью, после чего произнес, окончательно успокоившись:
– Извини, но это действительно очень смешно. В обычной жизни у Максимильяна букинистический магазин на площади Победы. Ты его наверняка видела.
Тут самое время было и мне захохотать, настолько это показалось неожиданным. Букинистический магазин? Такое вообразить невозможно. На торговца подержанными книгами Максимильян точно не похож. А на кого он похож?
– Ты шутишь? – только и могла спросить я. Дмитрий взглянул так, точно это я его разыгрывала.
– Нет. Почему?
– Такой тип и книжный магазин…
– Букинистический, – поправил тот. – Там есть очень редкие экземпляры. Древние. По-моему, Джокеру очень подходит такое место. Пещера Али-Бабы, только вместо золота – иные сокровища. Хотя… не удивлюсь, если кроме книг там настоящий старинный клад: дублоны или золото инков. – Дмитрий засмеялся, и я тоже весело фыркнула, но вдруг подумала, что меня золотые дублоны, пожалуй, не удивили бы. С ними Джокер ассоциировался куда больше, чем с кассовым аппаратом и рекламной акцией «Купи одну книгу, вторая – в подарок». Эк меня занесло, может, и нет никакой акции… только кассовый аппарат, без него-то уж никак.
Между тем мой спутник, очень серьезно взглянув на меня, вдруг заявил:
– Он тебя искал.
– Кто? – нахмурилась я.
– Джокер, – пожал Дима плечами. – Мы вместе уже три года, и все это время он говорил, что нас будет четверо.
Стоило ему произнести это, и по спине пробежал холодок, а сердце забилось испуганной птицей. Пытаясь не выдать своего волнения, я пожала плечами и сказала как можно равнодушнее:
– Считал, что вам нужен экстрасенс? Но со мной он дал маху, мне далеко до тех, кого показывают по телевизору.
– Джокеру виднее, – лениво ответил Дмитрий, точно вдруг охладел к разговору. – Он сказал, что ты будешь работать с нами, значит, так тому и быть. Даже если сейчас ты думаешь иначе.
– Да кто он такой, черт возьми?
Дмитрий вновь засмеялся:
– Однажды Джокер заявил, что он падший ангел. Надеюсь, ты слышала эту историю. Если нет – посмотри в Интернете. Довольно интересно.
– Слушай, – не выдержала я, – а у вас крышу не снесло, у всех троих?
