— Знаете ли вы, сколько у них роботов? — спросила Изабелла.
— По нашим оценкам, примерно сотня, — ответил Далмэди, — хотя мы не могли провести точный подсчет. Видишь ли, они работают быстро, покрывая огромную территорию — по правде говоря, всю территорию, где голубые флажки растут достаточно густо, чтобы стоило их собирать. Роботы одинаковы на вид, за исключением верхних реле.
— Может быть, это компьютер-шарлатан, который меняет свои фокусы, когда меняются условия, — заметила Алиса. Кибернетика была не ее областью.
Ивонна покачала головой, ее золотистые волосы рассыпались по плечам.
Ничего необычайного. У нас есть телефото, сделанное с дальнего расстояния в течение сборки. Это стандартная многоканальная конструкция, только электронные схемы приспособлены к окружающей среде. Набор знаний — элементарный: больше и не требуется, и было бы неэкономично снабжать его подробной информацией, так как задача у него несложная.
— Раз так, не сможем ли мы перехитрить его? — спросила Алиса.
Далмэди скорчил гримасу.
— Как ты думаешь, что я со своими местными помощниками пытался сделать все последнюю неделю? Это открытая местность; датчики засекут тебя на огромном расстоянии, и компьютер вышлет роботов. Не так много нужно. Если ты подойдешь слишком близко к блокгаузу, они сделают предупредительный выстрел. Вот что привело в ужас туземцев. Некоторые из них где-то приблизились к нему, и вот дикари стали разбегаться, а в результате мы получили хорошенькую группу голодных беженцев. Я их не обвиняю. Низкотемпературный организм усваивает пищу быстрее, чем наш. Я продвинулся вперед и вызвал настоящий огонь. Я счел за лучшее убраться, пока еще защитная одежда не пострадала.
— А как насчет воздушной атаки? — поинтересовалась Изабелла.
Торсон фыркнул.
— Тремя грохочущими карами с ручным оружием? Ведь роботы умеют летать, вспомни. Кроме того, у центра есть силовые поля, бластерная пушка, ракеты. Для такой борьбы нужен военный корабль.
— К тому же, — воскликнул Морской Повелитель, — я говорил об угрозе разрушения города воздушным оружием при серьезном штурме этой местности. Этим нельзя рисковать. Скорее я прикажу вам уехать навсегда и заключу сделку, какую только можно, с вашими противниками.
Он может сделать это, подумал Далмэди, просто приказав нашим туземным рабочим оставить работу. Но ссора не так уж неизбежна. Он вспомнил последнее заявление Старшего Погонщика; вспомнил, как они уходили с места разведки — сулеймениты на своих животных, человек — на гравискутере.
— Мы твердо держимся союза с вами, а вы не поддерживаете нас. Ваши предшественники дали клятву, что мы будем иметь защиту от прилетевших с неба захватчиков. Если вы отказываетесь выгнать их, как мы можем доверять вам? — Далмэди сослался на прошлое, он неохотно допускал такой оборот событий, с тех пор, как караванщики оценили торговлю с ним. «Но если мы не решим эту задачу в ближайшее время, — заключил он мысленно, — вряд ли систему когда-нибудь смогут возобновить». — Мы не подвергнем вас опасности, — пообещал он Морскому Повелителю.
— Какова реальная угроза? — спросил Накамура. — Лига не слишком мягко отнесется к убийству и нанесению вреда коренному населению.
— Но Лига вряд ли пойдет дальше выражения недовольства, — сказал Торсон, — особенно если бабуриты докажут, что мы применили против них силу. Они сделают ставку на свою нейтральность, и, я подозреваю, дело разрешится в их пользу.
— Правы они или нет, — сказала Алиса, — оценка их психополитики будет обусловлена их собственным мнением об этом. А какую оценку они могут сделать? Что мы знаем об их способе мышления?
— Больше, чем можно предположить, — ответила Ивонна. — В конце концов, с ними контактировали на протяжении поколений, а торговые соглашения не заключают без предварительных исследований. Вы не слишком часто видели меня последнее время, потому что я работала в картотеке. У нас здесь масса информации о Бабуре.
Далмэди выпрямился на стуле. Пульс его зачастил. Не было ничего удивительного в том, что на этой заштатной базе находилась обширная и разнообразная ксенологическая библиотека. Копия с микропленки стоит дешево, а вы никогда не узнаете, какая удача выпала кому-то, если привыкли довольствоваться справками только о вашем собственном секторе.
— Что же у нас есть? — отрывисто спросил он.
Ивонна криво улыбнулась.
— Боюсь, ничего стоящего. Как обычно: три-четыре основных языка, наброски по истории и наиболее значительной современной культуре, анализ состояния технологии, статистика о таких предметах, как численность и производительность, — помимо планетологии, биологии, психологических очерков, et cetera.[1] Я все время пыталась найти какое-то слабое место, но тщетно. Да, я могу показать, что эта операция потребует от них напряжения всех сил, и они должны будут оставить эту затею, если она быстро не окупится. Но то же самое справедливо и по отношению к нам.
Торсон закурил трубку.
— Если бы мы могли установить оборудование, у нас был бы неплохо оснащенный рабочий цех. Вот где я бы попотел.
— Что ты хочешь сказать? — спросил Далмэди. Безрадостный тон инженера передался и ему.
— Ну, во-первых, я хотел бы знать о роботах — как они выходят наружу и как их выследить. Я мог бы сделать одного, только одного, с лучшим вооружением и защитой. — Он хлопнул по столу тыльной стороной ладони. — Но у компьютера их сотня, и он — гораздо сложнее, чем любой мозг, какой я могу собрать из запчастей; а как сказал Морской Повелитель, мы не можем рисковать и подставлять под ответный ракетный удар наш космопорт, потому что это уничтожит большую часть города. Потом я подумал о перебоях в работе или о том, чтобы испортить сам компьютер, но это совершенно безнадежно. Он никогда близко нас не подпустит. — Он вздохнул. — Друзья мои, надо признать естественный ход событии и составить план, как отступить с наименьшими потерями.
Морской Повелитель остался невозмутим, как и подобает монарху. Но центральный глаз Переводчика подернулся пленкой, его крошечное тельце сжалось, и он закричал:
— Мы надеялись… когда-нибудь наши потомки, научившись от вас, присоединятся к вам среди бесчисленных солнц, а вместо этого бесконечно подчинятся законам чужеземцев?
Далмэди обменялся взглядом с Ивонной. Их руки сжались. Он подумал, что та же самая мысль крутится сейчас и у нее в голове. Мы, существа Лиги, не можем позволить себе быть альтруистами. Но мы и не какие-нибудь чудовища. Какой-то бесстрастный бухгалтер в земной конторе может отдать приказ о нашем отъезде. Но можем ли мы, те, кто жил здесь, кто любит этот народ и кому он доверяет, бросить их и продолжать жить сами по себе? Не будем ли мы постоянно чувствовать, что данное нам благословение утрачено?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
