Залив тоже не поставляет его в достаточном количестве, поскольку фитопланктона маловато, да и тот, что есть, стремительно сокращается.
Кислородное голодание приводит к вялости, забывчивости, апатии, снижению внимания, колебаниям настроения и пр.
Тяжелей всего тем, кто живет на верхних этажах небоскребов с вечно работающим кондиционером, им кислорода от травки на земле не достает вовсе. Может, потому локалы ленивые?
Вяло переругиваясь, девушки одна за другой появлялись возле фонтана и бассейна. Я наблюдала за ними без особого интереса. Стоило признать, что у Сауда и Рашида, коль скоро гарем принадлежал им, есть вкус – все красотки, правда, несколько полноватые на мой взгляд. Зато блондинки. Стало понятно, почему в эту компанию попала я со своими длинными светлыми волосами.
И вдруг меня осенило: я вспомнила, почему лицо Рашида мне показалось знакомым! Мы никогда не встречались, но это он сидел в машине, пока двое других разговаривали с Вадимом, делая мне комплименты. Стекла машины тонированы, но это явно был он. Я мысленно обругала Вадима самыми крепкими ругательствами, какие смогла вспомнить, и пообещала сама себя придушить при встрече. Нет, я его властям сдам!
От мысленной казни Вадима меня отвлекло появление у бассейна новой партии красавиц. О… можно не уточнять, кто это. По тому, как держалась идущая впереди девушка, я без объяснений поняла, что это Лиана. Да, это ее целовал ночью Сауд.
Лиана и впрямь красива, причем во всем – лицо, фигура, грация, волосы… Загляденье, а не девушка. Вот только все портило надменное выражение лица и полупрезрительный взгляд. Все ясно – дама хозяина смотрит на всех свысока.
Я обратила внимание, как буквально подтянулись остальные. Вернее, внезапно образовалось пустое пространство, а в центре этого местного белого пятна я. Но меня появление красотки ничуть не испугало, как сидела, так и осталась сидеть.
Лиана подошла ближе и остановилась, почти нависая надо мной. Ого, у нее и рост как у модели! Нет, пожалуй, не больше метра семидесяти. Однако она стояла, а я сидела. Хорошо известный прием: хочешь кого-то подавить – встань на ступеньку выше или стой рядом, когда он сидит. Она почему-то очень хотела меня подавить, но не вставать же и мне? Много чести!
– Новенькая?
А голос-то чуть прокуренный, видно злоупотребляет кальяном.
Я спокойно подняла на нее глаза:
– Нет.
– Служанка? – Лиана решила повеселиться. Не может быть, чтобы она не знала о моем столь впечатляющем появлении в оазисе.
– Нет, гостья.
У нее большие карие глаза при светлых волосах. Рядом с ней я теряла привлекательность, хотя дурнушкой никогда не была.
– Ты гостья? Здесь не бывает женщин-гостей, – смех у нее тоже с хрипотцой.
Вокруг нашлось с десяток подлиз, с готовностью захихикавших.
Я спокойно пожала плечами:
– Все когда-то бывает в первый раз. Я живу в гостевом шатре. Думаю, ты знаешь об этом и вчера ночью видела меня, как и я тебя.
Удар попал точно в цель, красивое лицо передернуло. Я поняла, что испортила им с Саудом любовную игру, видно заметив меня, он перестал ласкать любовницу. Ну что ж, не нужно было держать меня в оазисе, мог бы сразу отправить в Дубай. Мелькнула мысль, что ревность Лианы поможет мне поскорей уехать, вернее, она вынудит Сауда выпроводить меня.
Я даже не представляла, как ошибалась!
Незнакомая с дамами такого сорта, я не подозревала, что ревность в этом замкнутом женском обществе, вернее террариуме, действует по иным законам. Здесь не вынуждают любовника изгнать соперницу, здесь соперниц уничтожают, причем в буквальном смысле!
Но даже если бы и знала, то значения не придала, я не считала себя соперницей Лианы. Во-первых, мне этот их гарем сто лет не нужен! Во-вторых, в вопросах любви и соблазнения, а также внешности она даст мне сто очков вперед. В-третьих, мне также сто лет не нужен объект ее ревности.
Лиана хороша и прекрасно знает об этом
А вот тут я лукавила, Сауд мне нравился, несмотря на всю его резкость. Но если бы пришлось выбирать между ним и возвращением домой, тогда я выбрала бы дом и о Сауде не вспомнила.
Но не говорить же это прямо в глаза Лиане?
…С той минуты началось наше противостояние, продолжавшееся год, причем временами жесткое и даже смертельно опасное для обеих.
По статистике (лживая она штука иногда…) на 100 представительниц прекрасного пола в этом замечательном городе аж 313 мужеского! Вот такое вопиющее несоответствие.
Откуда тогда многоженство, ведь и одну женщину у двух претендентов сначала отбить надо? У некоторых читательниц наверняка шевельнулась мысль попытать женское счастье в этом благословенном месте.
Не спешите. Статистика дама не только лживая, но и бесстрастная, ей все равно, каких мужчин и каких женщин считать. Возраст здесь ни при чем, Дубай город молодой, средний возраст жителей около тридцати лет. А перекос создается из-за огромного числа рабочих, приехавших из азиатских стран. Это бедные мужчины, которых очень-очень много.
Богатых и очень богатых мужчин тоже много относительно всего остального мира (в Дубае свыше 80000 миллионеров, и цифра растет), но ОЧЕНЬ МАЛО на всех, кто желал бы с ними познакомиться. Миллионеры не глазеют в моллах на полураздетых дам с целью предложить руку и сердце, они женятся на девушках своего замкнутого круга.
Конечно, бывают исключения, вроде Золушки. Но у Золушки крестная – фея, способная превратить тыкву в карету. У вас есть крестная-фея? Есть ли есть, смело заказывайте в качестве подарка под елочку принца на белом коне. Остальным лучше не беспокоиться.
Глава 3
На следующее утро кататься я не поехала, потому что проспала. Было обидно из-за упущенной возможности, но выводить свою «тезку» в жару я не рискнула, думаю, мне и не позволили бы это сделать. Навестила Амаль в конюшне, угостила ее и вороного яблоками, немного послонялась по конюшне, отдавая должное ее организации, и вернулась в кондиционированную прохладу шатра.
Поспала, поела, приняла ванну, высушила волосы, покрасила ногти, с трудом найдя среди предложенного светлый лак, снова поела…
Скука смертная…
После заката мы с Асият выбрались наружу. Было душно, но дольше сидеть внутри, рискуя заработать клаустрофобию, я не могла.
Оазис прекрасно освещен, как и все в Эмиратах, здесь тоже многочисленные солнечные батареи на каждом фонаре днем собирали энергию, а ночью отдавали. Хоть какой-то плюс от пустыни…
От нечего делать вдруг попросила Асият рассказать о хозяевах оазиса, прежде всего о Сауде. Девушка моему интересу удивилась, ведь она проспала мою попытку сбежать и не знала о споре на прогулке.
– Вай, ты зовешь его просто Саудом…
– А как надо?
– Его высочество.
– Как?!
– Он наследный принц… – шепотом пояснила Асият.
– Прямо-таки принц?
– Да.
В Дубае принято «стучать» на соседей, сослуживцев и вообще нарушителей.
Стены в домах исключительно тонкие, а звукоизоляция никудышная, потому, как говорят сами дубайцы, вы на милости соседей. Они слышат все и вполне могут донести.
Нет, не на ваши террористические замыслы, а на то, что вы не муж и жена. В Эмиратах жить вместе, не состоя официально в браке, запрещено всем. Потому снимать квартиру вместе с гражданским супругом не получится, вернее, получится до первого звонка бдительных соседей.
Куда это меня занесло, в гарем к принцу? На Востоке очень любят цветастые титулы, не исключено, что высочество тоже местного значения. Понимая, что все это внешняя мишура, быть принцем соседней деревни, конечно, престижно, но как-то не слишком солидно, я все же восхитилась – смотри-ка, а шейх-то настоящий, пусть и местный.
В глубине души понимала, что это не так, слишком роскошно – содержать для посещения пару раз в месяц целый оазис, и как содержать! Асият сказала, что это в малых шатрах по одной ванной, в четырех больших по две на шестерых и там бесконечные скандалы, кому когда ванну принимать.
Асият принялась рассказывать о родителях Сауда и Рашида, вернее, об их матери, про отца она ничего толком не знала.
– Шейха Махасин настоящая красавица, всем девушкам оазиса до нее далеко!
– Шейха?
– Да. Если муж шейх – жена шейха.
Ладно, пусть будет шейха.
– Она сюда часто приезжает?
Не мамаша ли поставляет сыновьям красоток? Все может статься.
– Сюда?! Нет, сюда никто не приезжает, кроме тех, кого ты видела вчера.
– Хорошо, рассказывай про Макасин.
– Махасин. Она очень знатная, – сообщила Асият, – причем с трех сторон.
– Это еще как?
– Почему башню называют то Бурдж Дубай, то Бурдж Халифа?
