Корова*
Дряхлая, выпали зубы,Свиток годов на рогах.Бил ее выгонщик грубыйНа перегонных полях.
Сердце не ласково к шуму,Мыши скребут в уголке.Думает грустную думуО белоногом телке.
Не дали матери сына,Первая радость не прок*.И на колу под осинойШкуру трепал ветерок.
Скоро на гречневом свее*,С той же сыновней судьбой,Свяжут ей петлю на шееИ поведут на убой.
Жалобно, грустно и тощеВ землю вопьются рога…Снится ей белая рощаИ травяные луга.
1915
"Под красным вязом крыльцо и двор…"
Под красным вязом крыльцо и двор*,Луна над крышей как злат бугор.
На синих окнах накапан лик:Бредет по туче седой Старик.
Он смуглой горстью меж тихих древБросает звезды — озимый сев.
ВзраС.А. Т нива, и зерна душСо звоном неба спадают в глушь.
Я помню время, оно, как звук,Стучало клювом в древесный сук.
Я был во злаке, но костный умУж верил в поле и водный шум.
В меже под елью, где облак-тын,Мне снились реки златых долин.
И слышал дух мой про край холмов,Где есть рожденье в посеве слов.
<1917>
Табун*
В холмах зеленых табуны конейСдувают ноздрями златой налет со дней.
С бугра высокого в синеющий заливУпала смоль качающихся грив.
Дрожат их головы над тихою водой,И ловит месяц их серебряной уздой.
Храпя в испуге на свою же тень,Зазастить гривами они ждут новый день.
* * *
Весенний день звенит над конским ухомС приветливым желаньем к первым мухам.
Но к вечеру уж кони над лугамиБрыкаются и хлопают ушами.
Все резче звон, прилипший на копытах,То тонет в воздухе, то виснет на ракитах.
И лишь волна потянется к звезде,Мелькают мухи пеплом по воде.
* * *
Погасло солнце. Тихо на лужке.Пастух играет песню на рожке.
Уставясь лбами, слушает табун,Что им поет вихрастый гамаюн.
А эхо резвое, скользнув по их губам,Уносит думы их к неведомым лугам.
Любя твой день и ночи темноту,Тебе, о родина, сложил я песню ту.
1915
Пропавший месяц*
Облак, как мышь, подбежал и взмахнулВ небо огромным хвостом.Словно яйцо, расколовшись, скользнулМесяц за дальним холмом.
Солнышко утром в колодезь озерГлянуло — месяца нет…Свесило ноги оно на бугор,Кликнуло — месяца нет.
Клич тот услышал с реки рыболов,Вздумал старик подшутить.Отраженье от солнышка с утренних водСтал он руками ловить.
Выловил. Крепко скрутил бечевой,Уши коленом примял.Вылез и тихо на луч золотойСолнечных век привязал.
Солнышко к Богу глаза поднялоИ сказало: «Тяжек мой труд!»И вдруг солнышку что-то веки свело,Оглянулося — месяц как тут.
Как белка на ветке, у солнца в глазахЗапрыгала радость… Но вдруг…Луч оборвался, и по скользким холмамОтраженье скатилось в луг.
Солнышко испугалось… А старый дед,Смеясь, грохотал, как гром.И голубем синим вечерний светМахал ему в рот крылом.
<1917?>
"О товарищах веселых…"
О товарищах веселых*,О полях посеребренныхЗагрустила, словно голубь,Радость лет уединенных.
Ловит память тонким клювомПервый снег и первопуток.В санках озера над лугомЗапоздалый окрик уток.
Под окном от скользких елейТень протягивает руки,Тихих вод парагуш квелыйКурит люльку на излуке.
Легким дымом к дальним пожнямШлет поклон день ласк и вишен.Запах трав от бабьей кожиНа губах моих я слышу.
Мир вам, рощи, луг и липы,Литии медовый ладан!Все приявшему с улыбкойНичего от вас не надо.
1916
"Весна на радость не похожа…"
Весна на радость не похожа*,И не от солнца желт песок.Твоя обветренная кожаЛучила гречневый пушок.
У голубого водопояНа шишкоперой лебедеМы поклялись, что будем двоеИ не расстанемся нигде.
Кадила темь, и вечер тощийСвивался в огненной резьбе,Я проводил тебя до рощи,К твоей родительской избе.
И долго, долго в дреме зыбкойЯ оторвать не мог лица,Когда ты с ласковой улыбкойМахал мне шапкою с крыльца.
1916
"Алый мрак в небесной черни…"
[Окончательная редакция]
Алый мрак в небесной черни*Начертил пожаром грань.Я пришел к твоей вечерне,Полевая глухомань.
Нелегка моя кошница,Но глаза синее дня.Знаю, мать-земля черница,Все мы тесная родня.
Разошлись мы в даль и шириПод лазоревым крылом.Но сзовет нас из псалтыриЗаревой заре псалом.
И придем мы по равнинамК правде сошьего крестаСветом книги Голубиной*Напоить свои уста.
<1915>
"Прощай, родная пуща…"
Прощай, родная пуща*,Прости, златой родник.Плывут и рвутся тучиО солнечный сошник.
Сияй ты, день погожий,А я хочу грустить.За голенищем ножикМне больше не носить.
Под брюхом жеребенкаВ глухую ночь не спатьИ радостию звонкойЛесов не оглашать.
И не избегнуть бури,Не миновать утрат,Чтоб прозвенеть в лазуриКольцом незримых врат.
1916
"Покраснела рябина…"
Покраснела рябина*,Посинела вода.Месяц, всадник унылый,Уронил повода.
Снова выплыл из рощиСиним лебедем мрак.Чудотворные мощиОн принес на крылах.
Край ты, край мой родимый,Вечный пахарь и вой,Словно Во́льга* под ивой,Ты поник головой.
Встань, пришло исцеленье,Навестил тебя Спас.Лебединое пеньеНежит радугу глаз.
Дня закатного жертва*Искупила весь грех.Новой свежестью ветраПахнет зреющий снег.
Но незримые дрожди*Все теплей и теплей…Помяну тебя в дождикЯ, Есенин Сергей.
1916
