Она вздохнула от щенячьей тоски, подумав, что шестое сентября ещё так далеко. Нескоро она вновь сможет обнять его, посмотреть в глаза, прикоснуться и поцеловать.
— Ты сегодня не в духе. Устал? — решила перевести тему Юля.
— Если только от общения с идиотами, — усмехнулся он.
— Как у вас там погода? — уводила она разговор на нейтральные темы.
— Тепло, как обычно. Море шумит, слышишь? — ответил Пётр.
— Неа.
— Ты будешь звонить своему бывшему? — внезапно спросил он.
— Зачем?! — удивилась Юля.
— Мне показалось, ты волнуешься за него.
— Переживёт, — спокойно ответила Юля, хотя всё равно беспокоилась за Дениса.
— Согласен, — усмехнулся Пётр. — Юля, правда, что ты в нём нашла? Мне любопытно.
— У нас много общих интересов, — потянула она, — и он весёлый.
— Я, кажется, понял, — ухмыльнулся Пётр. — Ты ведь никогда не была в него влюблена?
— Нет, — грустно призналась она.
— А ты, оказывается, коварная девушка, Юля, — веселым тоном проговорил Пётр.
— Почему? — искренне удивилась Юля.
— Не бери в голову. Ерунда. Я, кстати, уже пришёл домой. Спишемся в Skype?
— Я уже и компьютер выключила.
— Я сейчас перекушу что-нибудь, потом в душ, потом тебе наберу, — распланировал он. — Кстати, если ты действительно переживаешь за своего Винни-Пуха, позвони ему. Я не против, — добавил напоследок Пётр.
— Я подумаю над твоим предложением, — улыбнулась она.
— Ты не представляешь, как сильно мне тебя здесь не хватает, — тоскливо выдал Пётр, — так пусто без тебя. Может, прилетишь ко мне, взять тебе билет на ближайший рейс?
У Юли к глазам подступили слёзы. Она очень хотела бы сейчас быть рядом с ним, в его квартире, в его объятиях.
— Ещё как представляю. Ты же знаешь, что я очень хочу прилететь, но я же потом не вернусь, — грустно произнесла Юля.
— Ладно, я сам к тебе прилечу, скоро увидимся, — перевел он разговор в позитивное русло.
— Да, скорей бы, — мечтательно ответила она.
Они распрощались, и Юля осталась совсем одна с мыслями о Петре. На душе было невыносимо тоскливо. С каждым днём всё больше и больше ощущалось, насколько сильно не хватает его рядом. Она хотела бы всё бросить и прилететь к нему.
Денису Юля звонить не собиралась, но переживала за него.
«Зачем он вообще написал Пете, это же глупо!» — не понимала она и решила всё-таки выяснить.
— Honey?! — удивлённо спросил он, потом внезапно осёкся, — ой, прости, ты же просила… не ожидал, что ты позвонишь, — озадаченно проговорил он. В словах его не было привычной жизнерадостности, голос звучал немного сдавленно. Юля чувствовала, что он пытается показать ей хорошее настроение, но голос выдавал его.
— Ден, зачем ты написал ему? — серьёзно спросила Юля.
— Хотел достучаться до его совести, — с сердитыми нотками ответил Ден.
— Причём здесь совесть? — удивилась Юля.
— А соблазнить девушку на десять лет младше себя, по-твоему, нормально?! Это как если бы я встречался с семиклассницей! Ты по сравнению с ним маленькая девочка! Как так можно?! — возмущался Денис.
— Во-первых, я не маленькая девочка, во-вторых, он любит меня, — отрезала Юля, — и, в-третьих, мне разница в возрасте не важна.
Денис надолго замолчал, а потом вдруг спросил.
— Юля, — она даже вздрогнула, непривычно было услышать от Дена своё имя. — Кем я был для тебя?
Юля задумалась, подбирая слова.
— Ты ведь не любила меня? — нарушил молчание он.
— Нет, — тихо ответила Юля. — Прости.
— Я был для тебя вроде плюшевого мишки, такой удобный, мягкий, весёлый, — сдавленно говорил он. — Ведь так?
Юля внезапно поняла, что имел в виду Пётр, когда они разговаривали по телефону. Ей стало безумно стыдно, но Денис для неё всегда был хорошим другом, не более.
— Денис, прости меня, Я даже никогда не думала об этом до этого момента, — оправдывалась она. — Прости! — сказала Юля, чувствуя ком в горле. Ей было горько от того, как она обошлась с Деном, она не хотела ранить его.
— Успокойся, всё нормально, — попытался приободрить её Денис. — Я больше не буду вам мешать, sweetie.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Прости меня, — всё так же тихо проговорила Юля.
— Ничего, переживу, — улыбнулся он. — Лучше уж знать правду, какой бы горькой она ни была.
7
Почти весь следующий день Юля провела со своей преподавательницей по французскому. Та её заверила, что собеседование — это лишь формальность, чтобы посмотреть на человека, оценить: может ли он хоть пару слов связать на языке страны, куда едет. Тем не менее, она внесла несколько коррективов в Юлины ответы. Они немного пообщались на французском. Преподавательница успокоила девушку: сказала, что та молодец, и волноваться ей не о чем.
Вернулась Юля уже под вечер и договорилась о встрече с Лизой, та уже ждала её на улице.
Они разговорились и просидели в сквере почти до полуночи. Юля вернулась домой, но Петра в Skype не было. Она взяла телефон, чтобы позвонить ему, там была непрочитанная смска. Заболтавшись с Лизой, Юля не слышала, когда пришло сообщение. А это было больше часа назад:
«Юля, мне так плохо и одиноко без тебя. Когда ты будешь дома?»
Юля расстроилась, что пропустила сообщение от Петра, написала ответное смс и решила, что он, скорее всего, уже лег спать, пожелала ему спокойной ночи в новом сообщении, в надежде, что он всё-таки еще ждет, но ответа не последовало.
На выходных Пётр долго искал, чем себя занять, пока Юля была у своей преподавательницы по французскому. Он поковырялся в интернете, почитал книгу, но стены квартиры давили на мужчину. Раньше, когда он жил сам по себе, никогда он не чувствовал одиночества: были книги, работа, он постоянно учился, искал информацию для своего проекта, всегда находилось занятие, в которое можно было погрузиться с головой. Но сейчас он ощущал себя одиноко, каждая мелочь напоминала о Юле, и на грудь давила мучительная щемящая тоска. Пётр хотел либо побыстрее сбежать из дома, либо посильнее напиться. Он и не предполагал, что ему будет настолько плохо без Юли, и с каждым днём мука всё нарастала и нарастала.
Пётр, как всегда, отправился к Саше. Тот обрадовался обществу друга, ему явно было скучно на турбазе. Парень собирал вещи: лето заканчивалось, и база закрывалась до следующего сезона. В деревянных домиках по ночам становилось прохладно. Сам Саша переезжал к родителям в Анапу.
— Готов к работе? — с энтузиазмом спросил Пётр.
— Чувствую себя студентом после каникул, как будто всё забыл, — неохотно потянул друг.
— Ничего, быстро вспомнишь. Я для тебя уже подготовил фронт работ. Расслабиться не получится. — Пётр улыбнулся и слегка прищурился, как будто что-то задумал.
Саша поморщился:
— Работали же прекрасно, пока ты к нам не пришёл. Не все ж такие трудоголики, как ты.
— Ты хотел сказать: не работали, — усмехнулся Пётр.
— Ты со мной сейчас как начальник или как друг говоришь? — непонимающе посмотрел на него Саша.
Пётр ухмыльнулся:
— А сам-то как думаешь, балда?!
Саша лишь махнул рукой:
— У тебя одна работа на уме.
— А у тебя одни бабы на уме, — бросил на него прищуренный взгляд Пётр. — Пора начинать заниматься полезным для общества делом.
— Пфф… — фыркнул Саша. — Думаешь, охота?!
— Ладно, мы, возможно, скоро избавимся от завода, — интриговал Пётр.
— Ты его взорвать собрался или свалить от нас?
— Второе вероятнее, — засмеялся Пётр. — И, пожалуй, я заберу команду с собой.
— Что?! — искренне удивился Саша.
— У нас отличная, сработанная команда с хорошими мозгами, — спокойно говорил он. — Нужно только немного поучиться, и мы можем брать более сложные проекты.
Саша закатил глаза:
— Я тебе говорил, что ты маньяк?!
— Да, и не раз, — усмехнулся Пётр. — Сань, неужели тебе не хочется развиваться, достичь чего-то большего, научиться чему-нибудь новому, наконец?
