Почувствовав себя совсем замечательно, я пошел прогуляться. Вверх по холму строения замка были видны хорошо, вправо и влево частично тоже. А что ниже? Пройдя под аркой в непонятном низком сооружении, протянувшемся во всю длину плаца с того края, я оказался на крепостной стене феерической толщины. Ага, это внешняя стена замка. Под ней тоже много чего настроено — однако там уже город. Узкие кривые улочки между крытыми черепицей домами, часто многоэтажными; площади, храмы, часовни… Вокруг — еще одна стена, не слабее замковой. Народу на улицах немного, в основном женщины и дети.
«Каритек — город при одноименном замке. Население — 32 000 жителей…»
Ого! А до войны, видимо, было далеко за сорок. Насколько я помнил, на Земле в Средние века лишь столицы отдельных европейских государств да крупнейшие центры ремесел и торговли могли похвастать таким населением. При этом город выглядел удивительно аккуратно, точно музей под открытым небом. Кем бы ни были Демиурги, они при создании Вселенной Дагора постарались избежать некоторых распространенных средневековых шаблонов. Правда — в пользу других шаблонов, из области фэнтези с тягой к гигантизму. Я карту мира в базе знаний успел глянуть мельком: Мировой Остров Аусанг по площади далеко превосходил мою родную планету, имел внутренние моря и океаны и освещался собственным солнцем — вдоль хорошо, а поперек не очень.
Сбоку раздались тяжелые шаги — ко мне приближался вооруженный патруль.
— Кто такой? — сурово спросил старший стражник, останавливаясь метрах в трех. Я заглянул в его профиль, но увидел немного.
Раса: полуорк
Класс: воин (старослужащий)
Уровень: 37
И все. Даже имени нет.
«Характеристики многих персонажей в настоящее время скрыты от вас или отображаются выборочно. Чтобы узнавать больше, развивайте такое качество, как проницательность».
Учту, подумал я и сказал:
— Из рекрутов я, господин стражник. У нас отдых.
— Тогда возвращайся на плац.
— Я что-то нарушил?
— Нет. Но посторонним не место на стенах, должен сам понимать. Даже солдатам, если их не назначили в обход. А ты только будущий солдат. Так что вернись на плац, сынок.
Тоже мне, папаша, внутренне скривился я, тем не менее делая «направо» и «шагом марш». Впрочем, нельзя не признать, что полуорк разговаривал и вел себя вежливо. А мог бы и пинком под зад меня отсюда наладить, и был бы не так уж неправ. Расслабился я не в меру. Крепостная стена и в самом деле не смотровая площадка.
Глава 4
Тренировки продолжались. Я получил третий уровень, потом четвертый. Серьезно улучшил навык владения мечом, повысил точность стрельбы из лука. И все это под ругань бухого Креппера, который знай себе отхлебывал из фляги, но отчего-то никак не мог опьянеть окончательно и вырубиться. Из разговоров с ребятами я уже знал, что герцог собирает ко дню великомученицы Елены тысячное войско. Десять неполных пока сотен упражняются на плацах огромного замка, и у всех нормальные наставники. А у нас Креппер, которого ад не переварит.
Сражался он когда-то как надо, и даже был пожалован рыцарским званием. Но в один недобрый день попал вместе с графом Бефрейским под атаку элитной имперской конницы, изрубившей весь его отряд в капусту. Закованные в заговоренную броню тяжеловооруженные всадники выносили сорокоуровневых бойцов на скаку с одного удара; уцелел один Креппер, притворившийся мертвым. Как его просмотрели шедшие за вражеским войском добивальщики, и как не вычислили маги, он никогда не рассказывал. Но поговаривали, что лежа среди мертвых и умирающих, Креппер обратился к демонам Мира Истинного Мрака и продал им душу за возможность остаться жить.
Добравшись до своих, он вступил в Орден Бдящих, рыцари которого занимались поддержанием порядка в Оргойском королевстве, ловлей шпионов и тому подобными делами, используя магию собственной выделки. Уважением и любовью среди дворянства и в народе Бдящие не пользовались, ибо не брезговали записывать в шпионы личных врагов для расправы с ними. Они регулярно грабили торговцев и зажиточных крестьян, бесплатно пили и жрали в тавернах, а пикнуть никто не смел — мигом превратишься в пособника или осведомителя вражьих агентов, и добро пожаловать на каторгу. Правда, Бдящие несли службу и на границах с варварами, и на сторожевых заставах в зонах боевых действий с империей. Но там их обычной тактикой была такая: вовремя заметить врага и спешно отступить, предупредив королевские войска и предоставив им разбираться с противником.
Короче, с командиром мне крупно не повезло. Мало того, что в чужой мир загремел, так еще и угодил под начало к этакому средневековому менту и фэ-эс-бэшнику в одном лице, алкоголику с посттравматическим стрессовым расстройством. Перевестись бы, но я сомневался, что в Народном ополчении его королевского величества предусмотрена такая опция. Пойду на поклон в соответствующие инстанции — мне наверняка ответят примерно следующее: служи на том месте, на которое тебя направили своей неизреченной мудростью боги! Положись на их всеблагую волю и овладевай воинским искусством, возрастая в уровнях. Понял? Вот и хорошо. Пшел вон.
Не исключено, что Креппер слышал в юности нечто подобное. Он ведь из простолюдинов, и возрос, надо сказать, неслабо. Посвящения в рыцари удостоился, множества наград и отличий. Может, в бароны метил, а может, и выше. Еще один минус для меня. Нет ничего хуже, чем полностью зависеть от человека, который мечтал вылезти из грязи в князи, но не пробился.
Однако при всем при том моя щедро подкармливаемая свободными очками интуиция подсказывала, что положиться на волю богов — не самый плохой вариант. Кто сказал, что в других сотнях лучше? Ребята? А они там были? Всегда кажется, что хорошо именно там, где нас нет. А если разобраться — кто мог занимать должности наставников на тридцать пятый год войны? Во-первых, героические инвалиды — и вдруг с посттравматическим синдромом похуже чем у Креппера?.. А во-вторых, самые отчаянные проныры, сумевшие правдами и неправдами окопаться в глубоком тылу. Неизвестно, кто хуже, и сама идея выбора между психами и хитрожопыми мне не нравилась.
Вечерело. Под самый занавес занятий я взял пятый уровень, умудрившись не откинуть копыта. Мы разобрали из стоек боевые мечи, и Креппер в сопровождении явившегося на плац Снурфа обошел строй, всматриваясь мутным взглядом в отображавшиеся в наших профилях таблицы достижений. Иногда он останавливался, кивал, и прибывшие со Снурфом солдаты выдавали кому палицу, кому боевой топор, кому лук со стрелами — в зависимости от того, кто во владении чем себя показал. Мне достался лук.
— Молодчага! — ткнул меня кулаком в бок Пент. — В первый же день!
— Просто именно сегодня раздача, — пояснил Скип. — Она раз в десять дней. Креппер увидел, что у Ивана талант к стрельбе, и решил выдать лук авансом.
— Напоминаю! — громко сказал Снурф. — Все пожалованное оружие вы всегда обязаны носить с собой. Везде! Привыкайте к будущим походам, в которых вам придется таскать на себе гораздо больше снаряжения и постоянно за ним следить. При задержании без оружия или кольчуги рекрут наказывается ношением котомки с камнями весом в пуд.
— На сегодня свободны, — милостиво разрешил Креппер. — Марш в казарму!
Солнце неспешно клонилось к закату. Мы вышли через замковые ворота в город. За нашими спинами с грохотом и лязгом пришел в движение подъемный мост. И вот я на извилистых булыжных улочках, виденных мною сверху. Однообразие мостовых нарушается только решетками дождевой канализации. Никаких нечистот, все цивильно. Первые этажи домов из камня, вторые и третьи часто деревянные, и хорошо заметно, что многие дома строились не сразу, а надстраивались по мере надобности.
Повсюду хлопали двери, задвигались тяжелые засовы. Закрывались и запирались ставни с вырезанными на них оберегающими магическими символами. Слышались глухие голоса, читающие молитвы и заклинания. Жители готовились к ночи словно к осаде, и эти приготовления невольно пугали. Чувствовалось, что не суеверие им причиной, а действительная опасность. Может, я и в игровом мире, но игры тут ведутся серьезные. Кто же создал эту реальность, как она возникла? Надо все же выбрать время и почитать Писания. А в будущем желательно и тексты посерьезнее найти. Вдруг пойму заодно, попало сюда лишь мое сознание, или тело тоже. Затянуло ведь моментально, ничего не успел понять.
