новизны инициирует создание той или иной Истины;
– затем соци-ум сам по себе – без какого-либо сознательного участия человека продуктивно мыслящего – выдвигает «свою собственную» Истину в виде Необходимости в новизне того или иного вида (Событие-1);
– и лишь на третьем этапе человек, восприняв нужду соци-ума и создав саму идею (Событие-11), присваивает все то, в чем закопёрщиком был не он сам, а Природа и соци-ум сам по себе: Природа – потому, что это она создала соци-ум как еще одно свое живое видообразование, а соци-ум – потому, что это он сам по себе, без креативного участия человека запрашивает ту Необходимость в новизне, в которой он, соци-ум, нуждается.
Оказывается, что Природа под давлением Нужды инициирует в соци-уме зарождение и создание Необходимости в новизне нужного ему, соци-уму, вида. Этим самым она дает возможность соци-уму предъявить человеку – продуктивно чувствующему и мыслящему – «претензию» на создание идеи-новизны-Истины нужного соци-уму вида (конец События-1).
И эту «претензию» человек, как оказалось, способен воспринять в виде какого-либо воздействующего на его чувства и ум негативного фактора: толи лишенности в чем-то, толи неудобства пользования чем-либо, толи недостаточности чего-то. Далее, ему ничего другого не остается, как приступить к созданию самой идеи (начало События-11, рефлексия-1), и – в случае благоприятного исхода – получить из бессознательного в сознание ее смысл. Потом ему необходимо раскрыть этот смысл (рефлексия-11) и создать сначала в своем уме недостающее искомое сущее, а затем по его идеальному образцу изготовить новое подручное средство в материальном его виде и по определенной технологии. (Это и есть то, что в технике именуется как предмет изобретения в формуле изобретения). А вот с помощью этого средства и будет в дальнейшем производиться в соци-уме Продукция нового вида (на этапе События-111), та Продукция, которая в достаточно неопределенном виде была затребована самим соци-умом в процессе События-1.
6.4. Истина как внове рожденная идея
Разобравшись в том, что такое идея и как она возникает, сразу же зададимся риторическим вопросом: что такое Истина, как не сама идея? Ведь нет ни одной Истины, которая не была бы рождена из какой-либо идеи. Идеи оседлого образа жизни и искусства, идеи естественного отбора и двойной спирали ДНК, идеи книгопечатания и неэвклидовой геометрии, идеи Ньютона и Эйнштейна, и т. д. и т. п. – разве это не Истины, некогда закрепленные на основе идей, спонтанно приходящих на ум людей, продуктивно чувствующих и мыслящих?
Когда мы ищем какую-либо Истину, то, прежде всего, мы пытаемся воссоздать ту идею, согласно которой в прежние времена возникло то или иное явление действительности. Так, пытаясь найти Истину зарождения языка, мы стараемся восстановить картину осмысления того момента, когда человеческому существу впервые пришла в голову иррациональная идея использовать свои голосовые связки – как подручное средство – для произнесения в определенной последовательности фонем, обозначающих тот или иной предмет. А потому, Истина – это идея, некогда возникшая, а затем «утерявшая» след своего возникновения.
Можно даже сказать, что, как правило, след идеи-Истины «заметается» временем забвения. Вот этот след – а вместе с ним и исток его – мы пытаемся восстановить и зафиксировать. В этом и заключается сам феномен «поиска Истины». Если бы мы в точности знали, каким образом в прежние времена возникло все множество иррациональных идей, то у нас и не было бы потребности в поиске той или иной Истины. (Дело в том, что в западной культуре нет практики – за совсем крохотным исключением: Архимед, Пуанкаре, Менделеев, Кекуле и др. – фиксирования и описания моментов инсайтного явления идеи-Истины в наше сознание.)
Так что если мы примем за Истину внове рожденный смысл идеи, и согласимся с тем фактом, что возникновение идей всегда обусловлено предшествующим возникновением в соци-уме Необходимости в новизне того или иного вида, то тогда нет необходимости, положим, ни в корреспондентском, ни в когерентном, ни в прагматическом понятии Истины, ни в каком-либо ином. Эти понятия, соответственно, – всего лишь результат разного подхода, разного восприятия, разной оценки той или иной Истины, но они не заглядывают в ту бездну, из которой возникла Истина, и не дают нам знания, каким образом она возникла, и какие обстоятельства способствовали ее рождению.
И нам нисколько не стоит стесняться отождествления Истины с идеей. Наоборот, это отождествление, во-первых, ставит идею на подобающее ей более высокое место, а во-вторых, оно роднит их обеих, условно говоря, как кровных сестер-близнецов, этаких «Митохондриальных Ев», – родоначальниц перманентного обновления всего того, что в нем, в обновлении, нуждается.
Истина тогда, во-первых, это то, что сначала обусловлено Необходимостью в новизне соци-ума самого по себе, а во-вторых, это то, что затем создано человеком в соответствии с этой Необходимостью и по запросу именно этого соци-ума, того соци-ума, в котором живет и бытийствует этот продуктивно мыслящий человек. Соци-ум нуждается только в том, чего у него нет, а то, чего ему постоянно не хватает, так это притока той новизны, которая, как можно предположить, является единственным «продуктом его питания». Как и живая Природа нуждается только в тех новых видообразованиях (органах), которых у нее еще нет для исполнения какой-либо новой функции. (Напомним: как полагал Ортега-и-Гассет: функция рождает орган. См. «Размышления о «Дон Кихоте»». 1997, стр. 110).
Тогда получается, что Истина, во-первых, есть сама по себе новизна, а во-вторых, происхождение ее всегда вынужденно. Но ведь и идея всегда нова и происхождение ее всегда вынужденно, поскольку соци-ум нуждается в постоянном обновлении. Без этого участь его решена – он деградирует и гибнет.
6.5. Запрятанность идеи-Истины
Так почему же получилось так, что предлагаемое нами понятие Истины оказалось столь трудноуловимым и трудноопределимым? Скорее всего, потому, что идея-Истина, создаваемая человеком, оказалась запрятанной за «спиной» соци-ума, генерирующего свои все новые и новые Необходимости в новизне – потому она и оказалась столь трудноуловимой. Можно даже сказать, что Необходимости в новизне, генерируемые самим соци-умом как креативным (наподобие человека) образованием, – это Продукты «ума» («идеи») соци-Ума самого по себе, того соци-Ума, который является одним из последних живых видообразований самой Природы. Это, во-первых.
А во-вторых, Истина оказалась запрятанной не только за трудноуловимой и трудноопределимой Необходимостью в новизне, но и за тем, как она, эта Необходимость, достаточно скрытно проявляет себя на уровне человеческого бытийствования. А проявляет она себя, как мы уже установили, в виде какого-либо способного воздействовать на чувства и на ум человека негативного фактора: лишенности в чем-либо, неудобства пользования чем-то, обделенности чем-либо и т. д. (И этот фактор сам по
