поняла и тоже кивнула, но, зная, что нам вместе идти потом из института, приготовила все вопросы на потом. Хотя бы за это я была ей благодарна.
Вечером, по пути в библиотеку, я и вправду рассказала ей большую часть истории. Умолчала лишь о совместных снах, а все сны переделала во встречи наяву. Света ещё долго ходила в восхищении с этой истории, сказав, что ничего захватывающе и драматичней не слышала. Я на это лишь кивнула. Лучше бы это и вправду была обыкновенная история дружбы, но кто меня спрашивал.
Рома не появился неделю и все, включая Свету, стали забывать о том инциденте с одеждой. Однако это оказалось ненадолго.
В тот день, когда мы закончили, был уже вечер. За неделю я отвлеклась и почти забыла встречу в трамвае. Мной она воспринималась как сон или иллюзию. Я чётко решила для себя, что всё это мне только показалось, я это придумала, парень ошибся и я ошиблась. Что угодно, лишь бы не признавать, что это взаправду.
С этой мыслью я выходила из института, попутно разговаривая со Светой. Мы обсуждали недавнюю лекцию и договаривались вместе пойти в библиотеку, чтобы подготовить реферат. Но вдруг моя подруга замерла и удивлённо произнесла:
— А это ещё кто?
Я обернулась туда же и увидела Его. Это был Рома. Такой же, как в то утро в трамвае. И всё же не такой же. Теперь он был в заводской форме. В очень грязной заводской форме. Даже с моим зрением, я видела пятна от машинного масла. Это делало его ещё более… не привлекательным. А ещё стоял возле мотоцикла и, судя по шлему в руках, был его хозяином. Его взгляд выискивал кого-то и, благо, пока что не нашёл. Поняв, что вряд ли здесь внезапно нашёлся его старинный друг, я хотела аккуратно обогнуть его и уйти, чтобы вновь считать его воспоминанием, но как только я сделала несколько шагов по лестнице, Рома всё же меня заметил меня и окликнул:
— Марианна! Постой!
Здесь если кто-то и знал меня, то как Марину, так что сначала никто не понял кому это он, а я всё ещё упорно делала вид, что иду мимо. Однако, когда преследователь всё же уже перегородил мне дорогу, я поняла, что теряться в толпе поздно и решительно вздёрнула на него взгляд. Глаза в глаза, чтобы знал с кем имеет дело. Но изумрудные глаза были наполнены лишь нежностью и облегчением. Это разозлило меня окончательно. Ведь не может человек, что был иллюзией, Так смотреть! Даже в самых дурных снах. Тем временем, «моя нелогичная иллюзия» всё же заговорила:
— Я уж думал, что снова институтом ошибся. Или неправильно запомнил.
— Институтом? Как ты узнал? — подозрительно щурясь, спросила я.
— Твоя тетрадь. Там на обложке было написано «Фармакология», — парень указал на сумку, где и лежала предательница-тетрадь, — Я прочитал, пока гадал ты ли это. Потом понял, что это что-то медицинское. Вот и катался эту неделю по институтам. А ещё там было имя и фамилия. Но почему Марина?
— Это моё имя, — раздраженно пояснила я.
— Ясно. Ну тогда… привет, Марина, — Роман солнечно и широко улыбнулся.
— Привет, — отзеркалила я, — И пока, — поджав губы, я обошла его и направилась к Свете, которая, как другие, глядела на нас.
Но не успела я отойти и на метр, как он догнал меня.
— Постой. Ну ты чего? Ты же помнишь меня? Помнишь, иначе бы не убегала. Ну, Ёжик..
Тут мои эмоции не выдержали и я резко остановилась, чтобы прорычать ему буквально в лицо.
— Я не Ёжик! Не Марианна! Я Марина! Ма! Ри! На! Запомни это. И забудь меня. Ты лишь выдуманный друг из детства.
Последний раз посмотрев в ошеломлённые глаза парня, я горделиво взмахнула косой и вновь пошла к подруге. В этот раз меня никто не остановил.
— Кто это? — спросила она, но увидев мой пылающий яростью взгляд, больше ничего спрашивать не стала.
В расспросах мы доехали вместе до библиотеки, сделали реферат и разошлись по домам. Света не спрашивала, что случилось между мной и Ромой, но взяла обещание на прощание, что завтра после института я ей всё расскажу. Я нехотя согласилась, хоть и понимала, что не расскажу всей правды.
Дома я повторила конспекты, прочитала реферат и легла спать. Но сон никак не шёл. В голове всё крутился этот Роман. С лысой головой и в этой заводской куртке и штанах он был страшно непривычным. Он уже не был похож на того юноши из моих снов. И всё же это был он. Без сомнений. Эти два факта никак не укладывались в моей голове, и я накрыла её подушкой. Ещё и придавила сверху руками, чтоб все ненужные мысли выдавить. Не помогло и я откинула подушку прочь. Рома не выходил из моей головы, потому я стала прокручивать в голове лекцию по анатомии. Названия мышц, суставов и костей помогло и через время я всё же спала. Хоть и плохо.
Утром проснулась в разбитом виде. Кое-как собравшись, я пошла на учёбу и старательно занимала свои мысли лишь лекциями. Однако всё оказалось не так просто, ведь на парах меня ждала Света с требованием рассказать всё на ближайшей перемене, так что пришлось вновь рассказать почти правдивую историю. Про то, что мы были знакомы в детстве, потом резко прервали связь и теперь вновь встретились в трамвае. Свете эта история казалась невероятно романтичной и лиричной, так что она тут же стала убеждать меня, что я обязана его простить и, когда придёт в следующий раз, всё-таки поговорить с ним. Я согласилась, думая о том, что больше он может и не появится. Однако после учёбы меня ждал сюрприз.
Около института вновь стоял мотоцикл, а на нём сидел Рома с букетом. Не слушая восторженный вздох подруги, я быстрым шагом поспешила мимо бывшего друга, но он, как и в прошлый раз, перегородил мне путь. Я не успела и возмутиться, потому что он протянул букет с радостной улыбкой и проговорил:
— Ты сказала забыть тебя. А я не могу. И в знак моей памяти, вот тебе. Сам набрал.
В его руках были незабудки. Те самые, что растут крайне редко, но кажется есть в лесах. Я думала о том, где же он их взял, неужели в лес ездил, а в это время, сама не заметила, как взяла букет. Поняла это лишь когда почувствовала мягкий аромат. Быстрым движением хотела вручить обратно, но было
