— Да бросьте, Денис! Я понимаю ваше беспокойство. Вы никогда не пробовали забираться так высоко. Тридцатый уровень был не очень приятным опытом, и четыре месяца в реабилитационном центре, которые вы упомянули, — тем более. Я всё это понимаю. Но у нас здесь — другой случай.
— Что вы имеете в виду?..
— Многое в моём бизнесе связано с высоким риском для жизни и здоровья людей, как вы, вероятно, представляете. Эти невероятные смельчаки, добывающие в Эле всё, что можно, идут ко мне работать, слетаясь со всех тысяч планет Конфедерации и даже из сопредельных звёздных систем, по двум причинам. Первая: я хорошо плачу. Вторая: я обеспечиваю их безопасность лучше кого бы то ни было. На низкой орбите каждой из планет у меня тысячи полностью автоматических спасательных капсул. Они откачивали, собирали и восстанавливали работоспособность разорванных взрывами, раздавленных горной породой, даже полупереваренных разнообразной фауной людей. Вы же маг, вам-то чего бояться?
— Того, что от передозировки умрёт мой мозг. Тогда ваши капсулы будут бессильны. Мозг не выращивается заново, в отличие от всего остального.
— А вот в этом я попрошу довериться учёным из нашей лаборатории магии! — просиял Хорски, явно довольный тем, что разговор идёт по плану. — Здесь, на Эле, без ложной скромности, проводятся лучшие в Конфедерации исследования в этой области. Нет-нет, мозги мы пока не выращиваем, — замахал он руками в ответ на оторопелый взгляд Дениса, — но относительно недавно наши учёные вывели препарат, радикально снижающий последствия передозировки магическими агентами! Как раз закончили тесты перед тем, как… — он осёкся и секунду посмотрел в стол. — В общем, вам он будет доступен, беспокоиться не о чем, поверьте мне.
Денис, разумеется, верил ему не больше, а даже меньше, чем его посланнице Ирэн. Какой-то подвох во всём этом ощущался почти физически…
— А почему бы вам просто не нанять одного из «сотников» для вашего предприятия? Ну или кого-то из высших, с восьмидесятым или больше… Проблемы с оплатой их услуг у вас вряд ли возникли бы, даже если срочно. Зачем все эти сложности, господин Хорски?
— Сложности, Денис, в том, что найм любого из высших, да и «срединных» связан с большим количеством бюрократических проволочек, и для срочных дел не подходит никак. Плюс, это означает… эм-м-м… публичность. А для моего проекта публичность губительна. Гильдию магов у себя на пороге я хочу увидеть лишь тогда, когда всё будет уже готово.
— Вы хотите сказать… — обеспокоенно начал маг.
— Что вы, что вы, всё законно, — мягко перебил его Хорски. — Просто требует решительности и скорости, которые с Гильдией и всеми проверками невозможны, сами знаете.
Он пожал плечами.
— Мои люди нашли вас, Денис, в каталоге свободных магов. Ваши услуги не требуют подтверждения, поскольку ваш базовый уровень — не выше пятого. Ну а нам нужен восьмидесятый. Отсюда и, как вы говорите, «сложности»…
— Я всё-таки вынужден буду отказаться, Ричард, — перебил Денис, чувствуя, как по спине идёт холодок от того, во что его пытались втянуть.
Сутки блокировки могли показаться лёгкой нотацией в сравнении с тем, какое наказание жандармерия могла бы для него придумать в этом случае.
— Прошу извинить за то, что все потраченные вами усилия по столь безотлагательной доставке меня на Эль не оправдались, — он развёл руками.
Хорски глубоко вздохнул.
— Хорошо, Денис, я понял. Это ваше решение. Не буду настаивать. Позвольте лишь сказать вам одну цифру, перед тем как вы уйдёте.
Он сделал театральную паузу. Денис прищурился.
— Сто пятьдесят миллионов талеров Конфедерации.
* * *
Смотровой кабинет при лаборатории имел окно во всю стену, выходившее, как и все окна столицы колонии в Эльдорадо, на радужное море Верофонта.
Денис сидел в удобном кресле лицом к и ждал, глядя на панораму планеты.
Сбор анализов занял всего десять минут, результаты обещали ещё через десять, так что с минуты на минуту должен был прийти кто-то из персонала.
И верно. В дверь коротко постучали — и медбрат в светло-голубом медицинском костюме появился откуда-то сбоку.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Господин Шевелев, результаты готовы. Восемьдесят седьмой! Мы можем сделать вам восемьдесят седьмой! — со слабо скрываемым ликованием сообщил он.
— Восемьдесят седьмой? — всё ещё не веря своим ушам робко переспросил Денис.
— Именно так! — довольно подтвердил медбрат. — Я понимаю, что это не совсем расчётная величина, немного пониже… Но ведь, согласно таблице наших аналитиков, вероятность успеха и с таким уровнем — семьдесят девять процентов! Не так уж плохо, правда? — он ободряюще улыбнулся.
— Да, спасибо… — пожал плечами Денис, забирая лист с результатами и вставая со стула.
Хорски, конечно же, приберёг решающий аргумент на конец разговора.
Сто пятьдесят миллионов — сумма, которую Денис даже не мог себе представить. В ней помещались тысячи жилых отсеков, как у него на Земле, десятки тысяч глайдеров, как у него… Он бы мог жить на эту сумму, не ударив пальца о палец, несколько сотен лет! Если бы маги столько вообще жили…
Он даже не помнил, как пробормотал «Хорошо, давайте попробуем…» перед тем, как его повезли делать медицинские тесты.
Да, риск. Но и что с того?..
Семьи у Дениса пока не было. Или уже десять лет как не было — это как посмотреть. Он был очень поздним ребёнком, и его родители, тоже маги, не дожили даже до его двадцатилетия. Девушки у него тоже не было. А крупный долг перед Службой контроля экспансии — был. Дома, на Земле, его ждал только он.
И сейчас маг шёл по коридору и убеждал себя, что имеет смысл рискнуть. Что таким обычным людям, как он, подобный шанс даётся, быть может, только раз в жизни… Да что там, он уже даже мысленно начинал планировать, на что бы потратил гонорар!
Пока Денис был на медицинской станции, прислуга Хорски накрыла в приёмной зале обед. Сам хозяин сидел за столом перед голографическим экраном и вяло перемещал по нему объекты. Как только Денис вошёл, он провёл рукой над шаром управления и картинка исчезла.
— А вы быстро управились! — поприветствовал мага президент.
— Спасибо вашим медикам. Они говорят, восемьдесят седьмой уровень.
— Да-да, мне уже доложили. Всё уже готовят. У нас есть около ка-часа или двух, чтобы обсудить детали задания.
— Прекрасно, я весь внимание, — Денис сел за стол, но вдруг понял, что от волнения ему и кусок в рот не лезет.
— Сначала соглашение о неразглашении, будьте добры, — улыбнулся бизнесмен — и перед Денисом в воздухе возник текст.
Условия были стандартными, за исключением пункта о возможном наказании. Там скромно значилось: «За нарушение соглашения исполнитель будет судим по законам колонии звёздной системы МТ-11940».
— Что мне грозит в случае нарушения соглашения, согласно местным законам? — подняв бровь поинтересовался Денис.
— Смертная казнь, — бесстрастно сообщил Хорски. — А вы собрались нарушить? — он улыбнулся, прищурив глаза.
— Конечно нет, — ответил маг, проведя у виска сканером, лежавшим тут же, на столе.
Сканер тихо пискнул, считав его личную подпись под височной костью. Соглашение было подписано.
— Вот и хорошо! Что ж, с формальностями — всё, теперь приступим к деталям, — Хорски что-то нажал под столом и часть столешницы подсветилась, оказавшись сенсорным пультом. — Что вы знаете об Эльдорадо, Денис?
— Хм… Немного, честно признаться. То же, что и все: одна из самых технологичных колоний Галактики, основное направление деятельности — добыча редких полезных ископаемых. Условия добычи тяжёлые, но темпы растут из года в год, — он немного подумал. — Всё, по-моему.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Уже неплохо! Давайте я теперь добавлю от себя, — улыбнулся Хорски.
Он пару раз стукнул пальцем по пульту и над столом между ними возникла трёхмерная модель планеты сплошного тёмно-коричневого цвета.
— Вы правы про редкие полезные ископаемые, правы про технологии и правы про условия добычи. Это всё — правда в той или иной степени для всех семи планет МТ-11940, на которых мы уже ведём добычу. Но где-то это, скажем так, слишком уж правда. Ещё есть две планеты, нами не освоенные. Одна из них — Верофонт, над которым мы с вами сейчас кружим. Тут, кроме «верофонтии», добывать нечего, — бизнесмен улыбнулся. — А вторая, Диамей, перед нами.
