Камилла потупилась, оставшись на месте. Она не знала, что ответить. Взгляд упал на стену, где на подставке висел меч, от которого невозможно оторваться. Рукоять и ножны выполнены в едином черном стиле, а все остальное в серебристом. Внимание привлекали мелкие символы, красиво выведенные на ножнах — язык древних. Таких мечей Камилла никогда не видела.
Дориан заметил её взгляд и сам посмотрел на стену. В прошлый раз этого меча не было, а глава отсутствовал несколько дней.
— Вижу, ты ценитель прекрасного, — задумчиво произнес Дориан. — Такой меч хочешь?
— Было бы неплохо, — призналась Камилла.
— Только его надо заслужить. Это глифовый меч. Он защищает владельца от любого зла: явного и затаенного, — Дориан встал со стула и подошел ближе к камину, — но пользоваться им может не каждый.
Камиллу интересовало все, что знает Дориан. Оружие она любила, но разговор и так уже слишком затянулся. И раз он здесь не господин, она может уйти, когда пожелает.
— Доброй ночи, Дориан, — сказала она напоследок.
— Доброй ночи.
Как-то вечером, после ужина, Камилла спросила Велимира про общину, как давно она существует. Старик предложил прогуляться вдвоём, разговорился и рассказал девушке, что сам здесь уже три года вместе с Дорианом. А дела в общине в этот год идут очень хорошо, волноваться совершенно не о чем. Очередную зиму они пережили, на будущее много запланировано. У общины есть небольшая, но довольно внушительная казна, из которой всем хватит денег, чтобы скромно прокормиться чуть ли не до следующей зимы. В ответ на вопрос, откуда вообще берутся деньги, он лишь заговорчески посмеялся.
В общине каждый занят своим делом. Несколько пахарей взращивают и собирают урожай на полях за бараками, один иногда рисует картины. А ещё, в это неспокойное время, деньги можно заработать на военном деле. Да и общине, подобно этой, жизненно важно уметь постоять за себя. Орден Палеонесской розы уже успел обзавестись дурной славой. Ходили слухи о нападениях на целые селения.
Старик рассказал и о том, что бродячую труппу артистов он убил за деньги, собранные целым селением. Гальзар, остановившись вместе с труппой в таверне, перебрал с алкоголем, натолкнулся на местную девушку и возомнил, что может безнаказанно взять её силой. Камилла догадывалась, что встреча труппы со стариком была не случайна. Жители деревни доверяют общине больше, чем людям из ордена Нефритовой зари, которые по праву несут слово закона на территории западной провинции Гальрада.
За такой авторитет и дружбу с ближайшими коммунами надо благодарить Дориана. Он, как ни крути, умеет налаживать связи, находить и выбирать нужных людей. Поэтому у общины много, где свои люди, в том числе среди капитанов Палеонесской розы, кое-кто в ордене Нефритовой зари и несколько полезных знакомств в столице. И даже в императорском замке бывший советник императора по делам внешней политики — старый друг Велимира.
— Вижу, ты вполне довольна тем, что осталась, — заметил старик. — И передумала идти в столицу.
— Да. Я не сразу поняла, но все эти люди в нашей общине на самом деле очень добры ко мне, — призналась Камилла. — Все поддерживают друг друга, стараются каждый в силу своих возможностей. И это замечательно! А вот в детстве родители брали меня на собрания коммуны и там старосты часто ругались, даже по мелочам. Например, что сеять в следующую весну.
— На этот счёт тоже благодари Дориана. Он с самого основания общины соблюдал и прививал орденский кодекс всем. А кодекс гласит, что собратья ордена обязаны поддерживать друг друга, помогать и защищать. Подлых и бесчестных людей община уже давно пережила. Да и у Дориана нюх на таких. Мы принимаем не всех. В конце концов, мир — это не только твоя коммуна. Много где люди понимают, что добьются большего только общими усилиями.
Камилла вздохнула, вспоминая детство и жизнь в коммуне. Они зашли недалеко в лес, где всюду уже ощущалось дыхание весны. Солнце в последние дни начало греть заметно теплее, таял последний снег, а птичьи голоса звучали звонче обычного.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Давно мы с тобой не прогуливались вот так, за разговорами, — заметил старик.
— Это верно.
— Лучше скажи, как у тебя успехи с уроками грамотности?
Камилла уже позабыла, что недавно начинала учиться читать и писать вместе с другими. Правда, из-за ужесточившихся тренировок с Велимиром и постоянной помощи Мирине времени на все не хватало, и Камилла прекратила заниматься чтением перед сном.
— В целом, все неплохо, — ответила девушка.
— Пожалей уж старика, — вежливо предостерег Велимир. — Не надо врать.
— Я всегда думала, что вы знаете мысли других, — в шутку ответила Камилла.
— Нет, что ты. Я могу только предвидеть намерение врага атаковать. Таких, как я, называют предвестниками побуждения. А вот знать мысли других никому из нас не дано. Некоторые дары позволяют чувствовать людские помыслы, сокрытые в самой глубине. Таких людей стоит опасаться. Ну, а я пожалуй, слишком часто вижу, как в последнее время ты изматываешь себя на тренировках и помогаешь Мирине. Всего и сразу не успеешь. Но займись грамотностью, хотя бы понемногу каждый день. Обещаешь?
— Обещаю.
С момента разговора со стариком прошёл ещё один временной цикл, унеся за собой время весеннего возделывания. Наступило лето. Если бы не северная смута, Камилла сейчас полноценно помогала бы родителям заготавливать сено и готовилась жать созревший урожай.
Бараки, где жила община, поляна перед домом и лес незаметно стали родными. Камилла знала людей, местность вокруг, ходила до ближайшего селения вместе с собратьями. А когда-то казалось, что жизнь на постоялом дворе ещё долго будет безопасным пристанищем. Тренировки со стариком не прекращались, хотя временами казалось, что она застопорилась и прогресс остановился. Более того, в бое на мечах она все ещё не могла победить. Камилла чувствовала себя уверенно. Научилась правильно атаковать, защищаться. Но в реальном бою насмерть она бы никогда старика не победила.
А однажды вечером, после того как Камилла помогла Мирине с мытьем посуды и собиралась пойти спать, старик отвел её в сторону.
— Прости, что отрываю, — как всегда вежливо извинился он. — Завтра с утра пойдёшь тренироваться с Дорианом.
Эта новость Камиллу ошарашила.
— Почему это? — удивленно спросила она. — Зачем?
— Твоей сноровки и умений вполне достаточно, чтобы вступить в бой, но, помимо этого, нужно изменить кое-что внутри себя, — старик решил ответить только на последний вопрос. — К великому сожалению, я не смогу в этом помочь. А Дориан может.
— Да ведь… — Камилла задумалась над тем, как это сказать. — Он меня недолюбливает.
— Я так не думаю, — уверенно ответил Велимир. — Между прочим, Дориан считает тебя удивительной. Уважает наравне с остальными в общине и, как все они, готов защитить в случае опасности. Возможно, он бывает резковат, но к этому можно привыкнуть.
Камилле хотелось ещё больше возмутиться после таких заявлений.
— Вы сейчас серьёзно?
— Разумеется. Учиться сражаться — твой собственный выбор. Никто не говорил, что будет легко. И если уж так сложно на это решиться, подумай прежде всего о том, что ты приобретешь. Дориану приходилось выживать в тяжелых условиях и преодолевать много трудностей, чтобы не умереть. У него есть, чему поучиться.
Камилла выдохнула. Судьба иногда подкидывает сюрпризы. Но, пожалуй, у неё больше шансов победить старика в открытом бою, чем провести полдня с Дорианом и не услышать ни одну колкость.
— Время все расставляет по своим местам. Помню, как я тебя встретил, напуганную, тихую девочку, — вспомнил старик. — А теперь ты вместе с общиной, в доме, который, наверное, и искала долгое время.
— Да, но…
— А в общине все уважают друг друга, и не стоит никого бояться и избегать. Есть вопросы?
Камилла вспомнила те первые дни, когда старик позвал её за собой в лес, а она шла следом, не зная толком, чего ждать. Тогда было все равно, что случится. Она утратила веру во что-то хорошее. И в мыслях наплевала на себя, мечтая о скорой смерти, которая неминуемо должна была прийти. Но не пришла.
