взятый в близкой к нам Алексеевке Белгородской области. Но и тот «куб», что выставлен в Музее Природы Нью—Йорка, впечатляет. И подобная прелесть делается сама собой, задаром! А где тот бегун, что способен угнаться за ценами на солярку?
Сбережение влаги
ИПР существенно уменьшает нужду во влаге, а стало быть — и в поливах.
Во–первых, богатая органикой почва способна удерживать больше влаги. Во–вторых, мульча, в том числе живая, заметно уменьшает испарение и способствует удержанию росы. В прикорневой зоне может неделями, без поливов поддерживаться достаточная влажность. А сокращение поливов, помимо экономии воды и труда, снижает вероятность грибковых заболеваний.
Нужно также иметь в виду, что регулярный обильный полив чреват засолением почв. Мне довелось быть свидетелем, как черноземное поле после ввода в действие системы орошения за какие–то 20 лет стало солон чаком.
Но самую интересную (с точки зрения поливальщика) работу ИПР выполняет в «мертвый сезон».
Прежде всего, торчащие и полегшие растения образуют естественный барьер, улавливающий осенние дожди. Зимой они же задерживают снег в огороде, в то время как на голой земле он легко сдувается в сугробы.
И весьма любопытный процесс можно наблюдать ранней весной. Когда начинает пригревать солнце и температура воздуха становится выше температуры снега, то всякая торчащая соломинка (с теплопроводностью большей, а альбедо — меньшим, чем у снега) прогревается сильнее снега. Вокруг соломинки он начинает таять, образуется воронка, а талая вода вся впитывается в почву — и из–за того, что почва вокруг соломинки оттаивает быстрее, и из–за барьеров, мешающих воде влиться в весенние потоки. Вся делянка покрывается воронками, они расширяются, оголяют черную землю, процесс таяния ускоряется, но вода не стекает, вся остается в почве. Так что и воды на укрытой грядке образуется больше, и утрачивается её меньше.
Экологический эффект
Интенсивная посадка растений, укрывая почву круглый год и связывая её корнями, оберегает Землю от эрозии, пыльных бурь, промоин — враждебных прародительниц.
Виталий Гридчин, о котором мне приятно вспомнить еще раз, в качестве технологических культур предпочитает кормовые крестоцветные. Например, осенью 2007 года его «фавориткой» была белая горчица. Ею были засеяны огороды и у него, и у сестры, и у зятя. А огород у соседа был истерзан, как водится, зяблевой вспашкой. И вот что мы видим весной (см. фото 2). На огороде Виталия лежит «одеяло», готовое к посадке картошки «под палку», а за забором за одну (!) зиму зародился хрестоматийный овраг. Уцелели у соседа лишь замульчированные и скрепленные корнями грядки чеснока. Фотография века! Невозможно придумать более наглядное пособие для агитации против пахоты, за интенсивную посадку растений!
Экология — это не где–то там, где витийствуют «зеленые». Это у нас под ногами, в собственном огороде. И если в нем хозяйничают в угоду конвенциальным догмам, а не сообразно с природой, то именно здесь закладываются миникатастрофы, грозящие слиться в апокалипсис для всей Земли.
Довелось мне повидать поля, фермы, сады–огороды во многих странах. И после этого самое недоуменное впечатление от родных полей–огородов — они голые! Голые поздним летом, когда почти всё уже убрано и лишь сорняки «куют» рабочие места полольщикам на будущий сезон. Совсем уж голые осенью и бесснежной зимой, когда лежат истерзанные плугом и лопатой, брошенные на полгода под неумолимые дожди. Голые весной, когда созревшая, в самом соку почва ждет 5–7 недель теплолюбивых «поселенцев». Голые в бесконечных междурядьях в разгар лета. За что, зачем мы их так? И почему только мы — так?
Если воспринимать почву как живой организм, в котором непрерывно кипит жизнь, то нет резона держать её нагой, подставлять под палящее солнце, размывающие дожди, ветер, способный выветривать даже скалы. В природе, по крайней мере, нет голых почв. А если кому придут на память Гоби или Сахара, то пусть вспомнится и то, что они -рукотворные.
Побочные бонусы
До сих рассматривались блага, которые ИПР несет огороду. Теперь посмотрим внимательнее на то, что дает ИПР огороднику.
Рациональное использование площади
Двойственные чувства испытываешь, погружаясь в предмет этого пункта. С одной стороны, тема более рационального использования огородной площади «растворена» во всем тексте, в каждой его строчке, так что о ней вроде бы и говорить не надо. Но с другой — без явного обсуждения этой темы структура книжки была бы ущербна, как лунный диск в начале третьей четверти.
В самом деле, как–то неловко, даже неуважительно по отношению к читателю говорить о том, что продуктивнее, чем обычно, работает вот такая, например, «перечная» грядка.
С осени на ней лентами, через 50 см, высаживается на зелень для весны мелкий лук–севок (обреченный усохнуть в кладовке за зиму), и всплошную сеется овес, который успеет до морозов вырасти настолько, что укроет в зиму почву и, естественно, лук. Весной лук потечет непрерывной струйкой к столу (в первую очередь выбираются растения, намеревающиеся стрелковаться), а в междурядьях лука (без перекопки!) в подходящее время будут сделаны лунки для перца. Поздней весной, уже после посадки перца, в освободившиеся от лука ленты втыкается по паре горошин бамии, она довольно быстро растет, зацветает и её 6–7–дневные стручки регулярно срезаются (вместе с нижними листьями, чтобы тень от бамии была для перца комфортной, разреженной). А уж что можно делать с этими стручочками, лучше спросить южанина: грузина — о соне, сирийца — о бами, африканца — о гумбо, француза — об окре. Мне, северянину, всего пристойнее об этом помолчать, хотя и на нашем столе отменно хороши и супы, и рагу, и яичницы с бамией. А в конце лета, еще по «живым» перцу и бамии, по грядке разбрасываются семена кориандра или змееголовника, и пахучая зелень растет до самых морозов (а кинза — даже зимует!). И при всем при этом хороший урожай дает заглавная культура грядки — перец.
Риторический вопрос: сколько грядок понадобилось бы, чтобы вырастить всё это при традиционном монокультурном подходе? Вот и говори теперь банальные слова о том, что интенсивно засаживаемые грядки используются рациональнее. Забегая вперед, скажу, что у нас нет отдельных грядок с салатом, кукурузой, редисом, капустой, морковью, фасолью, вигной и др., а сами овощи — мыслимые и немыслимые — есть.
Неиссякающая зелень
Благодаря ИПР с нашего обычного огорода, без теплицы, под самым открытым северо–украинским небом практически непрерывно идет на стол всевозможная зелень.
Как тешится наше тщеславие, когда, зайдя к нам
