– Да! – Саманта не колеблясь приняла предложение.
Работа в прачечной тяжела, особенно в такую жару, но из всех вариантов это самый подходящий.
Констебль Френч, рискуя разгневать миссис Келлог, спросил:
– Вы уверены, мисс Перри?
Саманта кивнула:
– Абсолютно. Большое вам спасибо за помощь, констебль.
– Рад служить. – Он прикоснулся к шляпе. – Через несколько дней заеду посмотреть, как вы тут работаете.
– Брысь! – скомандовала миссис Келлог. – Мы не можем целый день болтать. Нам нужно работать. Отправляйтесь по своим делам, констебль, а мы приступим к нашим.
Саманта видела, как он вскочил на лошадь. Именно благодаря своей силе и уверенности констебль снискал уважение здешних мужчин. Он помахал рукой и повернул к скомпрометировавшему себя району, Клондайк-Сити, в обиходе называвшемуся Луизтаун.
– Хороший человек, – пробормотала хозяйка прачечной. Увидев удивленный взгляд Саманты, женщина улыбнулась. Суровое выражение исчезло с ее лица. Она обняла девушку за талию и повела внутрь небольшого, заполненного клубами пара, пышущего жаром строения. На плите стояли чаны с водой. – Это правда, – продолжала миссис Келлог. – Только не говорите ему, что я так сказала. – Она погрозила узловатым пальцем своей новой помощнице. – Но я не представляю, что бы мы делали без констебля Френча. С ним и его парнями Доусон в безопасности.
Не переставая говорить, женщина указала на одну из дверей в дальнем конце помещения. За узеньким тамбуром виднелась крошечная комната, где едва хватало места для железной койки и умывальника. Саманта поставила на пол свою сумку, раскрыла, вынула рабочее платье и стала торопливо переодеваться. Стащила с себя грязный костюм, надела муслиновую блузку и черную юбку из саржи. Выбор у нее был небогатый.
Это будет ее приют, пока не приедет Джоул. Она вдруг с унынием осознала, что не оставила для него записку в отеле. Потом пожала плечами, уверенная, что за это следовало бы заплатить слишком высокую цену. К тому же в Доусон прибыло не так уж много женщин, поэтому жених найдет ее без особого труда.
Саманта затянула потуже пояс, закатала пышные рукава блузки. Прежде чем войти в рабочее помещение, она набрала в грудь побольше воздуха.
Миссис Келлог склонилась над жестяной ванной.
– Сюда, девушка, – сказала она, указывая закругленной деревянной лопаткой на соседнюю ванну. – Вон там рубахи. Полощите их, пока не отойдет грязь, а потом потрите на стиральной доске. Веревки во дворе. – Словно спохватившись, она спросила: – Вас Саманта зовут?
– Да.
– Работайте усердно – и у нас не будет проблем.
Саманта улыбнулась и взяла лопатку с длинной ручкой.
Тяжелая работа ее не страшила. Иначе она не рискнула бы приехать в Юкон. Она готова была работать до изнеможения, чтобы сразу уснуть, как только дойдет до постели. Так быстрее пройдет время до встречи с Джоулом.
Дни пролетали быстро. Саманта работала от восхода до заката солнца. Она никогда не видела такого количества грязного белья.
После стирки Саманта латала рубахи, сидя в своей комнате, – некоторые были сплошь в дырах.
Саманту не тяготила ее работа. Миссис Келлог, внешне суровая, обходилась с ней очень хорошо. Каждый вечер они ели восхитительную пищу, заказанную в одном из отелей, так как в прачечной не было кухни. Хозяйка сказала, что стиркой зарабатывает вполне достаточно, чтобы заказывать пищу. Это была правда. Саманта видела, сколько золота приносят в прачечную. Несколько весов у двери отмеряли стоимость каждой сделки. Золотой песок перекочевывал в жестяную банку, находившуюся под кроватью миссис Келлог. Хотя большинство клиентов знали, где хранится золото, она не боялась, что ее обворуют. Краж в городе практически не было.
Грязь на улицах постепенно подсыхала, и добираться в Доусон и Луизтаун с каждым днем становилось легче.
Саманта все меньше остерегалась мужчин, приходивших в прачечную, и не обращала внимания, когда они бросали на нее жадные взгляды. К ее счастью, миссис Келог не требовала от Саманты, чтобы она напрямую общалась с клиентами.
Спустя пять дней после приезда в Доусон она услышала знакомый голос, окликнувший ее по имени. Она улыбнулась и весело сказала:
– Добрый день, констебль. Приехали посмотреть собственными глазами, отрабатываю ли я свою комнату?
– В этом я никогда не сомневался, мисс Перри. – Сняв шляпу, он вошел в комнату, едва не касаясь балок под низкой притолокой. Саманта как раз вытирала руки о темный от влаги фартук, и констебль с восхищением посмотрел на нее. – Требовательность миссис Келлог всем хорошо известна, – сказал он и, отодвинув в сторону груду нестиранных рубах, сел на лавку. – Пора бы уже вашему мистеру Хаусману приехать.
Саманта пожала плечами, скрывая собственную озабоченность этим болезненным для нее вопросом. У миссис Келлог уже вошло в привычку делать вид, будто она не замечает, как часто ее помощница подходит к двери и выглядывает на оживленную улицу, проверяя, не идет ли мужчина, которого она жаждет увидеть.
– Мистер Хаусман, должно быть, очень занят на участке. Весна – горячая пора, как он мне объяснял.
– Он прав. Все старатели надеются, что талые воды вынесут много золота из тайников, запрятанных в холмах, и будут работать все светлое время суток и часть темного тоже.
– Темного здесь так мало, – заметила Саманта.
Констебль засмеялся. Обнимая руками колени под безупречно аккуратными брюками, он откинулся назад, чтобы было удобнее следить за ее непринужденными ловкими движениями. Оказывается, мисс Саманта Перри, несмотря на внешность китайской фарфоровой куклы, способна безропотно выполнять тяжелую работу.
– Через некоторое время вы привыкнете к этим коротким часам темноты.
– Я не собираюсь привыкать. Когда мистер Хаусман откроет большую жилу, мы вернемся на юг, где более нормальный климат.
– В самом деле? – сказал констебль.
Саманта бросила на него подозрительный взгляд, продолжая помешивать в мыльной воде рубахи. В темных глазах отразилось беспокойство. Почему ее жених так и не приехал? Быть может, всем, кроме нее, известна причина?..
– Да, – ответила она сдержанно.
Констебль Френч встал и подошел ближе. Саманте показалось, что он заполнил собой всю комнату.
– Я заехал спросить, не хотите ли вы вечером пойти в «Монте-Карло»? Там сегодня дают водевиль.
– Спасибо, не могу. – Саманта отвела глаза. – Вы забываете, что я помолвлена.
– С мужчиной, которого никогда не видели!
– С мужчиной, которого люблю.
Сбитый с толку констебль лишь покачал головой:
– По-моему, вы не пара Хаусману.
