Рассуждая о принципе законности в адвокатской деятельности, можно сказать, что адвокату часто приходится останавливать собственные порывы человеческого, не профессионального характера.
Объясню, что я имею в виду.
Во-первых, при том что большая часть общественных отношений на данный момент урегулирована нормами права, у нас есть ряд областей или их отдельных сфер, которые либо не регламентированы, либо регламентированы недостаточно четко действующим законодательством. В таких условиях у адвоката, который оказывает юридические услуги своему клиенту, может появиться желание использовать эти пробелы в законодательном регулировании для выгоды своего доверителя. Законно ли это? В этом вопросе сможет помочь неписаное правило – «разрешено все, что не запрещено законом», но с человеческой точки зрения существует очень тонкая грань между использованием пробела или упущения в законодательстве и нахождением на грани нарушения принципа законности – в этом заключаются сложность и специфический нюанс процесса практической реализации данного фундаментального принципа адвокатской деятельности.
Во-вторых, адвокат часто может действительно слишком сильно проникнуться проблемой своего клиента, при этом не только как профессионал, но и как человек. Когда происходит подобное, клиенту хочется помочь всеми возможными способами, и возникает определенный риск, связанный с тем, что адвокат может пойти на то, чтобы балансировать на грани правового поля, а иногда и перейти эту грань. Это категорически недопустимо. Реализация принципа законности в такой ситуации заключается в профессионализме адвоката, минимизации личных и общечеловеческих чувств по отношению к правовой проблеме клиента, в стремлении осуществления деятельности строго в рамках, определенных законодательством.
Перейдем к следующему принципу. Принцип независимости адвокатуры. Он заключается в том, что адвокатура не является частью системы органов государства, тем самым она не зависит от государства, влияние государства на нее минимизировано. Независимость адвокатуры как института гражданского общества гарантирует независимость самих адвокатов. Осуществляя свою профессиональную деятельность, адвокат действует независимо, не подвергается какому-либо влиянию извне, руководствуется своим профессиональным долгом, опытом, мировоззрением и правосознанием.
Независимость адвоката также обеспечивается путем предоставления ему различных гарантий, к которым, к примеру, относятся следующие: гарантия недопустимости привлечения адвоката к ответственности за выражение какого-либо мнения или позиции при осуществлении адвокатской деятельности; гарантия недопустимости истребования информации об оказании юридической помощи по конкретным делам; гарантия недопустимости допроса адвоката в качестве свидетеля о фактах, которые стали известны ему в связи с осуществлением адвокатской деятельности; и иные гарантии. При этом независимость адвокатов, конечно же, не является абсолютной, так или иначе она ограничена нормами законодательства.
Следует отметить, что обеспеченный государством и законом иммунитет адвоката – это важная гарантия права на защиту его доверителя, подзащитного. Без него конституционная гарантия о праве на квалифицированную юридическую помощь в сочетании с презумпцией невиновности не считаться полноценной.
В реализации принципа независимости также есть свои нюансы. В первую очередь отметим, что, несмотря на провозглашение законом адвокатуры независимым институтом, часто адвокаты попадают в ситуации, когда они оказываются в зависимости от органов государственной власти. Например, адвокат имеет право запрашивать различные документы у органов государственной власти, местного самоуправления, различных инстанций, а те, в свою очередь, обязаны предоставить запрошенные документы в течение месяца, но на практике, к сожалению, это не всегда соблюдается, в результате чего адвокатам приходится либо терпеливо ждать, либо настойчиво добиваться получения этих сведений и документов. Для этого придется корректировать свои планы в зависимости от действий или бездействия тех или иных должностных лиц различных инстанций. Поэтому на практике существуют особенности профессии, связанные со взаимодействием с органами государства в лице его представителей, с необходимостью отстаивания даже фундаментальных гражданских прав. Все это требует наличия определенной подкованности не только в сугубо правовых вопросах, но и в вопросах межличностного общения, коммуникации с представителями публичной власти, выстраивания отношений с руководителями различных ведомств и подразделений.
Подразумевается, что ни у кого – ни у органов государственной власти, ни у органов местного самоуправления, ни у сторонних организаций и отдельных физических лиц – нет права вмешиваться в деятельность адвоката, оказывать давление и давать указания относительно способов оказания юридической помощи, принятия определенных решений. Поручения подобного характера имеет право давать лишь его доверитель, при этом такие обращения, естественно, должны быть правомерными и осуществимыми.
Несмотря на то что принцип независимости ограничивается запретом на занятие определенной позиции по делу вопреки воле клиента, в соответствии с Кодексом профессиональной этики адвоката, существуют несколько исключений. Первое – адвокат имеет право занять отличающуюся от воли клиента позицию, если есть уверенность в самооговоре доверителя. Второе – если требования клиента противоречат нормам закона или нравственности. В обеих ситуациях настоятельно рекомендуется зафиксировать эти требования клиента в письменном либо аудиовидеоформате. Очевидно, что во втором случае возникает реальная опасность незаконных обращений такого «разгневанного» доверителя с жалобами в адвокатскую палату и другие инстанции.
Бывает, что у адвоката не получается выстроить с клиентом правильных взаимоотношений, и профессиональные отношения из категории адвокат – доверитель могут, к сожалению, в самых крайних формах переходить в категорию подчиненный – начальник, где условия полностью диктует клиент. Это недопустимо, потому как в этом случае может быть нарушен принцип независимости с точки зрения нравственности, потому как адвокат хоть и должен действовать в интересах клиента, следовать его указаниям, но при этом, будучи профессионалом, он обязан критически оценивать абсолютно любые требования и пожелания своего клиента, пытаться направлять его по верному пути, убеждать действовать по разработанному плану, объяснять те или иные нюансы сложившейся правовой и фактической ситуации.
Иногда сломить отчаянное сопротивление клиента, привыкшего к властным императивам и беспрекословным командам, составляет главную задачу в общении адвоката со своим подзащитным и выстраивании именно той правовой позиции, которая принесет прогнозируемый и необходимый результат.
Более подробно на особенностях взаимодействия адвоката со своими клиентами с точки зрения психологии и применения искусства убеждения в общении с ними мы остановимся в следующей главе, а сейчас рассмотрим еще один принцип.
Если коротко сформулировать принцип самоуправления в адвокатской деятельности, то он будет заключаться в урегулировании внутренних взаимоотношений института адвокатуры без вмешательства государства, то есть самим адвокатским сообществом.
В тесной взаимосвязи с принципом самоуправления находится принцип корпоративности, который заключается в определенной корпоративной обособленности адвокатского сообщества и адвокатских объединений. То есть адвокаты, объединяясь, участвуют в защите профессиональных прав членов адвокатского сообщества, отстаивают интересы адвокатуры, содействуют эффективному осуществлению адвокатской деятельности. Принцип корпоративности гарантирует право адвокатов на обращение в адвокатскую палату за получением разъяснений и советов по проблемным вопросам, возникающим в ходе осуществления деятельности. Если адвокат действовал в соответствии с такими разъяснениями, не допускается привлекать его к дисциплинарной ответственности.
