— Довольно! — Речь незнакомца прервал строгий голос.
Ветви дерева расступились, и к ложу Мандреда подошло нечто, наполовину человек, наполовину лошадь.
Воин удивленно смотрел на существо. Никогда прежде он не слышал ни о чем подобном. У этого человеко-коня верхняя часть тела была как у крепкого, мускулистого мужчины и продолжалась конскими спиной и крупом! Лицо его обрамляла вьющаяся черная борода. Волосы были коротко подстрижены, на лбу красовался золотой обруч. Через плечо был переброшен колчан со стрелами, в левой руке человеко-конь сжимал короткий охотничий лук. Славный воин бы получился, если бы не круп гнедой лошади.
Человек-конь отвесил Мандреду легкий поклон.
— Меня называют Айгилаос. Повелительница Альвенмарка желает видеть тебя, и мне оказана честь отвезти тебя к королевскому двору. — Он говорил низким, мелодичным голосом, однако при этом делал странное ударение в словах.
Мандред почувствовал, как железная хватка корней ослабла и наконец отпустила его полностью. Однако он смотрел только на человека-коня. Это странное существо напоминало ему о человеке-кабане. Он тоже был наполовину животным. Интересно, как выглядит повелительница этого Айгилаоса?
Мандред ощупал бедро. Глубокая рана затянулась, не оставив и шрама. Он попытался выпрямить ноги. Никакого неприятного покалывания, никакой боли! Казалось, они полностью восстановились, словно никогда и не были отмечены укусами мороза.
Ярл осторожно поднялся, поскольку все еще не доверял своим ногам. Ощутил под подошвами сапог мягкий лесной грунт. Волшебство! Сильное волшебство, на которое не способна ни одна ведьма во Фьордландии! Ноги были мертвы. А теперь они снова чувствовались и чувствовали.
Воин подошел к мощному стволу дуба. Даже пятеро мужчин не смогли бы обхватить его, взявшись за вытянутые руки. Ему, должно быть, сотни лет. Мандред в почтении опустился на колени перед дубом и коснулся лбом старой коры.
— Благодарю тебя, дерево. Я обязан тебе жизнью. — Он смущенно откашлялся. Интересно, как благодарить дерево? Дерево, обладающее волшебными силами, к которому безликий незнакомец относился с таким почтением, словно оно было королем. — Я… Я вернусь и устрою пир в твою честь. Я… — он развел руками. Просто смешно благодарить своего спасителя просто обещанием. Нужно что-нибудь более материальное…
Мандред оторвал от штанины кусок ткани и повязал его вокруг одной из низко свисавших ветвей.
— Если вдруг я смогу для тебя что-нибудь сделать, пошли ко мне вестника, который передаст мне эту полоску ткани. Клянусь кровью, которой она пропитана, что отныне моя секира всегда будет стоять между тобой и всеми твоими врагами.
Какой-то шорох заставил Мандреда поднять голову. Темно-коричневый желудь свалился с кроны дерева, коснулся его плеча и упал в пожухлую листву.
— Возьми его, — негромко произнес незнакомец. — Атта Айкъярто редко дарит подарки. Он принял твою клятву. Храни желудь как следует. Он может стать великим сокровищем.
— Сокровищем, у которого через год на ветвях Атты Айкъярто вырастут тысячи братьев и сестер, — усмехнулся человек-конь. — Сокровищем, которым набивают животы полчища белок и мышей. Тебя одарили воистину по-царски, сын человеческий. Идем же, ты ведь не хочешь заставлять повелительницу ждать?
Мандред недоверчиво поглядел на человека-коня и наклонился, чтобы поднять желудь. От вида Айгилаоса ему было не по себе.
— Боюсь, что не смогу двигаться наравне с тобой.
В густой бороде сверкнули белые зубы. Айгилаос широко ухмыльнулся.
— А тебе и не придется, сын человеческий. Садись мне на спину и держись за кожаный ремешок моего колчана. Я не слабее боевого скакуна из твоего мира, и клянусь своим хвостом, что обгоню любого коня, которого ты когда-либо встречал в своей жизни. А шаг у меня настолько легок, что под моими копытами даже травинка не склонится. Я — Айгилаос, самый быстрый из кентавров, и я славен…
— …еще более быстрым языком, — усмехнулся незнакомец. — О кентаврах часто говорят, что у них часто несет язык. Он настолько быстр, что иногда даже опережает действительность.
— А о тебе, Ксерн, говорят, что ты такой брюзга, что тебя выносят только деревья, — рассмеявшись, ответил Айгилаос. — Причем, вероятно, только потому, что не могут убежать.
Листья огромного дуба зашелестели, хотя ветра Мандред не чувствовал. Пожухлая листва падала густо, словно снег во время оттепели.
Кентавр поднял голову к мощным ветвям дуба. Улыбка исчезла с его лица.
— С тобой я не спорю, Атта Айкъярто.
Вдалеке раздался звук рога. Казалось, человек-конь испытывает облегчение.
— Рога Альвенмарка зовут. Я должен отвезти тебя к королеве, сын человеческий.
Ксерн кивнул Мандреду. На миг волшебство, закрывавшее незнакомца от чужих взглядов, исчезло. У него было узкое, красивое лицо, если не считать того, что из густых волос росли крепкие оленьи рога. Ярл испуганно отшатнулся. Неужели здесь есть только люди-звери?
Внезапно Мандреду показалось, что все события сложились в одну ясную картину. Человек-кабан пришел отсюда! Его люди спугнули монстра на охоте. Не случайно он один не умер под смертоносными клыками чудовища… Преследование… Неужели все это было частью коварного плана? Может быть, его нужно было загнать в круг камней? Может быть, он был просто дичью для того чудовища и сделал именно то, чего оно от него хотело? Он вступил в каменный круг…
Человек-конь нетерпеливо перебирал копытами.
— Идем, Мандред!
Мандред ухватился за ремешок колчана и взлетел на спину кентавра. Он встретит свою судьбу лицом к лицу! Он не трус. Пусть эта загадочная повелительница дует в сотни рогов, он не преклонит перед ней колено. Нет, он предстанет перед ней с гордо поднятой головой и потребует от нее выкуп за то зло, которое человек-кабан причинил Фьордландии.
Крепкие руки Айгилаоса раздвинули занавес из ветвей, и он вышел на каменистую поляну. Мандред удивленно огляделся по сторонам. Здесь царила весна, а небо показалось ему гораздо дальше, чем во Фьордландии! Но как же тогда с дуба мог упасть спелый желудь?
Человек-конь перешел на галоп. Руки Мандреда крепко вцепились в ремешок колчана. Айгилаос не солгал. Быстро, словно ветер, летел он по лугу, мимо величественных руин замка. За ними поднимался холм, увенчанный каменным кругом.
Мандред никогда не был хорошим наездником. Ноги его свело судорогой — он слишком сильно прижимал их к бокам человека-коня. Айгилаос рассмеялся. Кентавр играет с ним! «Однако ярл не станет просить бежать не так быстро», — поклялся Мандред про себя.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
