осыпалась, доски пола сгнили, повсюду были следы гниения и влаги, но предметы и мебель оказались не тронуты. Дому явно повезло избежать мародеров или черных копателей.
Артем закрыл дверь и сел на кровать, забившись в угол, бросив рядом мешок. На ту же самую кровать, на которой прятался когда-то от курицы. Одеяло было немного влажное, но не мокрое. Артем сгреб его в охапку, прижал в груди и уткнулся в него лицом. Оно было такое же, как и двадцать лет назад, немного колючее и с запахом шерсти. Все еще не веря в происходящее и сомневаясь в собственной адекватности, Артем погрузился в воспоминания. «Прабабушка… колдовство… чертовщина…», — крутились мысли в голове у него, высвобождая из недр памяти какие-то то ли реальные, то ли фантомные воспоминания. Черные тени, мелькавшие между деревьями, когда они с прабабушкой бежали по лесной дорожке в день приезда. Глаза незнакомца, принесшего курицу, с длинными прямоугольными зрачками, непохожими на человеческие. Странные гости, приходившие к прабабушке, после визитов которых она пропадала на несколько дней и возвращалась изнуренная и иногда раненая. Рассказы перед смертью.
Из воспоминаний Артема вырвало громкое козлиное блеяние, раздавшееся совсем рядом. Он поднял голову, и его охватил ужас. В окне напротив была видна огромная черная козлиная морда с желтыми, блестящими в свете луны глазами. Артем вжался в угол и сильнее прижал к себе одеяло.
— Артем, впусти меня… — раздался хриплый голос — он принадлежал Андрею.
Артем вздрогнул. Голос доносился снаружи.
— Андрей, ты где?! — заорал Артем в никуда.
— Я… тут… — прозвучал голос Андрея, и в окне показалась его окровавленная голова, оторванная от тела, которую козел держал в когтистой куриной лапе.
Зверь оскалился, обнажив острые зубы, облизал длинным языком кровь, стекающую с головы, и по-человечески засмеялся. Артем узнал этот смех. Это был смех того незнакомого мужчины, который принес курицу.
— Как же долго мы тебя здесь ждали… Зачем так усложнять? Закопали сразу… Печать поставили… А смысл всего этого, если правнук-то бестолковый оказался? Столько смертей и нелепых случайностей, и все из-за чего? Из-за старых книжек и ржавого ножика? Отдай и катись на своих четырех на все четыре.
— К… к… к… каких смертей? — спросил дрожащим голосом Артем, не сводя глаз с окна.
— Таких смертей, которые тебя в нужду поставили и сюда привели, — сказал козел и оскалился. — Ты думаешь, ты по своей воле сюда приехал? По своей воле могилу вскрыть решился?
У Артема потемнело в глазах. Загадочные эпизоды из его жизни начинали складываться в единую картину. Он вспомнил мать, умершую от сердечного приступа и найденную с ужасной гримасой на лице, после смерти которой он был вынужден бросить учебу и пойти работать. Отца, попавшего в ночную аварию и так и не оправившегося, все говорившего про какую-то чертовщину, преследовавшую его всю поездку, после смерти которого на Артеме повисли его долги. Смерть еще не родившейся дочери и супруги Оли, на лекарства для которой Артем работал последние полгода. Загадочная пропажа товара, который видел только Артем и после пропажи которого к нему и Андрею начались претензии, приведшие к большому долгу перед поставщиком.
— Т… т… тварь… — выдавил из себя Артем дрожащим голосом. — Ну попробуй забери, козлина!
Козел улыбнулся, подошел вплотную к окну и осмотрел дом внутри. Знаки, вырезанные прямо на деревянном подоконнике и пороге, были целы, несмотря на печальное состояние всего остального. Зверь бросил взгляд на печку, которая от времени провалилась под пол и частично разрушилась, и улыбнулся.
— Зачем забирать? Сам отдашь… — сказал козел и отошел от окна.
В доме было тихо и спокойно, он казался Артему неприступной крепостью, способной защитить его от любой напасти. Но последние слова козла не давали Артему покоя. Не успел он додумать, что бы это значило, как на стекле окна блеснуло что-то ярко-оранжевое. Через секунду пространство за окном осветилось заревом огня. Дом горел.
Артем сидел на кровати, уткнувшись лицом в одеяло. В голове проносились картины из его жизни. Детство, лето с прабабушкой, прерванная учеба, смерть родителей и его семьи, проблемы с работой. «Нет, этого не может быть, это какой-то сон, это какой-то сюр…» Дом начал наполняться дымом. Погруженный в свои мысли, Артем почувствовал это только сейчас. Становилось трудно дышать, подступал кашель. «Этого всего не может быть, просто не может, проснуться, только проснуться», — подумал Артем и посмотрел на рюкзак, из которого торчало острие кинжала. Он крепко сжал его в ладони и с силой провел рукой вниз. Боль пронзила руку, кровь тонкой струйкой потекла по лезвию. «Не помогло», — подумал Артем и достал кинжал из рюкзака. Рукоять была неожиданно теплой, а драгоценный камень в основании испускал приятный успокаивающий бирюзовый цвет.
* * *
— А можно мне его подержать? — спросил Артем, увидев у прабабушки на поясе настоящий кинжал.
— Да можно-то можно, — ответила та, улыбнувшись, — да только не послушается он тебя!
— Ну дай, пожалуйста, я просто подержу!
Прабабушка вынула из ножен кинжал и протянула Артему.
— Только не поранься, рановато ему хозяина менять, я еще побегаю, — сказала прабабушка и, улыбнувшись, тихонько добавила: — Или от меня еще побегают!
Маленький Артем взял кинжал в руки и несколько раз взмахнул им. Несмотря на легкость, тот показался мальчику неуклюжим и неудобным. Он как будто сопротивлялся каждому движению и хотел быстрее вернуться в свои уютные ножны. Чуть не выронив его при очередном замахе, Артем поспешил вернуть кинжал прабабушке, чтобы ничего не сломать и не расстраивать ее.
* * *
Воспоминания были прерваны звуком падающих бревен — кажется, начинала обваливаться крыша. В доме находиться было больше нельзя. Артем уже не боялся. Страх за себя и сожаление за свою поломанную жизнь уступили место гневу. Перемотав окровавленную руку тряпьем, Артем взял кинжал и встал с кровати. Рукоять клинка была горячей, но не обжигала руку, в то время как холод от лезвия чувствовался будто на расстоянии. Он взял кинжал пальцами за основание рукояти и перевернул его лезвием вверх, расположив за рукой, с обратной стороны, чтобы не было видно.
Артем открыл дверь и вышел на разрушенное крыльцо. Зарево горящего дома ярко освещало бывший двор, заросший деревьями и кустами, между которыми стояли самые разнообразные мерзкие твари из худших кошмаров. Маленькие и большие, напоминающие каких-либо животных или состоящие из их частей. Одни выглядывали из кустов, другие висели на ветках на ближайших деревьях, третьи стояли совсем рядом, готовые в любой момент напасть. В нескольких метрах от крыльца застыл козел.
Он оскалил острые зубы и улыбнулся. Но не успел Артем
