— Что случилось, Виктория?
Его разгоряченное дыхание обдавало ее кожу. Руки ласково вернули ее обратно на кровать. У бедра она ощутила требовательный, изнывающий от желания его член и, словно очнувшись от сна, испуганно огляделась.
— Что случилось, Виктория? — снова спросил Джулиан и коснулся губами сначала ее глаз, потом рта.
— Я…
Она не Виктория. Она Серена. Серена! Она устремила на него неподвижный от ужаса взгляд.
— Иди ко мне, — прошептал он и, обхватив ладонью ее волосы, мягко потянул вниз.
— Я не Виктория, — дрожащим голосом отозвалась она.
Ее все еще била дрожь после пронесшейся над нею бури чувственного вожделения, и она пыталась прийти в себя. Из-под ресниц выступили слезы раскаяния и стыда. Как могла она, Серена Уорд, зайти так далеко? Как могли несколько сладострастных поцелуев привести к подобному падению? Она, обнаженная, лежит в неопрятной комнате таверны в постели с незнакомым мужчиной. Джулиан снова провел рукой по волосам между ее ног, и в ней всколыхнулся животный ужас.
Ее руки взлетели ему на плечи, сдерживая его.
— Джулиан, прошу тебя, — умоляла Серена, — прошу…
— Так скоро, любовь моя? — в его голосе слышалось удовлетворение.
— Я… не могу… — тихо, но отчетливо произнесла Серена.
На миг ей показалось, что ее слова возымели над ним действие. Рэйнор приподнялся над ней, опираясь на выпрямленные руки. Она услыхала его глубокий шумный вздох, и в следующий миг все надежды разлетелись вдребезги, и его тело накрыло ее.
Ее хриплый крик потонул в его поцелуе. Она отбивалась, пытаясь вырваться, сбросить его с себя, ногтями терзая его плечи. Жалкое сопротивление не помогло ей, но лишь усилило его желание. Накрепко прижав ее к себе, он ускорил телодвижения, погружался в нее все глубже, растворяя ее в неведомом океане, царстве ощущений.
Спустя некоторое время Джулиан нехотя оторвался от нее и лег рядом.
— Такой, как ты, у меня никогда не было, — сказал он. — Ни одна женщина еще не вызывала столь сильного желания обладать ею.
Дрожа от боли и унижения, Серена закрыла глаза, чтобы не видеть его. Как она была глупа, решив, что сможет использовать его в своих целях. Какой опрометчивостью было назваться Викторией, разыгрывать из себя шлюху и после всего этого думать, что она в безопасности. Ничего общего с Викторией у нее не было. Она выросла в другом обществе. Ее имя Уорд, Уорд, и если бы ее бедная мать могла ее сейчас увидеть, она бы восстала из могилы.
Какая чудовищная несправедливость! Она вовсе не хотела заходить так далеко. Она ведь пыталась ему все объяснить, но он и слушать ничего не пожелал. Удерживать Джулиана Рэйнора в порыве страсти все равно, что сдерживать морской прилив. Серена не знала о мужской страсти самого главного, не знала, что несколько страстных поцелуев неминуемо заводят в пучину наслаждения. Она поняла это слишком поздно и дорого заплатила за свое неведение.
Рэйнор легко коснулся ее щеки губами.
— Ты не жалеешь?
Ей хотелось его избить, но не было сил. Да и что проку? Самое худшее уже случилось. Теперь ей было нужно лишь одно: забиться в какой-нибудь угол, где бы ее никто не трогал, и обдумать последствия свершившейся катастрофы.
— Нет, — бесчувственно произнесла она. Он поцеловал ее обнаженное плечо.
— Поспи. Позже поговорим.
Серена молча отвернулась от него на бок, прислушиваясь к его дыханию, надеясь дождаться, когда он заснет, и уйти.
Серена вздрогнула, почувствовав прикосновение руки к своей груди. Поглаживания не прекратились. Серена открыла глаза и, в ужасе вскрикнув, вскочила. Он лежал, откинувшись на подушки, и на его губах играла ленивая довольная улыбка. За окном было светло, но это был слабый свет занимавшейся зари.
Стиснув зубы, она сорвалась с кровати и кинулась подбирать разбросанную по полу одежду. Не обращая внимания на повреждения, причиненные одежде нетерпеливыми мужскими руками, она принялась торопливо натягивать ее на себя, опасливо поглядывая на развалившегося на кровати Рэйнора.
Джулиан зевнул и, широко раскинув руки, потянулся. На его мощном торсе заиграли мускулы; он заложил руки за голову и внимательно наблюдал за нею. Вчера Серена с первого взгляда почувствовала в нем угрозу, но сейчас ничего опасного в нем не было. В расслабленной позе, с дурацкой улыбочкой, он напоминал сытого кота.
— Ты была девственной, — произнес он с нескрываемым удовольствием.
Серена, склонившаяся над нижней юбкой в поисках завязок, вскинула голову.
— И вы довольны? — воскликнула она, не веря своим ушам. В ее кругу даже последние повесы и распутники были порядочны по отношению к девушкам.
— Разумеется, доволен, хотя, признаться, не ожидал этого. Ведь ты совершеннолетняя? О, это не упрек, поверь мне. Я счастлив, что ты выбрала именно меня, когда решила взяться за это ремесло.
— Выбрала вас? Я вас не выбирала! Вы сами налетели на меня, словно молния, когда я меньше всего этого ожидала.
Она закусила губу, силясь сдержать поднимавшуюся волну гнева. Флинн всегда говорил ей, что язык ее погубит. Благоразумнее всего было быстро, не поднимая шума, уйти, прежде чем вполне объяснимое желание осыпать его проклятиями возьмет над ней верх.
— Что за мысли завелись в твоей хорошенькой головке? — язвительно протянул Джулиан, глядя на нее в упор. — Того, что потеряно, не вернешь. Ты выбрала свой путь, и я не вижу причин менять его; напротив, у тебя есть все основания| идти по нему дальше.
Серена чуть не задохнулась от ненависти и даже не нашлась, что ответить. Он знал, что лишил ее невинности. И сейчас должен был на коленях умолять ее о прощении. Предложить ей руку. А она с негодованием отвергла бы его предложение и со смехом удалилась.
Джулиан понял ее молчание по-своему и мягко продолжал:
— Я лучше тебя знаю жизнь, у меня больше опыта. Я знаю, что ждет тебя в будущем, впрочем, тебе самой это известно не хуже меня. Девушка твоего круга почтет за счастье стать женой учителя танцев или лавочника. Такое существование едва позволяет сводить концы с концами. Некоторых женщин это устраивает, но только не тебя, иначе ты бы со мной здесь не оказалась. Рано или поздно, но этот день бы настал.
Рэйнор потянулся и, не сводя глаз с Серены, продолжал:
— В твоем положении есть свои преимущества. Став моей любовницей, ты будешь окружена роскошью. Дорогая, я намерен заплатить весьма щедрую цену за честь, которую ты мне оказала, отдав свою невинность. Кроме того, природа щедро одарила тебя всем тем, что необходимо для положения, которое я предлагаю. — Он игриво приподнял бровь. — А теперь иди сюда. Я научу тебя наслаждениям, которые получают мужчина и его любовница.
