Мария устремилась наверх, слыша за собой шаги – по одному его шагу на каждых два своих. Когда они уже выбрались из узкой Чихейны, она случайно задела плечом какой-то выступ в стене – и… по мостовой запрыгали жемчужины из порванного фамильного ожерелья.
Сначала они собирали их вдвоем, потом он сам складывал ей жемчужины в открытую ладонь.
– Слеза радости, оброненная ангелом, – вдруг сказал он. – Это я о жемчуге. Так его с давних пор называют в Европе. А еще он считается одним из главных ингредиентов эликсира бессмертия.
Теперь, когда они стояли на ровной поверхности, он уже не казался таким высоким, как на лестнице. В нем чувствовалась особая сила – это сила не борца, а танцора или фехтовальщика. В низком бархатном голосе иногда звучали жесткие нетерпеливые нотки. Темные густые волосы, внимательный и смелый взгляд с легким оттенком иронии.
– Может, выпьем по чашечке кофе? По дороге я покажу вам часть города.
– Согласна. Скажите, о чем вы просили Непомука?
– Он только что исполнил мое желание. Я попросил его устроить нашу встречу так, чтобы разойтись было невозможно.
Человек без имени
Времени до прибытия автобуса оставалось не так уж много. Сильно удаляться от Малостранской не было смысла, так что они снова прогулялись по мосту, осмотрели скульптуры, только теперь внимание Марии было поглощено тем, кто шел с ней бок о бок, а не скульптурными шедеврами. На мгновение он обнял ее за плечи, чуть прижал к себе, вздохнул и тут же отпустил. Странный человек, странная манера ухаживать. Как в танце: шаг вперед, два назад. Целуется, только если закроешь глаза. Появляется как из-под земли и исчезает точно так же.
– Сейчас мы свернем с моста налево, к старинной кофейне «У златего гада». Кофе там отнюдь не гадкий, так что не пугайтесь названия.
Мария еще в Лазнях успела познакомиться с некоторыми особенностями чешского. В языке, где жутко для русского слуха звучащая фраза «быдло c падлом на пловидле» – вовсе не изощренная брань, а всего лишь «статный парень с веслом на лодке», «гад» может означать все что угодно, вплоть до «прекрасного человека».
Его рука снова прижала Марию к себе. Она не стала ее сбрасывать. «Замерзли?» – спросил он мягко и на секунду прижался к ней щекой.
Они свернули с моста, прошли несколько домов и оказались перед старым кафе. Столики были и внутри, и снаружи.
Мария заняла место за столиком под открытым небом, а ее спутник ушел за кофе, чтобы не дожидаться официанта.
Перед кафе стояла очередная группа туристов. Голос женщины-гида вещал:
– Мы с вами стоим перед домом «У золотой змеи», по-чешски «У златего гада», где находится знаменитая пражская кофейня. Как видите, дом украшен соответствующим домовым знаком…
Мария встала из-за стола и отошла подальше рассмотреть знак. Так и есть – золотая змея. Змей.
– Кофе, или «чертовский напиток», как когда-то его называли чехи, распространился в Праге благодаря иностранцу – армянину Георгиосу Деодатусу. В 1705 году местные власти разрешили ему заниматься торговлей. Он ходил по улицам, переодетый в турка, с тюрбаном на голове, и носил с собой маленькую печку, на которой прямо на ходу разогревал воду и варил кофе, подавая его покупателям в маленьких чашках. В 1708 году, в доме «У золотой змеи» открылось его первое общественное кофейное заведение. Кофейня «У золотой змеи» сразу начала пользоваться у пражан большим успехом – посетителей было столько, что им приходилось пить бодрящий напиток не в помещении, а стоя на улице…
Заметив, что ее спутник уже стоит перед столиком и растерянно озирается, Мария вернулась к нему.
– Спасибо, кофе очень вкусный. Мне пора, скоро придет мой автобус.
– Да, я знаю, на Малостранскую.
– Вы тоже едете домой?
– Нет, я остаюсь здесь.
Мария поставила чашку на столик, и он взял ее руки в свои.
– А почему змей золотой? – спросила Мария.
– Тут вообще много золотого – дом «У Златого колодца», где жил Тихо Браге, Злата уличка, да и сама Прага – золотая. Разве вы не знаете? Это же город алхимиков. Здесь добывали золото буквально из чего угодно, искали вечную юность… На самом деле только любовь способна все превратить в золото. Любовь и все, что вы делаете ради любви.
Он посмотрел на Марию долгим взглядом:
– Может, останемся здесь до утра? Погуляем по ночному городу? Или, если устанете, поднимемся ко мне в номер, где можно поспать?
Марию кольнуло. Вот оно, начинается. Неужели это банальный курортный сердцеед, который привык к легким победам и романам на одну ночь?
Она ответила:
– Не могу. Я на работе – это только видимость, что на отдыхе.
– На работе? Я видел вас с пожилым мужчиной, инвалидом-колясочником. Вы его сиделка? Медсестра?
– Ни то, ни другое.
– В таком случае вряд ли вы понадобитесь ему ночью.
Мария допила кофе и встала.
– Спасибо, действительно вкусный кофе. Не гадкий, как вы и говорили.
Он тоже встал и грустно сказал:
– Ну что ж, как хотите. Может, я все испортил? Но вы переменились, как только я предложил остаться здесь на ночь… Мне просто не хотелось вас отпускать.
– Но разве вы не вернетесь в отель «Пацифик»?
– Я останавливался там всего на несколько дней. Проходил курс оздоровления по ускоренной программе. Позавчера он закончился… Но я часто бываю в отеле по делам.
Они шли поодаль, как чужие, и молчали. Марии хотелось поскорее оказаться в автобусе.
Они подошли к Малостранской. Автобус уже стоял на месте, издавая короткие нетерпеливые гудки. Он повернул Марию к себе, взяв за плечи.
– Мы обязательно увидимся. Давайте встретимся прямо здесь через неделю. Автобус из Лазней ходит через каждые два часа, приезжайте на шестичасовом. Я хочу, чтоб вы составили мне компанию в одной увлекательной экскурсии. Она называется «Прага мистическая».
Он поклонился, щелкнув каблуками, и быстро поцеловал ей руку.
– До свидания, Мария.
Повернулся и ушел.
В автобусе Мария вспомнила, что он так и не представился. А вот ее имя откуда-то ему известно.
«Что имя? Роза пахнет розой, хоть розой назови ее, хоть нет…» Так, кажется, рассуждала шекспировская Джульетта?
Спа-процедуры и житейская мудрость
Дни летели быстро. Мария по-прежнему посещала лечебные процедуры, а в дополнение к ним плавала в бассейне в пятизвездочном спа-отеле неподалеку от «Пацифика» и там же пару раз заглянула к косметологам. К новому итальянскому купальнику она приобрела забавную прозрачную шапочку для волос, с ободком-веночком из ярких пластиковых ромашек. Она отмахивалась от мысли, что усиленно готовится к новой встрече с безымянным мужчиной, стараясь выглядеть как можно лучше. Вдруг они случайно встретятся раньше, к примеру, в бассейне? Бывает же он в «Пацифике» по делам…
Водные процедуры впечатляли. Огромное помещение с бассейнами было стилизовано под римские термы. Розоватые мраморные колонны были обвиты настоящим плющом – он рос из кашпо в форме гигантских амфор. Тем же мрамором были облицованы и бассейны: большой собственно для плавания и четыре поменьше, с разными видами гидромассажа. Рядом располагались бани всех видов – турецкая, финская сауна, русская парная и даже японская офуро.
Приняв душ, Мария облачалась в купальник и шапочку, вдоволь плавала в большом бассейне, а потом плескалась в других, с гидромассажем. Особенно ей нравился один, где вода сначала била в спину, а потом ударяла снизу, прямо в ступни, с такой силой, что слегка приподнимала ее вверх. На месте Марию удерживал специальный ремень, укрепленный в бортике. Как приятно стоять ногами прямо на струе воды!
Она с интересом разглядывала посетителей. Пожилых людей здесь было немного. Мужчины и женщины средних лет и цветущего вида не столько поправляли здоровье, сколько следили за спортивной формой.
Как-то раз в одном из бассейнов рядом с Марией плескалась стайка женщин.
– Я уже потеряла три килограмма, представляете, девочки? Посмотрите на мои ножки, оцените результат! Видите? – Женщина подняла над водой стройную загорелую ногу с безупречным педикюром.
– Видим-видим, – отозвалась другая. – Результат налицо. И что же с тобой делали?
Обладательница стройных ног выдержала эффектную паузу.
– Ну, во-первых, инфракрасный и ультразвуковой массажик, когда такими специальными приборами медленно водят по ногам. Акупунктура – чтобы аппетит пришел в норму. Грязевые обертывания, аква-аэробика. А самое-самое приятное – обертывания корицей.
– Как корицей? Откуда ее столько взять?
– Можете сами посмотреть. Это там, за стенкой. Сначала в бане погреемся, а потом я вам покажу.
Мария зашла в турецкую баню, где в полумраке витали белые облачка ароматного пара – их можно было схватить рукой и сжать, и тогда они теплыми струйками просачивались между пальцев. Пар благоухал эвкалиптом и чабрецом.
