Мария зашла в турецкую баню, где в полумраке витали белые облачка ароматного пара – их можно было схватить рукой и сжать, и тогда они теплыми струйками просачивались между пальцев. Пар благоухал эвкалиптом и чабрецом.
– В этих облаках чувствуешь себя настоящей богиней, – сказал женский голос откуда-то сбоку. – Вам не кажется?
– Да, верно. Особенно когда трогаешь облако рукой. Вы не знаете, где тут делают обертывания из корицы?
– Я сама туда сейчас иду, могу проводить.
При освещении ее собеседница оказалось той самой женщиной из бассейна, которая хвалила эффекты спа-процедур. Вскоре обе лежали в шезлонгах, закутанные в простыни, пропитанные сложным составом, сильно пахнущим корицей.
– Муж говорит, от меня после всего этого аппетитно пахнет булкой, – сонно сказала ее новая знакомая. – Я – Рамона, а ты?
– Мария. Какое у тебя редкое имя, Рамона!
– Родители постарались. Деревенские любят такие имена. Ох, и злилась я на них, особенно в школе! Как меня только ни дразнили! Оценила, когда выросла. Ни на что не похожее имя, единственное в своем роде. Муж чуть не упал, когда узнал, что я Рамона. Таких у него еще не было…
Так у Марии появилась новая знакомая. Они почти каждый день встречались в бассейне или на обертываниях корицей, потом шли делать массаж инфракрасным светом, затем – к косметологу, а завершали процедуры беседой за кислородными коктейлями. Иногда в бассейн приходил и муж Рамоны – коренастый, весьма сурового вида, и Мария ни разу не слышала от него ни слова, кроме «Привет» и «Пока». Из разговоров следовало, что мужа Рамона выбрала с умом – он был владельцем целой сети пекарен в Питере и Москве. Это машины и квартиры берут от избытка денег, а хлеб нужен всегда и всем, какой бы кризис ни случился, говорила Рамона. Иногда она поддразнивала Марию.
– Я тебя часто вижу со стариком в коляске, это твой родственник?
– Нет, я на него работаю.
– Богатый?
– Не знаю, но платит хорошо.
– А замуж за него не хочешь? Ему же, наверно, лет сто! В скором времени станешь богатой вдовой…
– Не хочу об этом думать.
– Чем тебе не счастливый случай? Даже лучше моего. Станешь богатой наследницей, а там можно и за бедного красавца, и за ботаника… за кого хочешь, по любви. А не подвернется никто – все равно с деньгами как-то веселее. Скажешь, нет? Тяжело небось биться одной?
– С кем биться?
– Не с кем, а за что. За жизнь биться! Что женщина может одна? На зарплату жить? Богатый муж кардинально меняет все. Мой вот – и не красавец, и характер у него так себе, и двух слов связать не может – а ничего, живем. И не только его хлебушек жуем. Думаешь, я такая уж расчетливая? Есть один расчет – чтобы мои будущие дети никогда не жили в нищете. Чтобы получили хорошее образование, нашли дело по душе. Много ли у них на это шансов, если оба родителя – бедняки? Это, конечно, мое личное мнение, я его тебе не навязываю.
Марию не раздражали нехитрые рассуждения Рамоны. Богатый муж нужен для будущего детей – все просто и понятно. Деревенские родители наделили дочку не только редким именем, но и крестьянским прагматизмом.
Мария рассказала ей о будущей встрече в Праге. Рамона пожала плечами.
– Не трать ты время на кого попало. Знаешь, на курорте всяких полно… Бедных, правда, тут вряд ли встретишь, а вот женатых – сколько угодно. Странный он какой-то, этот твой знакомый. Не представился, таинственность напускает – что-то здесь не так! Есть одна пословица – не все уди, что ловится. Хотя, конечно, рано судить. Поезжай на встречу, а там видно будет.
Интересно, как бы Рамона поступила, будь она на месте Марии полгода назад?
… Когда человек, которого Мария старается забыть, подвозил ее домой, ему на сотовый позвонила женщина. Он говорил с ней как ни в чем не бывало в присутствии Марии. «Привет… Спасибо, что позвонила. Буду часа через полтора… Пока, дорогая, до вечера». Закончив разговор, он покосился на Марию, но ничего не сказал. На языке у нее вертелся вопрос: «Кто это?», но она боялась спрашивать, догадываясь, каким будет ответ. Хрипловатая нежность в его голосе была вполне недвусмысленной… И все-таки она нашла в себе силы непринужденно спросить: «Это с работы?» Он молчал, как будто и не слышал. «Что? Да-да, это с работы. Знаешь, сегодня у меня мало времени, так что зайти не получится. Вот и твой дом».
Машина остановилась, он бегло чмокнул ее в щеку и напряженно замер. «С нетерпением ждет, когда же я наконец выйду и захлопну дверь», – догадалась Мария. И вышла ни о чем не спрашивая, бросив на ходу «Пока» и стараясь держаться прямо. Что ей еще оставалось делать? Выяснять отношения, теряя лицо?
Мария уже давно собиралась восстановить разорванную нитку жемчуга и наконец выбрала для этого время. Вдела шелковую нить подходящей длины в тонкую иголку и принялась за работу, нанизывая одну бусину за другой. Когда они закончились, Мария обнаружила, что не хватает самой крупной жемчужины, гордости фамильного ожерелья. Куда же она пропала? Наверно, так и лежит где-то на мостовой…
За вечерним чаепитием Мария рассказала Брюсу и о Рамоне, и о своих грустных воспоминаниях. Брюс, внимательно посмотрев на Марию, задумчиво сказал:
– В любой момент времени мы можем изменить жизнь так и настолько, как и насколько хотим. Именно вы определяете, как будет выглядеть для вас мир. Что возможно, а что нет, что вы способны и готовы сделать, а что нет. Мы уже на старте знаем, каким будет финал.
Жемчуг на пражской мостовой
Работа над книгой Брюса продолжалась, и тексты становились все более туманными и неразборчивыми. Не в силах разобрать полустертые буквы, Мария то и дело бегала к Ивану Яковлевичу с вопросами. То ли его утомляла книга, то ли он плохо себя чувствовал, но за несколько дней он сильно сдал, и на душе у Марии было неспокойно. Она впервые осознала, насколько он стар, а также все вытекающие отсюда последствия. Глаза его потеряли блеск, нос заострился, осанка уже не напоминала всадника, а бледность стала пугающей. «Как вы себя чувствуете?» – несколько раз в день спрашивала Мария, но Брюс только отмахивался. «Не волнуйтесь, я вас не подведу», – только раз ответил он и отдал новую порцию исписанных страниц.
«В действительности все есть, и существовало всегда. Это основополагающий принцип бытия. Ничто не уходит из нашего существования и ничего не приходит. Все продолжает существовать, все остается. Время – ложное понятие, созданное нашим умом. Вечность – это реальность.
В повседневной жизни есть своя алхимия и свои алхимики, не имеющие ничего общего со средневековыми волшебниками, добывающими золото из философского камня среди колб и реторт. В ней возможны еще более удивительные превращения».
До ее свидания в Праге оставался день. По настоянию Марии Брюс решил прерваться и немного отдохнуть. С утра они отправились к источникам, напились воды и остановились у фонтана. На скамейке неподалеку сидела пара. Мужчина и женщина раздраженно о чем-то спорили. «Если тебе здесь не нравится, отправляйся домой», – сердился мужчина. «Я что, должна одна отправиться? Вообще-то я как бы замужем!» – ядовито отвечала женщина.
Иван Яковлевич вдруг оживился.
– Скажите, Мария, что означает это словцо – «как бы»? Что эта женщина имеет в виду, говоря «я как бы замужем»? Что это значит? Что она живет в гражданском браке?
– Нет. Скорее всего, это значит, что она действительно замужем.
– Она что, в этом не уверена? Почему «как бы»?
– Да нет… видимо, просто привыкла употреблять это слово, но не всегда к месту.
– Интересно, и где же оно к месту? В какой-нибудь метафоре? В стихах? «Когда весенний первый гром, как бы резвяся и играя, грохочет в небе голубом». Вот в этой строфе оно к месту.
Брюс помолчал.
– Расскажите-ка мне лучше, как вы провели время в Праге. Побалуйте старика – в моем возрасте только и остается, что жить чужими страстями.
Мария рассказала ему про дождь на Карловом мосту, Лоранский крест и встречу в самой узкой улице. Иван Яковлевич задумчиво кивал головой и как будто дремал, слушая без особого интереса, пока она не сказала:
– Кстати, о разорванной нитке жемчуга. Расскажите, Иван Яковлевич, чем закончилась та ваша первая любовь? Что с ней стало? Она осталась в прошлом?
От его сонливости не осталось и следа. Иван Яковлевич внимательно посмотрел ей в лицо и произнес:
– В любви нет прошлого и нет будущего. Достаточно настоящего момента, который является вечностью.
– А я часто в своих мыслях возвращаюсь к своим прошлым отношениям, думаю, что все могло бы сложиться совсем иначе…
– Не думайте о прошлом. Размышляя о прошлом, вы будете упускать то единственное настоящее мгновенье, которое является всем, что существует.
– Но так трудно предугадать то, что может случиться со мной в будущем…
– Не бойтесь своего будущего. Никакого «завтра» не существует. Вечность – это сегодня. Время как раз и состоит из прошедшего и будущего. А из настоящего состоит жизнь.
