Читаем без скачивания В чужих не стрелять - Анатолий Ромов

- В контору можете приходить без звонка. Вас будут пропускать вне очереди, и вообще выбирайте любой вид связи, как вам удобней.

- Что ж, тогда последний вопрос: полиция к вам уже обращалась?

- Обращалась. Сразу же после пожара я имел беседу с приставом Нарвской части.

- О чем вы говорили?

- Он задал несколько обычных в таких случаях вопросов, ничего больше. Затем, уже во вторник, в мою новую контору приехал следователь четвертого участка той же Нарвской полицейской части.

- Простите, как вел себя следователь? Вопросы не носили пристрастного характера?

- Нисколько. Наоборот, на мой взгляд, поведение следователя дало понять: он целиком убежден, что это несчастный случай.

- Выходит, вопрос о сторожах и покупке нефти впервые вытащило на свет лишь страховое общество?

- Именно так.

- На будущее, если к вам обратится следователь, скажите, что будете отвечать только в присутствии адвоката, и тут же вызывайте меня.

- Хорошо, так и сделаю.

Простившись с Глебовым, Пластов направился на Морскую, 37, к известному всему Петербургу представительству страхового общества "Россия". Поднявшись на второй этаж, без колебаний открыл дверь, на которой было обозначено: "Главный юридический консультант А. С. О. "Россия", с. с. Защипин".

При виде вошедшего Защипин изобразил радостное удивление, на секунду приподняв над столом обе руки:

- Арсений Дмитриевич, вас ли я вижу? Рад, рад... Прошу! Как ваши дела? Надеюсь, прекрасно!

Подтекст фразы Пластов перевел легко: "Жалкий неудачник, понимаю, ты делаешь безнадежную попытку. Запомни: мое время дорого". Подумал: за этим человеком с непроницаемыми глазками стоит очень многое. Не только поддержка мощной организации, но и сложившиеся обстоятельства. И все-таки посмотрим, кто кого.

- Орест Юрьевич, буду краток. Насколько мне стало известно, в правлении общества есть сомнения по поводу выплаты фирме Глебова страхового вознаграждения?

- Есть, и очень серьезные.

- То есть общество ставит под сомнение непроизвольный и стихийный характер постигшего завод бедствия?

Глаза Защипина ничего не выразили.

- Именно так.

- Я ознакомился с этим делом. Известны мне и ваши претензии к фирме, и так называемые "доказательства", говорящие якобы о преднамеренном поджоге. Пока все, что я узнал, приводит к единственному выводу: фирма "Н. Н. Глебов и К°" не имеет к возникшему на заводе пожару никакого отношения. В силу этого, как лицо, уполномоченное фирмой, я посоветовал бы обществу "Россия" немедленно выплатить оговоренное в страховом полисе вознаграждение.

Защипин улыбнулся:

- Браво... Наступление - лучшее оружие? Но у нас прямо противоположное мнение.

- Подождите, я не договорил. Я предлагаю страховому обществу не совершать опрометчивых поступков. В противном случае... - Пластов нарочно замолчал.

- Что же будет в противном случае?

- В противном случае, дорогой Орест Юрьевич, я буду вынужден выдвинуть против страхового общества "Россия" иск и начать процесс, который безусловно будет выигран. Как вы отлично понимаете, это значит общество "Россия" понесет серьезные материальные потери в виде судебных издержек.

Защипин откинулся на стуле.

- Арсений Дмитриевич, у меня не так много времени, как вы думаете, поэтому коротко изложу основную позицию общества "Россия" по этому поводу. Она проста и убедительна: есть ряд абсолютно неопровержимых доказательств, что завод был подожжен с целью получить страховку. Мы предъявили эти доказательства фирме "Н. Н. Глебов", предложив ее руководству полюбовное соглашение: отказ от страховки со стороны фирмы Глебова и отказ от судебного процесса - с нашей. Боюсь, если отказа от страховки не последует, мы просто вынуждены будем начать тяжбу. Другого выхода у нас нет.

- Я хотел бы задать еще один вопрос.

- Слушаю.

- Не кажется ли вам странным одно обстоятельство: пожар случился в воскресенье, сегодня четверг... Для того чтобы выяснить, хотя бы приблизительно, причину возникновения пожара, нужно как минимум дней десять, так ведь?

Защипин бесстрастно ждал, Пластов продолжил:

- И то при условии необычайно расторопной работы. Но получается доказательства, которые доверенное лицо общества "Россия" предъявило Глебову в среду утром, вы имели уже во вторник. Такая расторопность настораживает, а, дорогой Орест Юрьевич?

Юрисконсульт отставил пресс-папье.

- Не вижу в этих обстоятельствах ничего странного. Любое страховое общество, и уж тем более такое, как наше, имеет право действовать расторопно. Оно вправе также принимать любые меры, защищающие его интересы.

- Значит ли это, что у вас на заводе Глебова были осведомители?

- Неплохо, неплохо, Арсений Дмитриевич. Есть еще порох в пороховницах. Что ж, отвечу: осведомителей мы не держим, вы это отлично знаете. Что же касается доказательств поджога, уверяю вас - их ничего не стоило получить в понедельник утром. Но! - Защипин на секунду поднял палец. - Так как мы не любим основываться на слухах, то лишь заглянули в тот же понедельник в конторские книги. Там были скрупулезно зафиксированы все доказательства. Вы удовлетворены?

Пластов подошел к двери и, взявшись за ручку, остановился.

- Орест Юрьевич, доказательства, которые, как вы выразились, можно получить, лишь мельком глянув в конторские книги и часок постояв среди рабочих, не удовлетворят ни суд, ни экспертов. И вы это отлично знаете. Я прощаюсь и на прощанье хочу сказать: главной бедой в процессе, который будет начат против страхового общества "Россия" и, вне всякого сомнения, выигран, окажутся не судебные издержки. Главным убытком станет моральный, а значит, и материальный урон, который понесет страховое общество, потеряв после процесса тысячи потенциальных клиентов. Имею честь. - Кивнув, он вышел из кабинета.

От Морской Пластов доехал по Невскому до Садовой я там пересел на трамвай, идущий к Петроградской стороне. Кажется, первый его поединок с Защипиным не принес перевеса ни одной из сторон, и все-таки он добился того, чего хотел. Теперь, если характер неторопливого и осторожного Защипина не изменился, вряд ли иск будет возбужден в ближайшие десять дней. Значит, у него есть время.

Сойдя на Петроградской, Пластов вошел в то же самое кафе на Большом проспекте, сел у окна и стал ждать. Сегодня ему повезло: минут через сорок в дверях конторы Трояновского он увидел Тиргина. Выйдя из кафе, Пластов перешел улицу и двинулся навстречу. Столкнулись они через несколько шагов; Пластов тут же изобразил радостное удивление. Тиргин вздрогнул:

- Арсений?

Так как он не ожидал увидеть бывшего сокурсника, то растерялся - и Пластов это отлично понял.

- Владимир! Тебя ли я вижу! Вот это встреча! - Картинно заиграв бровями, он стиснул руку помощника адвоката, потащил за собой, не давая опомниться. - Это просто судьба... Выглядишь ты на редкость прекрасно... Ну-ка, давай, давай в это кафе. - Он втащил Тиргина в кафе, усадил за столик. - Ну как? Что нового? Да не молчи ты, Владимир, ради бога! Что с тобой?

Тиргин вымученно улыбнулся:

- Нет... Ничего... Просто устал немного сегодня... Ты... что сейчас делаешь?

- В каком смысле?

Тиргин вгляделся, не понимая, издевается ли над ним Пластов или говорит серьезно.

- Ну, ведешь ли ты, к примеру, какое-то дело?

- Дело? Нет. Наоборот, совершенно без работы. - Пластов изобразил крайнюю заинтересованность, сказал шепотом: - Слушай, Владимир, может, что-нибудь подкинешь? Ты ведь большой человек, а? Служишь у "старика"? Я ведь знаю, там всегда есть чем подкормиться? Да не молчи ты, Владимир, ради бога, ну? Какую-нибудь пустяковину, бракоразводное что-нибудь, учти, мы люди не гордые? А я со своей стороны, уж не волнуйся, в долгу не останусь? А, Владимир?

Тиргин молчал, все еще не понимая, далеко ли здесь до шутки. Продолжая улыбаться, Пластов резко переменил тон, зло прищурился:

- Это ты подослал ко мне Глебовых?

- Я? Арсений! Это совсем не то! Да я...

- Что - я?

- Я просто хотел тебе помочь!

- Запомни, Тиргин, ты еще младенец, чтобы меня обманывать! Помочь?

- Но я не обманываю, клянусь тебе!

- Обманываешь, обманываешь. Слушай: Трояновский по какой-то причине отказался вести дело Глебова. Так как ему важно было, чтобы, обратившись к другому адвокату, Глебов дело все равно проиграл, он подучил тебя сплавить клиента мне. Что ты, ничтоже сумняшеся, и сделал.

- Арсений, клянусь, ты ошибаешься! Все не так, сейчас я тебе объясню!

- Он объяснит... Слушай, зачем ты шпионил, когда первый раз подослал ко мне Глебова?

- Я не шпионил!

- Да? А кто стоял внизу в подъезде? Может, и когда Лиза пришла, ты тоже стоял?

- Да нет! Это так получилось! Я хотел убедиться...

- В чем ты хотел убедиться?

- Что Глебов придет к тебе.

- Зачем?

Тиргин вытер платком шею:

- Затем, что я волновался.

- Что это тебя так взволновало?

Официант поставил кофе и ушел. Тиргин спрятал платок.