у девочек фыркнул Холлоу. Вандер не стала обращать на него внимания.
– Можно взять тебя за руку? – спросила Мейбел.
Вандер показалось, что она полна бабочек. Она была счастлива сказать «да».
Мейбел протянула руку. Её бледные пальчики, лёжа на руке Вандер, напоминали счастливые слёзы.
– Такое ощущение, что я касаюсь звезды, – сказала она.
– Я так счастлива, – отозвалась Вандер.
И истина этих слов была незыблемой, как земля, на которой она сидела.
Мейбел достала карандаш и вычеркнула из списка сразу два пункта.
Коснуться звезды
Сделать кого-нибудь счастливым
На сей раз рука у неё дрожала ещё сильнее.
– Слишком быстро он заканчивается, – прошептала Мейбел. – Слишком быстро.
Глава 13
В конце дня
Тихим нежным вечером Мейбел и Вандер снова сидели в библиотеке.
Вандер показывала Мейбел свои любимые книжки.
«Девочка с серебряными глазами»
«Крылатое сердце»
«Чернила и кости»
«Повесть об огромном счастье»
– Ты прочитала столько книг? – спросила Мейбел.
– У меня было много времени, – пожала плечами Вандер.
– Ты относишь их наверх, в свою комнатку?
Вандер кивнула:
– Я читаю там при свечке. Мне нравится, как её свет падает на страницы. Такое чувство, что книга живая. Слова танцуют в воздухе и проникают мне в душу.
– Я хочу прочитать все книги на свете, – призналась Мейбел. – Хочу знать всё, что кто-либо когда-либо сказал. Хочу, чтобы всё это было внутри меня.
– Пожалуйста, – с улыбкой сказала Вандер.
– Ты сделаешь это за меня? – спросила Мейбел. Она посмотрела на библиотечные часы. – О. Вот гадство. Пора идти. Родители будут ждать. Ненавижу конец дня.
– Я тоже, – сказала Вандер.
Когда они вместе вышли из библиотеки, высокая худая девочка со снежно-белыми волосами – похожая не на змею, а на притворяющегося ласковым котёнка – встала на пути у Мейбел.
– Ты взяла моё письмо, – заявила она.
– Не понимаю, – ответила Мейбел.
Если бы Вандер не знала правды, она бы поверила Мейбел. Она умела лгать. У неё это хорошо получалось, и Вандер немного загрустила.
– Я знаю, что это ты. Моя подруга Элис видела тебя в раздевалке, – сказала Джорджиана и толкнула Мейбел в грудь.
Толчок был слабый, но Мейбел упала на пол.
Джорджиана убежала.
Вандер схватила Мейбел за руку, а подруга вдыхала и выдыхала, вдыхала и выдыхала. Всё быстрее и быстрее.
– Воздуха не хватает, – прохрипела она.
Глава 14
Мейбел нет
Вандер сидела рядом с Холлоу на ограде у школьных ворот.
Остальные девочки уже вошли в школу.
А Мейбел всё не было и не было.
Вчера вечером, когда Джорджиана толкнула её – когда Мейбел упала и никак не могла отдышаться, – прибежала госпожа Гэллоу. Она подхватила Мейбел и унесла её, не сказав Вандер ни слова.
Потом Вандер видела, как по двору пробежали родители Мейбел.
Отец держал её на руках, как ребёнка, и Вандер впервые поняла, какая же Мейбел на самом деле маленькая. Она казалась такой большой, когда стояла на ногах, когда разговаривала, смеялась и шутила.
Потом приехала «Скорая помощь», и Мейбел и её папа исчезли внутри.
– Я говорил, что она тебя оставит, – сказал Холлоу.
Вандер не ответила.
Она знала правду. Чувствовала её. Мейбел ушла, но должна вернуться.
Вандер знала это и чувствовала всем своим существом.
Мейбел была привязана к ней – её сердце соединялось с сердцем Вандер цепью, состоящей из железных звеньев.
Холлоу погладил щёку Вандер своими перьями. Это было приятно. Но когда Мейбел держала её за руку, было гораздо приятнее.
Глава 15
Воспоминания
Вандер сидела у себя в комнате.
Свечка догорала, и на стене играли тени, похожие на марионетки. Они пробуждали воспоминания.
Про Вандер. Про её мать. Про то, как обе они здесь, в этой комнате, на этом самом месте при свете свечи наблюдали за тенями на стене.
Держась за руки.
Вандер до сих пор помнила, как это было в последний раз. В такие минуты – когда мать держала её за руку – она чувствовала себя в полной безопасности. Как будто в мире всё было в порядке. Как будто ничего плохого не могло случиться.
Как будто никто не мог умереть…
Вандер не видела, как умерла мать. В комнате было слишком ярко. Свет её ослепил. А потом стало слишком темно – от дыма.
А ещё было слишком шумно, но сквозь треск Вандер слышала голос матери. Она не кричала и не плакала.
Она пела.
Мой милый, милый птенчик,
Спи в своём гнезде,
Скажи «спокойной ночи»
Золотой звезде.
Пела и пела, пока…
…не замолчала.
Вандер не видела, как умерла мать. Только услышала, как она замолчала.
Вандер тоже не кричала и не плакала. Ей было тяжело. Потолок рушился, а она так отяжелела, что не могла двинуться с места.
С тех пор она так и несла в себе эту тяжесть. И думала: «Если бы только я смогла заплакать. Мои слёзы потушили бы огонь. Мы бы спаслись».
Но Вандер не смогла заплакать, не смогла потушить пламя.
Она никого не могла спасти.
Глава 16
Целая неделя
Вандер бродила по коридорам Дирлиф-Холла. Она сидела на крыше, на ярко-зелёной лужайке и за партой в классе госпожи Гэллоу. Она лежала в постели у себя на чердаке. Проходили часы, потом дни, и всё казалось ненастоящим.
Мейбел ушла. Ушла.
Вандер не спала.
Не улыбалась.
Почти не слушала, когда Холлоу заговаривал с ней.
Она затерялась в книгах. Только они приносили ей утешение.
«Девочка с серебряными глазами».
«Крылатое сердце».
Потом Вандер нашла новую книжку, про девочку-воина, которая спасла весь мир. Она попыталась вообразить, каково это – быть настолько могучей. Она представила саму себя – в доспехах, в гуще боя.
Когда рядом была Мейбел, всё казалось возможным. Сама Вандер казалась возможной.
Мать всегда говорила ей, что сначала нужно обрести внутреннюю силу. Полюби себя – и тогда никто не внушит тебе сомнений.
Но Вандер казалась себе гаснущей свечкой, которую почти потушили время, пыль и серость. Внутренняя сила и любовь померкли. Но затем пришла девочка с сияющими глазами и коснулась её, и Вандер почувствовала – впервые за много лет, – что может светить.
Когда Мейбел была рядом, она чувствовала себя удивительной. Тогда ей казалось, что она может покорить весь мир.
А сейчас Мейбел не было.
Зачем Вандер весь мир без неё?
А пока что Вандер читала про девочек, которые это могли, и про другое тоже – про драконов, чудовищ, демонов, ангелов… про весь мир.
Она читала для Мейбел, которая хотела прочесть все книги. Она читала в своей комнатке, при свечке. Читала даже на уроках.
Она лишь иногда останавливалась, чтобы посмотреть на строки, написанные госпожой Гэллоу. Они неслись по доске словно дым. И Вандер дивилась этим маленьким белым жучкам, которые танцевали в дыму и не сгорали.
Она переписывала некоторые цитаты в свою тетрадку тупым карандашом, подаренным Мейбел.
Это ветер, усмирю я трепет сердца моего, –
Ветер, больше ничего[3].
– Это из стихотворения Эдгара По «Ворон», – прошептал Холлоу. Он прятался под партой.
– Знаю, – ответила Вандер. Она вспомнила загадку про письменный стол.
– Перестань думать о Мейбел, – сказал Холлоу. – Она не вернётся.
Но Холлоу ошибся, а Вандер была права, потому что Мейбел вернулась.
Она вернулась спустя целую неделю.
И принесла с собой огромный сладкий пирог.
Глава 17
Пирог
Джорджиана Кинч устроилась с Алисой, Джемаймой, Амелией и Элоизой в самом удобном месте школьного двора. И с утра, перед уроками, и на переменах никому, кроме компании Джорджианы, не разрешалось сидеть на ступеньках, ведущих к главному входу.
Все это знали.
И Мейбел тоже, хотя была новенькой.
Вот почему, вернувшись в Дирлиф-Холл, она сразу направилась туда.
Родители помахали ей на прощанье от ворот. Они
