Уткнувшись в его рубашку, Ива, как последняя дурочка, широко улыбнулась.
– Я люблю тебя любой, Ив. Не сомневайся никогда.
– Я тоже люблю тебя, Джант.
В ласковом, обволакивающем тепле его рук Ива и не заметила, как на кончик её ушка сел светлячок.
Глава вторая. Капитаны
Экс – судя по всему, теперь его будут звать именно так – с трудом верил в происходящее. Конечно, ощущение, что он развалился в лихорадке посреди Горгульева плато, со временем начало проходить… Но стоило ему увидеть новое «чудо», как собственное состояние вновь вставало под вопрос.
Сперва его ждало «великолепное» приключение вместе с гигантской черепахой. Неизвестный настаивал, чтобы Экс приложил руку к носу этой громадины. Боясь, что та его за один укус проглотит, Экс всё же согласился – умоляющий взгляд мелкой его сломил.
И эта… Нет, это богоподобное существо пронесло его по пространству и времени. По крайней мере, Экс так понял. Он оказался в нескольких местах мира сразу и в нескольких веках одновременно. Где-то он уже бывал, что-то – видел впервые, о существовании чего-то – даже не догадывался. Неведомые земли – пустыни, леса, горы, даже горячие звёзды – и древние времена – давно почившие короли, ныне разрушенные замки, войны, восстания, великие открытия… Всё слилось в единую смесь, завораживающую своими красками, но сбивающую с толку невероятным объёмом впечатлений. И всё путешествие его не покидало чувство, что это – реальность, а его сознание – лишь скучная иллюзия.
В конце он остался… чист. Опустошён – плохое, да и попросту неподходящее слово. Скорее он успокоился. Как будто находился под действием успокаивающих лекарственных трав. Их часто давали во время операций. Только сейчас умиротворение было всеобъемлющим. На целый миг – целый! миг! – он забыл о своих проблемах и горестях. И ему даже показалось, что впереди лежит огромный, неизведанный мир, который ещё не поздно повидать.
Со временем вернулась привычная тоска. Но, как бы Экс ни разочаровывался, одно он знал точно: это спокойствие было настоящим. Даже молясь великой Эллиаде, он не чувствовал ничего подобного.
А потом черепаха открыла рот. Из беззубой челюсти выпал шершавый, абсолютно сухой язык, а из глотки полился такой яркий свет, что Экса на пару мгновений ослепило. Пришлось пройти несколько десятков шагов до того, как зрение к нему вернулось.
Это и вправду город. Самый настоящий. Возможно, не меньше Уайтленда. Но однозначно богаче на архитектурные изыски. Вдалеке показывались то купола эллиадской церкви, то резные крыши берских изб, то многоступенчатые алые своды лонгских пагод. Откуда-то доносилась весёлая музыка, а в другой стороне – стояла абсолютная тишина. С одной стороны веяло жаром, как из кузницы, с другой – неестественным холодком.
Как будто город, собравший в себя весь мир.
Мелкая сразу дёрнула Экса за рукав, указала пальцем наверх. А наверху…
Небо? Под панцирем? Как это возможно? Экс ещё в молодости перестал остро видеть и с трудом разглядел: небо-то, как оказалось, нарисованное. В панцирь были врублены строения, соединённые с нижним городом большими, светящимися башнями. Из окон лился свет, похожий на звёздный. А между ними сияла круглая – точно ночной Орон – стекляшка. Неужели это и есть тот самый купол, который они видели по пути?
Пока они шли, Неизвестный успел бегло поведать, чем и как живёт Черепаховая Академия. Эту информацию Экс слушал востро: очень полезно знать, во что собирались вовлечь его племянницу. Впрочем, по сравнению с речами около входа в… черепаху, вполне безопасно звучало.
Каждый маг Черепаховой Академии должен привносить в жизнь Академии пользу. Если не исследованиями – которыми, как правило, и расплачиваются, – то защитой или ремеслом. Ресурсы – например, еду – маги добывают из внешнего мира за деньги внешнего мира. Откуда Академия эти деньги получает – эта забота, как Экс понял, лежала на плечах Совета Кровавой Клятвы. Они организовывают заказные исследования или продают информацию заинтересованным лицам. К общему делу привлекают и рядовых магов.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Более простой и неинтеллектуальной работой, вроде уборки или содержания картотек, занимаются големы. Экс не знал, кто это, но, увидев на одной из улиц живое существо, сшитое из частей тела орка и, кажется, змеелюда, понял и задавать вопросов не стал.
Внутри Черепаховой Академии каждый мог делать, что ему вздумается. Хаос – подумал Экс. Свобода – парировал Неизвестный. Впрочем, Экс здесь гость. Не ему указывать на несовершенство порядков. Хоть Неизвестный и не был против поспорить, ведь ему это, судя по заметному оживлению, доставляло своего рода удовольствие.
Каждому в Академии платили за свой труд одинаково, местными магическими деньгами, не имеющими реальной формы. Если нужны были деньги из внешнего мира – каждый просил их в заявлении или лично у Совета, ведь именно члены Совета распоряжались выдачей.
Однажды в Академии произошёл случай, когда молодой маг соблазнился и, разворовав академическое хранилище, исчез с награбленным. Нашли его через сутки, заблудившимся в лесу. Говорят, его останки унаследовал один из големов, который до сих пор бродит по коридорам Академии. Но Неизвестный, как ни странно, точно не знал. Или не признавался, что знал.
«Если они обладают одинаковыми правами и богатством, как вы заставляете их работать?» – тут же задал вопрос Экс. Оказалось, что каждый житель Академии был невероятно талантлив и хотел двигаться, чего-то достигать. Учитывая, что магов сюда «отбирают», Экс, в принципе, не удивился тому, что каждый здешний житель обладал определённым, считай, одинаковым складом ума.
Удивился Экс другому: зачем же его пригласили, если всё, чего он хотел – это спокойной жизни для мелкой? Что в нём – немолодом, сложившемся, отжившим своё – такого особенного?
Видимо, это ему и предстояло узнать. Оставив мелкую в – как сказал Неизвестный – их с Эксом укромном уголке (доме на краю «академгородка»), Экс заскочил переодеться, и они направились к одной из башен, а оттуда – на верхние этажи.
***
Небольшая комната без окон, с одной лишь дверью, отнюдь не утопала в духоте. Как Черепаховой Академии удавалось не сгнить в замкнутом пространстве – для Экса оставалось загадкой. Раз в этой Академии жили одни маги, можно было предположить, что при помощи своих штучек-дрючек они как-то организовывали подачу воздуха. А пыль убирали големы.
Комната не отличалась богатым интерьером. Пока они с Неизвестным сюда шли, Экс успел увидеть произведения искусства со всего мира, а в этом помещении – ровным счётом ничего не было. Только два ряда кресел напротив длинного стола. На столе кто-то заботливо разложил письменные принадлежности – чернильницы, перья и бумагу – и карты разных стран. Между ними в два ряда выстроились пустые бокалы. Как мило со стороны Совета Кровавой Клятвы: после увиденного Эксу действительно хотелось выпить.
– Как я рад, что мы всех собрали! Это… Это невероятное событие! У меня руки дрожат! – чересчур громко восклицал Неизвестный. – Ой-ой-ой, как бы я сознание не потерял…
– Что? Неизвестный, всё в порядке?! – воскликнул, казалось, совсем молодой юноша.
Незнакомец казался ещё тоньше кузнечика-Неизвестного, и Экс принял бы юношу за подростка, если бы не тень мрачной усталости у того на лице. Вдобавок к худобе, он ещё и обладал по-женски мягкими чертами лица и длинными русыми волосами, аккуратно ложившимися на плечи. Лишь его глаза вызывали странное отторжение: в целом, они виделись карими, но время от времени в них мелькали опасные алые искорки.
– О, не переживай, я же просто шучу. Эх, светлая ты душа, Вергилий! – сказал Неизвестный, похлопывая юношу по плечу. Тот смущённо дёрнулся, но уголки его губ всё же взметнулись.
– Фух… Не пугай так больше, пожалуйста.
– Как же так, Вергилий? Как иначе я буду подстёгивать твоё невротическое расстройство?
