Читаем без скачивания Доллары в банке (сборник) - Владимир Вычугжанин

Начинаем заниматься. Основная версия – преступник шел за экспонатами. Кто мог знать о ценной коллекции? Многие, слишком многие! По крайней мере, знали все горожане, потому что это было достояние города. К пострадавшей приходили как на экскурсию, особенно интересовались врачи. Начинаем выстраивать версии, но какой-то зацепки пока не находим. И вдруг поступает оперативная информация: один парень – нерусский, не житель нашего района – предлагает купить иконы.

Возникло предположение, что, возможно, это как раз «наш» случай. Хотя продавец икон в Пензе находился, он к нашему району отношения не имел. Мы проверяем его по учетам, это лицо. Нам удается получить телефон «продавца». Мы с ним созваниваемся и говорим, что хотим купить иконы. Он говорит: «Я готов, но только – если сделка состоится сегодня. Потому что я ждать не буду, уезжаю из Пензенской области».

Мы приглашаем его в наш район, на трассе провести эту встречу. Продавец отвечает: «Я уже еду по трассе в сторону Москвы, минут через 30 я буду возле вашего города!»

30 минут – это очень мало для того, чтобы грамотно спланировать операцию. И тут уже в ход идет кураж, смелая импровизация. Намечаем ход событий на предстоящей «сделке» вместе с сотрудником. Я был начальником розыска, а он – старшим опером. Понимаем друг друга с полуслова. У нас есть определенный дресс-код: рубашка, галстук. Повольнее одеваюсь: джинсы, рубашка. Слава Богу, выходной день был, он еще с небольшой кепкой пришел.

Находим машину, частную, легковую. У таксистов берем шашечку на свой автомобиль, чтобы не было подозрений. За руль садится еще один опер, и выезжаем на встречу с продавцом. Подъезжаем. А невдалеке нас страховали сотрудники ГАИ. Мы же не знаем, сколько с этим жуликом подвалит «братвы». Неизвестно нам и то, в какой машине он направился в сторону столицы.

Наш замысел был таков: происходит встреча, и «покупатель» предлагает: отъедем в сторонку – здесь место открытое, небезопасно! А там, в сторонке, их поджидают гаишники, останавливают, якобы за нарушение. И в ходе осмотра находят похищенное, если это преступники. Мы не могли расшифроваться, что «таксист» и «покупатель» – сотрудники милиции. Чтобы не «спалить» своего человека, который нам дал ценную информацию.

Вскоре жулик приезжает на место встречи. Садится к нам в машину, так называемое такси. И показывает то, что у него есть – иконы, медали. Сотрудник видит: все вещи – с места «нашего» преступления.

– Говорит: еще доски есть? (сленг – иконы).

– Да, есть и еще!

– Здесь не очень хорошо стоять, давай отъедем! – предлагает оперативник. – И там рассчитаемся.

Участники сделки отъезжают по заранее намеченному нами маршруту. Их останавливают сотрудники ГАИ, делают досмотр. Оперативники удачно играют свои роли: один – таксист, второй – покупатель. Гаишников предупредили, чтобы не выдали наших. Сотрудники ГАИ удачно подыгрывают – остановили, проводят досмотр: «Это что такое?!» Неподдельное изумление и возмущение при виде похищенных икон.

Вызывают группу захвата. Приезжаем. Я тоже играю роль: «Так, кто такие, откуда, куда, чего везем?»

«Таксист»: Вот, меня попросили подвезти, а сами мотаются туда – сюда!

Опер – «покупатель» оправдывается: «Я хотел приобрести антиквариат!»

(Нам необходимо, чтобы эти показания были! Потому что жулик мог сказать: «Я ничего не знаю, в их машине иконы нашли, с них и спрашивайте!»)

А тут уже показания дают, и мы всех троих: «таксиста», «покупателя» и жулика сажаем в милицейскую машину и везем в отдел. По дороге вспоминаю: гаишников-то я предупредил, а в дежурке никому ничего не сказал! Сейчас заведу этого жулика и своих двоих, а мы на всех наручники надели. Войдем в таком «маскараде» в дежурку, как бы там не случилось прокола!

Спросят вдруг: «Максим Юрьевич, а что это, наши парни – в наручниках?» Я мог надеяться только на удачу! Только бы у нас никто не проговорился, не подвел!

Картина: открывается дверь в дежурную часть, заводим жулика, «покупателя» и «таксиста». У всех, кто в дежурке, квадратные глаза! Я сзади иду, палец к губам, показываю: тихо! не говорите ничего! Мы их заводим, нашего закупщика и этого вора сажаем в одно место. Опер жулику говорит: «Это ты меня подставил! Вот что получилось!»

Жулик его успокаивает: «Ничего не бойся, я все на себя возьму, я не буду говорить, что ты у меня хотел купить».

– А те доски, о которых ты говорил, – смягчается «покупатель», – они паленые, непаленые?

– Паленые!

– Они хоть где лежат-то, если тебя закроют, я съезжу, их найду!

– Там-то и там-то. Перепрячь, а то вдруг чего!

И мы получили всю информацию. Всю основную. Я вызываю в кабинет жулика. Заходит, садится:

– Начальник, ты этих отпусти, они не причем. Это ж так они подъехали. Ну да, хотел предложить, но они не в курсе, без понятия!

Он же не может перед теми парнями себя плохо показать. Он же думает, что они преступники. Тоже в этом замешаны. Жулик все рассказывает, все про преступление, от кого он узнал – у них целая схема была. Один кореш им сказал, что есть такая ценная экспозиция. Он должен был напасть, ограбить, другие должны были перепродать. Но в нем заговорила жажда наживы – хотел сам все продать. Он думал, что иконы – тоже историческая ценность. Он все рассказал.

А я должен до конца роль сыграть, чтобы отпустить оперативников. Я их вызываю. «Таксисту» пальцем грожу: ты смотри внимательнее, кого берешь, а то в следующий раз вместе с ними попадешь!

– Да-да, вы уж извините!

Второй – «покупатель» – заходит.

– Мы тебе простим эту покупку, но чтобы ты больше такими вещами не занимался!

«Покупатель» удаляется – тоже с извинениями и обещаниями исправится.

Мы арестовали этого жулика. Своим «артистам» говорю: вы только до конца следствия жулику на глаза не попадайтесь, чтобы он не понял.

Хитрая получилась комбинация, развели – и преступник нам все рассказал!

След из прошлого

Был сентябрь, четвертое число, – вспоминает Максим Юрьевич. – Поступило сообщение: найден труп девушки. Выезжаем на место происшествия. Уголовный розыск, участковый, прокуратура, начальник РОВД. На пустыре лежит труп девушки, полностью раздетой. Причем рядом с ней нет предметов ее одежды. Ни одного – ни обуви, ни трусиков, ни юбки, ни кофточки. Есть телесные повреждения. Видны следы насилия, ее задушили. Поза такова, что, вероятно, был совершен половой акт. И труп лежит дня три. По некоторым специфическим признакам.

Начинаем заниматься. В первую очередь установили личность погибшей. Девушка жила недалеко от места, где нашли тело. Метров 500 от этого пустыря. Жила с родителями, не замужем. Работала на предприятии. Очень часто ходила в один из баров в этом микрорайоне.

Одна из основных версий: преступник – кто-то из посетителей бара. Три дня назад перед смертью девушка посетила это заведение. Установили всех, кто был в этом баре. Труд кропотливый, невероятно тяжелый: потому что в баре, понятное дело, потребляют спиртное. Для многих клиентов все дни – как один. Они путаются в датах, путаются во времени. Когда установили, с момента убийства прошло уже не три дня, а пять.

Начинаем раскручивать, всех проверять. Очень много судимых, и к тому же – за тяжкие преступления. Очень многим погибшая нравилась как женщина. И пусть они не домогались, но какие-то знаки внимания в том же баре ей оказывали. Девушка не была легкого поведения, хотя бар посещала, может быть, с целью знакомства.

Но грубые, явные знаки внимания она пресекала, отвергала. Невольно напрашивалась такая версия: кто-то из посетителей подвыпил, стал приставать, девушка отвергла его домогательства и тот ее убил. Такая была версия – часть оперативников отрабатывала ее.

Было и другое, довольно достоверное предположение. В том же районе жил один психически больной. Начинаем с ним заниматься. Любопытное получилось общение! Он шизофреник – у него речь немного приторможенная: «Ольга? Я ее знаю. Она мне очень нравится. Я ее пару раз провожал до дома. Но она всегда говорила – ты дурак, не ходи за мной! Но она мне очень нравилась!»

У нас аж руки зачесались! Вроде близко!

– Чем ты занимаешься, что делаешь?

– Я очень люблю смотреть фильмы про убийства. Про Машу – следователя. (Как раз шел сериал «Тайны следствия») Я, – говорит, – люблю этот сериал!

Шизофреник, потерпевшая нравилась, несколько раз провожал ее, смотрит фильмы про убийства. Господи, да тут близко-близко!

Дальше работаем, ищем и выявляем очень важную свидетельницу. Самогонщицу! Она долго не говорила, при даче показаний пришлось бы признаться в продаже самогона. Убедили ее, что нужно дать показания. Шинкарка и говорит: «В ночь перед убийством Ольга заходила с неизвестным мне парнем, попросила бутылочку вина».

Потерпевшая пила только вино. Не водку, а вино. А самогонщица еще вином приторговывала. С девушкой был парень. Высокий, «темненький». Она общие приметы запомнила, была ночь.