тоже стоит целый, правда, еще более обугленный, чем обычно, и без моего волшебного гнезда с чреслами, который, по-видимому, канул в волшебный мир и без которого не будет спокойного житья, поэтому поднапрягись и сделай это снова — открой дверь и войди в мир бессмертных, чтобы найти мое потерянное имущество. И не медли. Погода скоро испортится, и хлынет дождь.
Шильда смерила прабабушку насмешливым взглядом и уперлась лбом в каменную стену, не зная, что ей нужно сделать.
Она погладила шероховатую обугленную каменную поверхность и даже трижды постучала, как если бы пыталась войти в приемную директора школы, но все тщетно.
Джилиана Ван Де Блейк смачно сплюнула на землю и покачала головой.
— Нет, так не пойдет, войди в дверь смело и уверенно. Сконцентрируйся, представь, что каменной плиты нет, и входи.
Шильда послушно все так и сделала, представляя все, что посоветовала прабабушка, но тщетно — она со стуком грохнулась на пол, ударившись лбом о каменную дверь, что и следовало ожидать согласно всем законам физики. На лбу у нее тут же вскочила пунцовая шишка. Девушка, проклиная Волшебную страну и все волшебные двери вместе взятые, поднялась на ноги.
Джилиана закатила глаза и снова покачала головой.
— Нет, не так. Сделай это более властно и уверенно. Ты потомок почти королевы этого проклятого волшебного мира! Сделай все так, как будто спешишь на парад в свою честь, ну или на распродажу в «черную пятницу».
Шильда зажмурилась и с трудом подавила голос рассудка, требующий, чтобы она немедленно прекратила эту глупую попытка вышибить себе мозги, а затем сильно и уверенно грохнулась на траву, вырастив на лбу вторую шишку, не уступающую по размеру первой.
Джилиана Ван Де Блейк задумчиво почесала подбородок.
— Странно, очень странно. Интересно, как это работает? Никто из Ван Де Блейков не умел открывать двери. Может я ошиблась? Шильда, надо попробовать еще раз. Вставай, нечего там разлеживаться. Надо вернуть эти чертовые чресла с того света любой ценой.
— Нет! Хватит с меня этого цирка, бабуль! Если тебе так охота — сама расшибайся в лепешку! Тебе не приходило в голову, что это глупо? — взбеленилась Шильда, вскочив на ноги и грозно уперев руки в боки. — Если я еще раз стукнусь башкой, то до конца моих дней ты будешь кормить меня с ложки!
Прабабушка недобро ухмыльнулась и тоже грозно уперла руки в боки.
— Это не продлится долго, ведь я бессмертная, а ты не протянешь и до двадцати, если не станешь вдовой минимум три раза, чтобы снять с себя наше родовое проклятие. Твоя мать не послушались меня, а вот, кстати, и она вместе с бабушкой.
Шильда резко обернулась, чуть не упав в обморок от головокружения, но за ее спиной никого не было — шелестела высокая трава, каменная дверь была все такой же бурой и непроницаемой, а Джилиана все такой же молодой и рыжей.
— Это вообще не смешно, бабуль. Да ты просто издеваешься надо мной, — девушка подавила внезапно выступившие слезы и сжала кулаки, — все знают, что они утонули в озере.
— Чушь собачья! — взмахнула руками прабабушка и ткнула пальцем куда-то в траву. — Надо же было мне что-то сказать следователю? Утопление — это очень логично и человечно. Не могла же я сказать, что твоя мать и бабушка превратились в змей?
— Змей?!
Вдруг из травы высунулись две черные змеи, которые, встав на хвосты, оказались почти на одном уровне с лицом Шильды. Покачиваясь, словно молодые деревца на ветру, змеи беспрестанно шевелили высунутыми раздвоенными язычками.
— Познакомься, Шильда, деточка, это твоя мама и бабушка. Справа — Люция, а слева — Хельма.
Шильда вдруг вспомнила, что раньше у прабабушки жили две черные змеи, которых она назвала в честь мамы и бабушки, и которые каждую ночь сбегали из аквариума. Каждую ночь она просыпалась от того, что прохладные змеиные тельца опутывали ее руки и ноги. В ужасе она кричала и звала на помощь прабабушку, которой в итоге пришлось избавиться от питомцев, так как правнучка перестала разговаривать и есть — так пугали ее змеи. С тех пор при виде этих созданий Шильда падала в обморок без всяких исключений.
Джилиана и две змейки склонились над правнучкой, чтобы привести ее в чувство и вздрогнули от удара молнии, расколовшего пополам каменную стену.
Ослепнув на миг от яркой синей вспышки, три ведьмы увидели прекрасного юношу в бледно-лиловой накидке, подбитой серым мехом, в остроносых фиолетовых сапожках с причудливой прической из множества тоненьких кос, сколотых на затылке шпильками с разноцветными жемчужинами.
— Я же сказал, что никаких оборок не будет. Маскарад должен пройти безупречно, поэтому только атлас и шелк, — юноша прервал сам себя и испуганно обернулся, уперев в Джилиану взгляд огромных золотисто-зеленых глаз, обрамленных длинными черным ресницами.
Тоненько вскрикнув, юноша картинно взмахнул руками, словно собираясь упасть в обморок, но затем, передумав, выдернул из прически шпильку и нацелил ее острие на рыжеволосую ведьму, которая упорно и медленно приближалась к нему, пожирая его удивленным взглядом.
— Это же ты! — ахнула вдруг она. — Парень Шильды! Эльф! Просто невероятно!
— Отстань от меня, чудовище! Я принц! Мой прадедушка убьет тебя, если ты коснешься меня хоть кончиком своего грязного когтя! А-а-а!..
Джилиана и правда хотела ткнуть кончиком своего длинного красного ногтя эльфа, но тот оперся спиной о каменную дверь и исчез, словно его никогда и не было.
Две черные змейки встали на хвосты и заглянули в лицо ведьмы, которая что-то мысленно им говорила, кивая головой.
— Да, Хельма. Это был его правнук. Я тоже видела кольцо с печатью, — подытожила беседу прабабушка и вздохнула, — все очень запутанно и странно. Мне нужно срочно во всем разобраться. Сегодня же улетаю в Дармшир на шабаш, надо посовещаться с дамами.
Черные змейки послушно оплели, наподобие браслетов, обнаженные запястья Джилианы.
— Идемте домой. Хватит здесь прозябать. Девочка выросла и примет вас. И заодно проследите за ней, пока меня не будет дома.
Сказав это, Джилиана переместила себя, змеек и Шильду в пыльную гостиную старого дома на Тенистой улице, покачнувшись от забытого чувства головокружения, которое неизменно сопровождает магическую телепортацию.
Кряхтя, она опрокинула в себя бокал заговоренного вина и приняла образ старой и неопрятной женщины, завернутой в порванную серую шаль, затем достала из кладовки метлу и вышла на улицу, словно намереваясь подмести двор.
В полночь.
Глава 7
Принц Вильмонтейльн метался по раззолоченной спальне, подбрасывая в воздух горсть заговоренных лепестков белых роз, чтобы отогнать злых духов, мертвецов и смертных.
Камердинер Его
