– А я и не собиралась, – пробормотала она.
– Вот и чудесно… Значит, ты ничего не теряешь в связи с нашим соглашением. Более того, ты много приобретешь в связи с ним, поскольку молва о том, что мы – пара, распространится стремительно.
– Я не понимаю, – прошептала Кэт.
– Именно так расценят наш совместный уход все бывшие на этой панихиде.
– Но это неправда! – искренне возмутилась девушка.
– Тем не менее все именно так и станут думать, Кэт, – наставительно заключил Томас. – Мне незачем объяснять тебе, для чего все это нужно. Мой разговор с Оливией ты слышала, в противном случае здесь бы не сидела.
– Но никто не примет это всерьез. Мои друзья все обо мне знают. В редакции так же всем известно, что до сегодняшнего дня мы даже не были знакомы.
– Однако этого не знают остальные люди, читающие газеты и следящие за новостями по телевизору. Конечно, абсолютное большинство моих знакомых не придадут этому значения, но данная мистификация не для них, – взвешенно рассудил Томас. – И не думаю, что это как-то дурно отразится на твоей репутации. Так что тебе нет оснований отказываться от весьма выгодной, на мой взгляд, сделки… Итак, Кэт, что ты скажешь?
– А чего именно ты ждешь от меня? – спросила она.
– Несколько совместных публичных выходов. Сегодняшний обед, например. От тебя требуется вести себя непринужденно. Не более того. Никто ведь не знает, на какой стадии находятся наши с тобой отношения… Или у тебя уже есть перед кем-то обязательства? – догадался-таки поинтересоваться Рассел.
Кэт лишь хмыкнула в ответ, что должно было продемонстрировать ее полное небрежение какими-либо романтическими, тем более любовными, обязательствами, замешанное на крепкой порции обманчиво-легкого коньяка.
В ее смятенном сознании крутились лишь обрывочные мысли о том, как отнесется к этой новости Стив. А бабушка? И если Стива можно этим уязвить, а следовательно, воздать за его пренебрежение, то бабушка не тот человек, кто оценит игру в любовные отношения. Но коньяк смог сгладить все сомнения, внушив Кэт, что вряд ли бабушке станет известно о такой не стоящей беспокойства мелочи, тем более в стенах дома для престарелых, где не водится посетителей из круга магната Рассела и ему подобных.
– Ну так как? У тебя кто-то есть? – поторопил ее с ответом Томас, озадаченный невнятной реакцией девушки.
– Нет… не сейчас, – неуклюже проговорила она.
– Прозвучало неубедительно, – заметил Томас, усмехнувшись.
– У меня нет никого… в том смысле, что…
– Я понял. Это хорошо, – пресек он ее разглагольствования. – Тогда не вижу никаких помех. А ты?
– Я тоже, – согласилась с ним Кэт.
– Означает ли это, что ты принимаешь мое предложение?
– Я думаю, что смогу на это пойти, – уклончиво отозвалась она.
– Мне нужен прямой и четкий ответ: «да» или «нет»! – неожиданно сурово потребовал он.
– Я не уверена…
– В чем именно? – нахмурившись, спросил Рассел.
– Не знаю, как к этому отнесется моя бабушка. Она очень слаба… Или мои коллеги, люди, с которыми мне приходится иметь дело каждый день.
– То есть безвестную Кэт Саммерфилд смущает, что ее станут связывать со мной, Томасом Расселом?! Уж не хочешь ли ты сказать, что стыдишься этого? – энергично возмутился он.
– Не стыжусь, – поспешила развеять его гнев девушка. – Просто не уверена, что из этого может выйти.
– Из этого может выйти отличный газетный материал, который станет началом твоей газетной карьеры. Или ты хочешь оставаться в редакции на третьих ролях и делать материалы, за которые другим просто не интересно браться?
– Нет, это не так, – промямлила Кэт, поникнув. – Я, наверное, сказала совершенную глупость, – удрученно добавила она.
– Да уж, пожалуй, – охотно согласился Рассел.
– Однако мне кажется, что люди, которые относятся ко мне хорошо, подумают, что ты злоупотребляешь моим доверием. Те же, что думают обо мне не лучшим образом, решат, будто это я использую тебя, чтобы обеспечить себе карьерное продвижение. А это, как мне представляется, не очень хорошо.
– Странно, что ты такое большое значение придаешь домыслам, которые всегда были и всегда будут, вне зависимости от наших с тобой действий, тогда как для тебя это не более чем деловое соглашение, выгоду которого ты сама хорошо осознаешь. Тем более ты сама, намеренно или нечаянно, спровоцировала меня на это, став свидетелем конфиденциального разговора. Я же тебе предлагаю нечто, безопасное во всех отношениях, – заверил ее Том.
– Может быть, в твоем кругу это и считается безопасным, однако я сомневаюсь, что мои близкие правильно меня поймут, – возразила Кэт.
– Послушай, – проговорил он нетерпеливо, – я с тобой рискую в любом случае не меньше, а, пожалуй, намного больше. Та информация, которую ты подслушала, способна негативным образом повлиять на цену наших акций на фондовом рынке. Так что было бы правильнее с самого начала доверять друг другу. Я жду от тебя шага навстречу, в противном случае нам с тобой договориться не получится. Ты слышала, что Малколм Девлин подозревает Оливию…
– Мистер Девлин – ее муж? – уточнила Кэт, ненароком перебив Томаса.
– Да, – раздраженно отвлекся говоривший. – Так вот, Малколм уверен в том, что мы, она и я, состоим в интимной связи, он ревнует жену и рассчитывает отомстить ей тяжелым бракоразводным процессом. И навредить ей и мне имущественно – это то, на что он вполне способен. Поэтому и завел речь об отчуждении доли компании, а также грозит поглощением. Финансовый ресурс у него для этого имеется… Поэтому-то Малколма и надлежит разубедить, официально предъявив тебя обществу в качестве моей подруги.
– И ты думаешь, что это поможет? – недоверчиво спросила девушка.
– Не уверен, но попробовать стоит… Это даже не моя идея. Лив считает, что Малколм безумно ревнует, и видит в этом причину его враждебности… Ну, так что, ты согласна поучаствовать в этом маскараде ради того, чтобы газета не сменила владельца, а следовательно, и редакционную политику? – вдруг задорно спросил ее Томас и протянул руку.
Кэт интуитивно ответила ему рукопожатием, но сделала это прежде, чем поняла, что таким образом дала гарантию своего участия в авантюре с сомнительным для себя исходом.
ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ
Томас Рассел покинул лимузин и тотчас, стоило Кэт появиться из темноты салона вслед за ним, его рука собственнически легла на плечо спутницы.
– Готова? – подмигнул он ей.
– Уже?! Но ведь я не знаю, что говорить, что делать. Мы это даже не обсудили. Что, если нас о чем-то спросят? Истории должны совпадать, не так ли? Где и когда познакомились, что было потом? – взволнованно зачастила она.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
