Начало 1990-х отличалось тем, что «из списка запретных одновременно вышли совершенно разноплановые темы – вопросы, касающиеся нашей идеологии, политики и религии, и захлестнувший наплыв порнографической продукции. Это и называется революционная (т. е. резкая, скачкообразная) ломка сознания, когда вся наша страна представляет собой своеобразную лабораторию для испытания практикой психологических теорий. Решения, которые прежде принимались государственными институтами, за исключительно короткий срок были переадресованы самому человеку. Из объекта управления все члены нашего общества становятся субъектами принятия решения. Вопрос только в том, насколько они готовы быть субъектами собственных решений» (Абульханова-Славская, Воловикова, Елисеев, 1991, с. 27–29). Абульханова подчеркивала, что в условиях меняющегося общества в центре внимания должны стоять не только неизбежные психологические и личностные потери, но также истоки сохранности личности, ее интеллекта и нравственности, несмотря на жесткость воздействий на человека. Именно здесь индивидуальные и групповые феномены сложным образом переплетаются, возникает острая потребность в конструировании личностью своего социально-психологического пространства, помогающего выживать в социальной среде (Купрейченко, Журавлев, 2012).
То сложное время, в которое вступила и страна и отечественная наука в 1990-е годы, оказалось очень продуктивным для деятельности лаборатории. Практически каждый год готовились сборники научных трудов, читая которые можно заметить, что психология личности здесь не закрывалась от проблем, а оказывалась в самой гуще событий, предлагая не только грамотные объяснения, но и возможные решения. Это книги «Психология личности в условиях социальных изменений» (1993); «Сознание личности в кризисном обществе» (1995); «Российский менталитет (психология личности, сознание, социальные представления)» (1996); «Российский менталитет: вопросы психологической теории и практики» (1997); «Современная личность: Социальные представления, мышление, развитие в норме и патологии» (2000) и др. В центре внимания оказались сознание личности в условиях радикальных социальных изменений, исторически сложившиеся особенности российского менталитета и его современное состояние.
Сотрудниками, докторантами и аспирантами лаборатории был охвачен самый широкий спектр вопросов, касавшихся: отечественной специфики представлений об умном человеке (Смирнова, 1995); представления о счастье в российском менталитете (Джидарьян, 2001); психологии понимания, представлений о правде, истине и справедливости (Знаков, 1995); проявлений эмоциональной неустойчивости личности (Чудина, 1999); представлений личности о современных политических процессах (Белицкая, Николаева, 1994); неосознаваемых особенностей личностной организации времени (Березина, 1997); влияния когнитивного стиля и социальных установок личности на особенности целеполагания (Харламенкова, 1993); представления личности об отношении к ней других людей (Гордиенко, 2000); правовых и моральных представлений (Воловикова, 2000; Дикевич, 1999; Николаева, 1993) и др. Разработка большинства из упомянутых проблем была продолжена в дальнейшем и продолжается теперь. Происходит это не только в разных лабораториях Института психологии РАН (Алмаев, 2012; Дробышева, 2013; Журавлев, Купрейченко, 2010; Личность профессионала…, 2013; Юревич, Журавлев, 2014; и др.), но и в других научных организациях, городах и даже в других странах.
В двухтысячные годы лаборатория оказалась центром исследования таких новых для отечественной науки направлений, как психология мудрости (Анцыферова, 2004, 2006; Харламенкова, Журавлев, 2014), психология самоутверждения личности (Харламенкова, 2004, 2007), нравственная психология (Воловикова, 2004, 2005; Проблемы нравственной и этической…, 2011; Мустафина, 2012), аксиопсихология личности (Журавлева, 2006, 2013), психология счастья и оптимизма личности (Джидарьян, 2001, 2013), психология праздника (Воловикова и др., 2003; Борисова, 2012) и др.
Современное состояние исследования психологии личности в РАН
Поскольку Институт психологии – единственный в Российской академии наук, то психология личности изучается преимущественно здесь, но не только в лаборатории психологии личности. В последние годы личностная проблематика стала объединяющей для многих научных подразделений института (Личность и бытие…, 2008; Современная личность…, 2012; Дробышева, 2013; Дробышева, Журавлев, 2010; Алмаев, 2012; Купрейченко, Журавлев, 2012; и др.). Лаборатория психологии труда выпустила труд «Личность профессионала в современном мире» (2013), собравший работы авторов из разных подразделений ИП РАН и других научных организаций. Объединяющей многих темой становится нравственное становление личности (Купрейченко, Журавлев, 2011; Психологические исследования…2011; Психологические исследования нравственности, 2013; Психология нравственности, 2010) и проблемы психологического здоровья (Психологическое здоровье личности…, 2014). Осуществляется комплекс исследований, направленных на психологическую помощь современной личности в сложившихся условиях социальных и экономических перемен. Основной целью становится выявление условий, повышающих жизнеспособность личности.
Н. А. Журавлевой (Журавлева, 2006, 2013) исследованы основные тенденции ценностных ориентациях личности в условиях социальных изменений, а именно – как на динамике ценностных ориентаций личности отразились кризисные условия 1990-х и относительно стабильные социально-экономические условия начала 2000-х годов. Обнаружена общая динамика возрастания значимости для личности прагматических ценностей, достижения делового успеха, высокого материального благосостояния и благополучия в личной жизни, происходящая в исторический период интенсивных макросоциальных изменений. Исследование свидетельствует, что в 1990-е годы менее значимыми стали направленность на личностный рост, альтруистические ценности, достижение положительного социально-психологического самочувствия. Причем в периоды экономических трансформаций может иметь место преобразование всей личностной системы ценностей, а не только отдельных их видов или групп: чем более динамичными и радикальными по содержанию являются социально-экономические преобразования в обществе, тем сильнее изменяются ценностные ориентации личности. Однако в посткризисные периоды значимость творческой самореализации, как правило, возрастает (Журавлева, Журавлев, 2004).
Наряду с аксиологической (ценностной) направленностью исследований личности (кроме упомянутого исследования Н. А. Журавлевой, отметим в недавно опубликованную работу С. С. Бубновой (Бубнова, 2015)) в лаборатории психологии личности формируется духовно-нравственный подход к проблемам психологического здоровья личности (Психологическое здоровье личности…, 2014).
Задача нравственной психологии состоит в том, чтобы исследовать процессы, происходящие на всех уровнях человека (духовно-нравственном, душевно-эмоциональном и физическом/телесном) при исполнении или нарушении нравственного закона, проследить путь от мысли к действию, чтобы помочь современному человеку в сложных жизненных обстоятельствах, которые он сам же зачастую и строит всей историей своих моральных выборов.
Проведен методологический анализ предмета нравственной психологии и областей ее приложения, включающих процессы осознания на индивидуальном (групповом и общественном) уровне нравственного закона, его содержания, императивности и внутреннего единства; связь личности и общества в контексте нравственного бытия; соотношение нравственного и правового сознания; юридические законы и нравственные идеалы; социальные представления о правде, праве и справедливости; эмоциональную окраску нравственных переживаний; нравственные чувства; совесть как нравственную интуицию и др. (Проблемы нравственной и этической психологии…, 2011).
Исследование представлений о совести современных молодых людей (старшеклассников и студентов) показало относительную сохранность традиционного для российского менталитета понимания совести. Негативные суждения, связанные с отрицательным отношением к совести либо с внешней демонстрацией позитивного поведения, пока ни в одной из молодежных выборок не попали в ядро социальных представлений о совести. Напротив, туда вошли суждения, в которых говорится о связи совести с сознанием и нравственным законом, об оценке (негативной или позитивной) состояния совести другого человека, о регулирующей функции совести. Анализ ассоциаций со словом «совесть» показал лидирующее в молодежных выборках положение ассоциации «честность», указывающее на понимание того, что совесть несовместима с лицемерием, ложью, обманом и самообманом (Воловикова, Мустафина, 2011).
