href="ch3.xhtml#id26" class="a">{26} Павлов добавил, что он уже сговорился о побеге с четырьмя казаками.
Начали обсуждать маршрут побега. Павлов предлагал два направления: «Коли де в Русь побегу, то с женой, а если без жены, то хоть в Сечь Запорожскую». Бывалый человек, Пугачев знал больше путей. «Куда бежать? — говорил он. — В Пруссию — Далеко, на Руси поймают, в Запорожье, коли один пойдешь, то по жене стоскуешься, а приедешь за ней, то тебя схватают».{27} Остается Терек: там уже есть казаки, да и тамошнему атаману будто бы предписано принимать беглых.
Так и порешили — бежать на Терек. Но как сделать, чтобы власти узнали о побеге возможно позднее? Условились, что сначала поедет сопровождаемая Пугачевым сестра, держа путь в Зимовейскую, якобы для свидания с матерью. Павлов же с товарищами, во избежание всяких подозрений, совершит побег неделю-другую спустя.
Поездку оформили официально: ротмистр выдал Павловой соответствующий билет. Пугачев с сестрой и ее малолетней дочерью отправились в путь-дорогу. Они ехали пять дней, миновали Черкасск, остановились в степи, у реки Тузлов, кормить лошадей, как вдруг их догнал Павлов с тремя казаками.
Пугачев был страшно недоволен невыдержанностью своего сообщника:
— Што вы это наделали? — сказал он с упреком Павлову. — Вить того и смотри, што нас поймают! Вить я говорил, штоб помешкать недели две, погубили вы меня и себя.
— Что ты ни говори, мы назад не поедем, а пойдем туда, куда бог наразумит, — решительно ответил Павлов.
Пугачев увидел, что препирательства бесполезны— несвоевременный побег начат и надо подбодрить товарищей.
Когда вы уже сие предприняли, — сказал он беглецам, — так бегите на реку Терек; там много живет людей, рек и лесов довольно, и там прожить будет способно; а тамошние жители странноприимчивы, и вас для житья примут. {28}
Накормчли лошадей и доехали вместе. Не доехав До Зимовейской станицы, Павлов простился с женой и Пугачевым и вместе с Тремя казаками остался я лесу. Пугачев поехал к себе, а сестру отправил к свекру.
На другой день Павлов пришел в отцовский дом, но внезапное появление сына в Зимовейской показалось отцу подозрительным. Беглецу пришлось выдумать историю, как жена его без разрешения казачьего бригадира уехала из Таганрога, как бригадир ругал покладистого мужа: «Сюда жен на житье силою привозят, а ты отпускаешь»{29}. О своем побеге Павлов не проронил ни слова.
Всего лишь сутки пробыл казак в родительском доме. Потом сказал отцу, что возвращается в Таганрог, и в полночь пошел к Пугачеву. Пугачев открыл свои намерения матери и жене. Те заплакали и принялись уговаривать его остаться дома.
Пугачев начал колебаться. Из-за поспешности товарищей, бежавших раньше времени, его план побега не осуществился. Власти могут быстро спохватиться и поймать беглецов. А тут еще слезы близких и любимых людей. Пугачев решил отложить побег. Но у Павлова выбора не было — он уже «законопреступник», беглец. Возврата нет, надо бежать дальше, чтобы замести следы, скрыться.
Видя колебания товарища, Павлов попросил Пугачева хотя бы показать ему дорогу на Терек. В душе он надеялся, что достаточно вырвать Пугачева из расслабляющей обстановки слез и уговоров, чтобы тот уже не вернулся домой. Проницательный Пугачев понял, к чему клонит его друг. Он отказался показать дорогу: «Ты за солью на Маныч хаживал, так поди сею дорогою, а она и доведет тебя до Терека».{30}
Безвыходность положения пробудила в Павлове изворотливость. Он явился к отцу, и, сказав что хочет взять жену в Таганрог, отправился с нею в степь Ночью он поручался у пугачевских ворот. Жена Пугачева, не желая, чтобы муж уехал с Павловым, сказала:
— Што вы ездите? Вас уже ищут и знают, что вы бежали.{31}
Павлов испугался и вернулся в степь. Три дня прожил он в томительном ожидании. Один из беглецов струсил и покинул своих товарищей. Но кругом тихо и безлюдно. Никакой погони нет. О побеге никто не знает. На третий день Павлов с двумя товарищами появился у Пугачева и настойчиво просил перевезти через Дон, рассчитывая, что если Пугачев поможет, то вынужден будет присоединиться к ним.
Дальше тянуть невозможно. Пугачев уверил плачущих жену и мать, что с зятем не побежит — «И статное ли дело, чтоб он оставил отечество и поехал бы на Терек».{32} Взял лодку, посадил сестру, Павлова, двух его спутников, перевез через Дон, высадил всех и отчалил от берега. Видя, что Пугачев его покидает, Павлов обнажил саблю и вплавь бросился догонять лодку, Пугачев стал грести изо всех сил и уплыл от рассвирепевшего зятя. Уже в этом эпизоде наглядно проявились некоторые черты пугачевского характера — смелого, но предусмотрительного, осторожного, но решительного в серьезные моменты.
Три недели блуждали беглецы по донским степным просторам. Они не нашли дороги на Терек, и смертельно истомленные, голодные, вернулись в Зимовейскую. Их поймали, повели в станичную канцелярию. Там они признались в побеге и рассказали о пособничестве Пугачева.
Пугачев испугался. Он слышал, «что всем казакам под казнью» об’явлено, что «за реку беглецов не перевозить и самим не бегать».{33} Он вскочил на лошадь и бросился в донские степи, где шатался две недели. Тяжела жизнь беглеца. Пугачев рыскал по степи, сторонясь людей, обходя станицы. И «стало ему скушно, да и хлеб, который взял с собой, весь с’ел».{34}
Ночью, чтоб никто его не видел, он вернулся домой. Жена рассказала, что Павлов с женой и матерью под арестом отправлены в Черкасск. Что делать? Умереть голодной смертью в бегах не хотелось, сидеть дома и пассивно ждать ареста было Пугачеву не по душе. Он пустился на хитрость. Стараясь опередить арестованных, он поспешил в Черкасск. Его добровольный приход к властям снимет все подозрения. Так и вышло. Пугачев явился к дьяку Колпакову и с подкупающим чистосердечием сказал: «Я слышу, што про меня говорят, будто я бегал, а я не бегал».
При этом Пугачев представил станичный паспорт, когда-то выданный атаманом Зимовейской станицы Трофимом Фоминым. Простодушный дьяк вполне удовлетворился об’яснениями казака и даже воскликнул с негодованием: «Кой же чорт пишут, что ты бежал, а у тебя пашпорт».{35} Он сочувственно посмотрел на Пугачева и отпустил его.
Обман обнаружился на другой же день, когда в Черкасск привезли Павловых. Зять показал, что Пугачев помогал ему в побеге и сам хотел бежать с ним. Немедленно начались поиски обманщика-казака по всему Черкасску. Пугачев бежал в свою станицу. Он переночевал дома только
