стали пересекать широкое ущелье.
Однако уже минуту спустя их заприметили сразу две стаи фитров. Последнее, что я успел увидеть, прежде чем оторвать от них взгляд, так это то, как в весьма слаженном магическом порыве свет Долгорукова и тьма Кертайса стали работать в едином тандеме.
‒ Будь рядом, Артём, ‒ шепнул я парню, прежде чем сделать шаг в пропасть под ногами.
Долю вдоха спустя тело по инерции и под свист дикого ветра в ушах, устремилось прямо в пропасть ущелья, в котором кишело множество тварей, и такой же решительный шажок вперед сделал и Пожарский, а тело парня медленно и верно стало воспламеняться еще в воздухе. Вначале руки, после ноги, затем же и всё остальное одним махом. Под конец копьё уникума раскалилось почти добела и вспыхнуло разрушительной силой ярко-красного огня.
‒ На всё воля Бездны, ‒ начал шептать я одними губами. ‒ Сегодня это ущелье будет залито кровью. Обещаю тебе! Аре кате ла тийз нор ам эс фэр… все эти жертвы для тебя, великая мать…
Покажись алая дрянь!
Постулат реанорского берсерка…
Плащ алой молнии Реанора…
Сила духа и магия слились воедино. Грохочущий и оглушительный рёв и стрекот алой молнии разнесся по всему ущелью, сотрясая и ослепляя всю местность тёмно-алым светом и заставляя толпы чудовищ отвлечься от всех своих дел и дрязг. Всего на миг в полёте веки прикрылись самопроизвольно, но тело и джады в руках уже работали на заученных до зубного скрежета рефлексах.
Пагуба дома Нор-Ата… Рассекающий вал…
А теперь…
Пагуба дома Нор-Ата… Разрубающий вал…
Предсмертные и наполненные страданиями вопли, протяжный вой сотен глоток разномастных чудовищ слились в единую безумную какофонию криков и рёва. Часть ущелья за долю мгновения окрасилась в черные цвета крови, потрохов, мяса и частей туш уничтоженных порождений Катаклизма.
Вот только звук возгласов остальных стал настолько пронзителен, что разнесся над всем подгорьем подобно нестерпимой сирене, тем самым привлекая внимание сотен стай других монстров лишь к нам двоим.
Ноги при приземлении с громким хрустом почти по колено ушли в раздробленный лёд, а вот воспламенившийся Пожарский весьма ловко оттолкнулся от обрыва ущелья у самого дна и мягко спикировал прямо передо мной с довольным видом.
Но уже в следующий миг всё довольство с его лица испарилось, потому как в нашем направлении неслась целая волна различных монстров, которые пытались опередить друг друга и добраться до нас первыми. Боковым зрением я успел заметить, как продолжительную битву с фитрами затеяла и наша передвигающаяся по платформам четверка и судя по яростным вспышкам света, тьмы и отблескам льда, те неплохо справлялись.
‒ Устроим кровавую баню? ‒ хохотнул кровожадно княжич, не на шутку распаляясь, размахивая во все стороны копьём, а его аура столпа неистово начала топить лёд и снег в радиусе нескольких десятков метров.
‒ С радостью…
Цепная молния Реанора…
Закат династии…
Сноп игл кровавой молнии Реанора…
Призванная лавина стихийных игл всего на несколько мгновений опередила рывок техники, поэтому в ряды чудовищ с Пожарским мы влетели под град разливающейся и разлетающейся во все стороны крови и плоти десятков вопящих и визжащих чудовищ.
Тошнотворная вонь и едкая гарь палёного мяса разлились по округе за долю мгновения. Запах был настолько смрадный и головокружительный, что полчища бестий стали медленно сходить от него с ума и под натиском происходящего начали нападать на своих же сородичей. Черная отвратная жижа при каждом молниеносном движении и при каждом взмахе джада мерзко скользила, загоралась и даже закипала под ногами от силы ревущей молнии и от вездесущего испепеляющего пламени Пожарского.
Парень истреблял монстров одного за другим при каждом движении и подступе, пламенное копьё его сейчас напоминало ничем неостановимый и горящий винт вертолёта, потому как при любом шаге княжича враги распадались на части, некоторые начинали воспламенятся и от этого бесновались лишь сильнее, а ярко-красное пламя всё продолжало нарастать и перекидываться с одной твари на другую и по цепочке дальше. Отчего крики и вой попросту невозможно было терпеть и пришлось глушить частично реанорский слух. Перед столь желанной публикой столп Российской Империи предстал во всей своей красе.
Моя же разошедшаяся цепная молния в это время напоминала собой раскинутую на многие метры стихийную ярко-алую ловчую сеть. Она оплетала, парализовывала, прожигала монстров разрядами свирепой и беспощадной силы.
С каждым пройденным шагом ни я, ни Пожарский даже и не думали останавливаться и делали всё возможное, чтобы продвинуться вперед через атакующую лавину чудовищ. И расчищать путь приходилось уже отработанным методом.
