– Когда сможете выйти в море? – спросил мистер Фогг.
– Через час. Надо закупить провизию.
– Хорошо. Вот вам задаток – двести фунтов.
Фикс заволновался. Как же теперь быть? Если преступник покинет британскую территорию, то его нельзя будет арестовать.
Ответил на этот вопрос сам Филеас Фогг: повернувшись к сыщику, он вежливо предложил:
– Если желаете воспользоваться такой возможностью, можете присоединиться к нам.
– Благодарю вас, сэр, – ответил застигнутый врасплох Фикс.
Не забыл мистер Фогг и про исчезнувшего слугу: зашёл в полицию, сообщил приметы Паспарту и оставил некую сумму на его поиски. После этого распорядился, чтобы багаж отправили на «Танкадеру», и вместе с Аудой поднялся на борт шхуны, где уже находился Фикс.
В три десять пополудни на шхуне подняли паруса.
Плавание вдоль китайского побережья оказалось суровым и даже опасным. На третий день на них обрушился тайфун и сорвал все планы. В семь часов вечера одиннадцатого ноября «Танкадера» находилась в трёх милях от Шанхая, когда все увидели на горизонте длинный чёрный силуэт «Генерала Гранта», покидавшего порт. Джон Бенсби громко выругался: двести фунтов уплыли вместе с пароходом.
– Посигнальте ему! – вдруг сказал мистер Фогг. – Приспустите флаг и выстрелите из пушки.
Владельцу «Танкадеры» не нужно было повторять дважды: приспущенный флаг – это сигнал бедствия, как и залп из пушки.
– Если не ошибаюсь, «Генерал Грант» изменил курс и движется к нам, – сообщил мистер Фогг.
Всё получилось удачно. Вскоре Филеас Фогг с Аудой и сыщик Фикс поднялись на борт «Генерала Гранта». Наконец-то они были в безопасности и следовали по намеченному маршруту.
Акробат поневоле
Но где же был всё это время Паспарту? Пока Филеас Фогг и Ауда плыли по бурным волнам на «Танкадере», слуга с комфортом путешествовал на борту «Карнатика», хотя очень смутно помнил, как туда попал.
Проспавшись, он вышел нетвёрдой походкой на палубу и обнаружил, что оказался без хозяина и, следовательно, без денег. Поначалу это обстоятельство его просто озадачило, но свежий морской воздух быстро прогнал остатки хмеля, и Паспарту вспомнил, как прыгнул на борт «Карнатика» в самый последний момент, когда пароход уже отходил от пристани. В его памяти постепенно всплыли события предыдущего вечера, и он понял, что Фикс специально подстроил так, чтобы он не смог предупредить хозяина об изменении времени отправления парохода. Теперь мистер Фогг проиграет пари и будет разорён! Ох, попадись ему сейчас этот мерзкий сыщик!
Между тем проезд на пароходе и питание его самого, мистера Фогга и Ауды были уже оплачены, и Паспарту ел за троих, потому что не знал, как проживёт в Японии без пенни в кармане. 13 ноября «Карнатик» прибыл в порт Иокогамы, и молодой француз с большой неохотой сошёл на берег. Весь день он бесцельно слонялся по городу, а когда стемнело, вернулся в порт, мрачный и голодный.
На следующий день, едва проснувшись, он понял, что надо бы поесть: в желудке урчало от голода – но для этого следовало найти работу – какую угодно.
Набравшись решимости, он покинул порт и направился по той же дороге, что и накануне, и вскоре увидел зазывалу в наряде клоуна, который держал в руках плакат с надписью по-английски:
«В Америку! – сказал себе Паспарту. – Вот куда нужно ехать, чтобы найти хозяина».
Воодушевившись, он прошёл следом за клоуном в просторный балаган, украшенный яркими плакатами, и попросил проводить его к директору.
– Чем могу быть полезен? – спросил тот.
– Вот ищу работу.
Директор окинул взглядом его могучую фигуру.
– Похоже, вы сильный малый, верно?
– Да, особенно когда сыт.
Директор рассмеялся: ответ молодого человека ему явно понравился.
– Прекрасно. Мне нужен сильный акробат для пирамиды.
Представление акробатической труппы началось в три часа пополудни. По команде директора Паспарту с другими гимнастами вышел на арену и занял нужную позицию. Все они стали основанием для пирамиды, на них взгромоздилась другая группа акробатов, а на ту – следующая, и так до самой крыши.
Пока Паспарту напрягал мышцы под тяжестью человеческой массы, в цирке появились Филеас Фогг и Ауда. В то утро они прибыли в Иокогаму и, поскольку позволяло время, зашли в балаган.
Вот последний акробат занял своё место на вершине пирамиды, и публика разразилась аплодисментами.
В этот момент Паспарту бросил взгляд за огни рампы, и каково же было его изумление, когда увидел среди зрителей мистера Фогга и Ауду!
Не думая о последствиях, он с криком: «Хозяин! Хозяин!» бросился к мистеру Фоггу. Пирамида зашаталась и рухнула, словно карточный домик. Всё смешалось – ноги, руки, головы. Директор страшно рассердился, но Паспарту этого даже не заметил, переполненный радостью, что нашёл своего хозяина!
Вечером американской пароход «Генерал Грант» вышел из порта Иокогамы и взял курс на Сан-Франциско с Филеасом Фоггом, Аудой и Паспарту на борту.
Вынужденное перемирие
Комфортабельный колёсный пароход «Генерал Грант» развивал скорость до двенадцати миль в час. Филеас Фогг подсчитал, что если к третьему декабря они прибудут в Сан-Франциско, то одиннадцатого числа окажутся в Нью-Йорке, а двадцатого декабря и в Лондоне, за день до срока, когда ему следует появиться в «Реформе».
Паспарту был счастлив и теперь, безоглядно уверовав в своего хозяина, не уставал твердить Ауде, какой это замечательный человек. Та жадно его слушала, и её привязанность к элегантному джентльмену росла с каждым днём.
Но где же в это время был сыщик Фикс? Разумеется, тоже на борту «Генерала Гранта».
К своему огромному удивлению, он обнаружил, что ордер на арест банковского вора ждал его в Иокогаме. Но какой теперь от него прок? Страшно разочарованный, Фикс уже готов был отказаться от своих планов, когда его внезапно озарило. Если мистер Фогг намерен возвратиться в Англию, то его можно будет арестовать, как только он ступит на английскую землю. А потому Фикс решил тоже плыть в Сан-Франциско на том же пароходе.
Он стоял на палубе и наблюдал за приготовлениями команды к отплытию, когда увидел мистера Фогга. Джентльмен появился вместе с Аудой – и Паспарту! Сначала сыщик даже своим глазам не поверил. Слуга нашёлся! Он тут, в Иокогаме! Фикс поспешил в свою каюту, где и намеревался просидеть до конца плавания, но ему не повезло: однажды всё-таки нос к носу столкнулся с Паспарту.
