— Ваша дочь? — воскликнул лорд Милторп. — А я почти забыл, что она у вас была!
— Беттина училась во французском пансионе, — объяснил сэр Чарльз. — На самом деле ее следовало бы в этом году вывозить в свет, но ее крестная, Шила Бакстон, болела, а теперь она умерла.
— Да, конечно, — отозвался лорд Милторп. — Прекрасная была женщина. Мне она всегда нравилась.
— Так что у вас на руках, оказывается, ваша дочь, Чарльз, — медленно проговорил герцог.
— Вот именно, — невесело согласился сэр Чарльз.
— Тогда она должна ехать с нами, — сказал герцог. — Потому что, скажу вам откровенно, Чарльз: мы без вас обойтись не сможем. Благодаря вам всем всегда весело и хорошо.
Глаза сэра Чарльза радостно вспыхнули:
— Вы это серьезно?
— Ну конечно! Кому помешает еще один человек? Вот что я сделаю: я приглашу для вашей дочери какого-нибудь молодого человека! Почему бы не моего наследника? По-моему, он вполне способен составить пару девушке, только что покинувшей стены пансиона.
— Вы имеете в виду Юстеса? — изумился лорд Милторп.
— Конечно, я имею в виду Юстеса, — с некоторым нетерпением ответил герцог. — Моему единокровному брату было бы полезно отвлечься от своих вечных проповедей и агитации среди моих друзей в палате лордов. Они постоянно на него жалуются: говорят, что он пытается навести на них ужас и в то же время шантажом опустошает им карманы.
Его собеседники ничего на это не ответили.
Герцог понимал, что его друзья промолчали потому, что не хотели плохо отзываться о его брате, а сказать что-то хорошее о нем тоже не могли.
— Вы очень добры, что приглашаете Беттину, Вэриен, — сказал спустя несколько секунд сэр Чарльз, нарушая ставшее неловким молчание. — Остается только надеяться, что девочка не будет никому обузой. Прежде она за словом в карман не лезла.
— Если она пошла в отца, то, несомненно, будет душой общества, — любезно сказал лорд Милторп.
— Благодарю вас, Джордж, — кивнул сэр Чарльз. — Я прилагаю все силы к тому, чтобы отработать свой хлеб.
Герцог рассмеялся.
— И у вас это очень хорошо получается, Чарльз. Вы не хуже меня знаете, что без вашего присутствия ни один вечер не будет по-настоящему удачным.
Сэр Чарльз собирался что-то на это ответить, но в это мгновение вошедший в гостиную дворецкий объявил:
— Леди Дейзи Шеридан, ваша светлость, и достопочтенная миссис Димсдейл!
В комнату вошли две леди — обе необычайно красивые. Герцог направился к ним навстречу, чтобы поздороваться со своими гостьями.
Взгляд леди Дейзи и выражение глаз герцога сказали бы каждому, что между этими двумя людьми — особые отношения. Она протянула ему обе руки, затянутые в перчатки, и он поднес их к своим губам.
— Извините, что мы опоздали, — сказала леди Дейзи, — но Китти почему-то вдруг понадобилось накупить массу шляпок, на которые у нас обеих не было денег. Но выглядеть мы в них будем просто ослепительно!
— Неужели еще лучше, чем сейчас? — спросил герцог.
Но губы его изгибались в ироничной улыбке, а в голосе звучала нотка циничной насмешки. Ему было прекрасно известно, кто именно должен будет заплатить за эти шляпки. Леди Дейзи и Китти не могли бы прийти к нему на ленч без какой-нибудь просьбы, в результате которой ему не пришлось бы доставать кошелек.
Он слишком хорошо знал повадки прекрасной леди Дейзи.
Молодая красавица была замужем за отпетым игроком и не могла бы поддерживать свою репутацию одной из самых прекрасно одетых светских дам, если бы ее астрономические счета из модных лавок не оплачивали ее любовники. Однако герцог был готов делать то, чего от него ожидали, — что не мешало ему в который уже раз пожалеть о том, что Дейзи действует настолько прямолинейно.
Он почувствовал, как она на мгновение сжала его пальцы — словно, не сомневаясь в его согласии, уже благодарила за подарок. А в следующую секунду она уже протягивала руку лорду Милторпу, подойдя к нему со свойственной ей грацией. Недаром льстецы сравнивали ее движения с плывущим по озеру лебедем.
— Милый Джордж, — проговорила она, — я так и знала, что увижу вас здесь! Какая приятная встреча!
— Надеюсь, вы не бросили Китти в бездны транжирства, — сказал он. — Я только что купил двух просто великолепных лошадей и еще за них не заплатил.
— Глупости! — парировала леди Дейзи. — Вы богаты, как Крез. Беда только в том, что вы совершенно не считаете денег!
— Вот уж обо мне этого никто не скажет! — улыбнулся сэр Чарльз.
— Конечно, никто! — отозвалась леди Дейзи. — Ведь мы все знаем, как много вы дали бы нам, если бы могли.
— Кажется, — через секунду проговорил сэр Чарльз, — что это один из самых чудесных комплиментов, какие мне приходилось слышать в мой адрес.
— Вы его заслужили, Чарльз, — ответила леди Дейзи. — А теперь рассказывайте, что вы, словно три заговорщика, обсуждали, когда мы пришли?
— Ответ должен был бы оказаться очевидным, но не будет, — ответил сэр Чарльз.
— Вы не говорили о нас? — обиженно поджала губки леди Дейзи. — Я такого безобразия еще не слышала! Вэриен, вы мне изменили? Я этого не перенесу!
— Наоборот, — успокоил ее герцог, — мы задумали нечто, что развлечет вас сильнее, чем охотничьи балы, отстрел фазанов и скучная череда поездок по загородным поместьям, которыми сейчас полон ваш ежедневник.
— Что же вы можете предложить? — оживленно спросила леди Дейзи.
— Я предлагаю, чтобы мы все отправились на открытие Суэцкого канала! — ответил герцог, готовясь услышать возгласы восторга, которые непременно должны были последовать за его словами.
Глава вторая
Когда поезд подошел к платформе, Беттина, с нетерпением выглядывавшая из окна, сразу увидела отца — и решила, что его нельзя было бы не заметить даже в самой огромной толпе.
Никто другой не мог бы выглядеть настолько элегантно и щегольски! Недаром друзья называли сэра Чарльза франтом, а некоторые завидовали его вкусу и умению одеваться и пытались ему подражать.
Сейчас цилиндр у него был чуть сдвинут набок, в петлицу вдета гвоздика. Он опирался на модную трость из ротанга и с некоторым беспокойством смотрел на прибывший поезд.
Беттина открыла дверцу купе и, соскочив на платформу, бросилась к отцу, которого так давно не видела.
— Папа! Папа! — восклицала она. — Я знала, что вы придете меня встретить!
Она обхватила его руками за шею. Подставляя щеки ее радостным поцелуям, сэр Чарльз спросил:
— Но что, к дьяволу, случилось? Я уже начал волноваться.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
