– И кто родной? – насмешливо спросил Гарри. – Может, сам Волдеморт?
Блейз раздраженно закатил глаза.
– Где ты нахватался этой чуши?
– Школьные слухи, разумеется, – снисходительным тоном пояснил Поттер.
– Я тебе и без слухов скажу, что, как и любой чистокровный, Темный Лорд приходится родственником всем остальным чистокровным. Мы все родня между собой! И ты тоже.
– Темный Лорд полукровка.
– Это не имеет ни малейшего значения!
– Наверное…
– И прекрати меня перебивать! Я пытаюсь тебе сказать, что отцом Петуньи и Лили был некий Чарльз Поттер. И что твоего деда по отцовской линии звали точно также.
– Что ты хочешь сказать, Забини? – неуверенно переспросил Гарри. Блейз знал, что на самом деле Поттер не хочет этого слышать, но нужно было договаривать.
– Твои отец и мать – сводные брат и сестра.
Гарри посмотрел на него со слабой улыбкой. Пирамидка пошатнулась, и Блейз вдруг очень четко это почувствовал. В глазах Поттера было что-то такое… безумное. И ему вспомнилась случайно найденная запись в старой записной книжке, которую уже лет триста, наверное, никто не открывал. Вспомнились тонкие пожелтевшие, осыпавшиеся по краям листы: «… известные своими неуравновешенностью и жестокостью, которые проявлялись из поколения в поколение благодаря большому количеству родственных браков…».
– Я не думаю, что они знали об этом. Чарльз Поттер вряд ли когда-нибудь видел своих дочерей. Твоя бабушка по материнской линии была очень хитрой женщиной. Сейчас уже трудно определить, чего именно она добивалась, но думаю, что она хотела дать своему внуку как можно больше шансов на получение титула лорда Певерелла и возродить династию, а только ее крови было для этого недостаточно.
– Боже, Блейз, что ты несешь? Титулы, династии, Певереллы, – глупо хихикнул Гарри. – Все это чушь. Что за Певереллы такие?
– О, я расскажу! Согласно сказке Барда Бидля братья Певереллы – первые владельцы Даров Смерти. По легенде, давным-давно жили на свете три брата, которые в силу обстоятельств получили, по своим желаниям, дары от встреченной ими Смерти. Непобедимую Бузинную палочку для старшего, Воскрешающий камень для среднего и мантию-невидимку для младшего. Добра от подарков не было, старший и средний брат из-за них погибли, лишь младший брат дожил до старости. Но нам, конечно, важно не это. Если объяснять по-простому, то Певереллы это древний, чистокровный род, обладающий всяческими талантами, начиная с метаморфизма и заканчивая владением змеиным языком. Когда-то считалось, что в этой семье рождаются только гении. Возможно, даже, что легендарные Дары Смерти это ни что иное, как их разработки!
– Никогда не слышал о таких, – равнодушно отвернулся Поттер.
– Ничего удивительного, потому что уже около тысячи лет назад пора гениальности для этого рода прошла. Они начали сходить с ума, Гарри, представляешь? Один за другим, как будто их прокляли. Я читал рассказы современников, жуткое, должно быть, было зрелище! У детей семьи лет до шестнадцати – семнадцати все было в порядке, а потом начинала ехать крыша. Некоторые более-менее умудрялись продержаться до двадцати, иногда дольше, но результат все время был один и тот же. В итоге магическое общество отвернулось от них, и, в конце концов, осталось только три девочки. Последняя из потомков Игнотиуса Певерелла, создателя мантии-невидимки, вышла замуж за Поттера, имя которого мне, к сожалению, не известно. Через четыре года после свадьбы она сошла с ума и перерезала себе и младшему сыну, которому было всего пять месяцев, горло. К счастью, до старшего не добралась, поговаривали, что она совершила какой-то ритуал и смогла отвести от своих потомков угрозу сумасшествия. Так что семья Поттеров в некотором роде является наследниками рода Певереллов. Ты не знаешь, у твоей семьи была мантия-невидимка?
– Если и была, то родители умерли раньше, чем смогли рассказать мне об этом, – задумчиво ответил Поттер.
– Хм. Ну ладно. Вторая девушка была из семьи Кадмуса Певерелла, среднего брата и обладателя Воскрешающего Камня. Она попала в семью, угадай кого? Салазара Слизерина! Теперь этот род полностью уничтожен, хотя если Волдеморт претендует на родство, то камень вполне может быть у него. Кстати, его сумасшествие косвенно подтверждает версию о том, что он наследник Певереллов. Ну и наследница Антиоха Певерелла, владельца бузинной палочки, официально замуж не выходила, но по всему выходит, что ребенок у нее был. На каком-то этапе истории «старшая семья», видимо, решила сродниться с остальными двумя. Главным образом с Поттерами, так как тем удалось полностью избавиться от своего безумия. Однако породниться им удалось только со Слизеринами, тогда, как я понимаю, вновь и был возрожден змеиный язык. В общем, все это трудно объяснить, посмотри в свитки сам. Там такие родственные переплетения, что ум за разум заходит! Обойдемся без подробностей, но факт в том, что твоя бабушка по материнской линии была прямым потомком Антиоха и Кадмуса и косвенным Игнотиуса. Скорей всего, она была сквибом или очень слабой волшебницей и опасалась, что кровь Певереллов, а с ней и труды ее предков, сгинет окончательно. В общем, ей удалось смешать свою кровь с кровью Поттеров еще раз через Чарльза. На ее неудачу, родились девочки, причем твоя тетка оказалась в магическом плане полной бездарью. И тогда она решилась на отчаянный шаг – подстроила брак твоих родителей.
– Столько родственных браков, – фыркнул Гарри, неохотно разворачивая свиток с одной из родословных. – Они только все испортили…
– Что испортили? – не понял Блейз, копаясь в сумке в поисках еще одного свитка.
– Ритуал, который провела та девушка из рода Игнотиуса, – пояснил Гарри с улыбкой, покачав головой. – Понимаешь, она словно посадила наше безумие под замок, а эти кровосмешения стали ключиком.
Блейз судорожно втянул воздух в легкие и неловко сел на стул:
– Откуда ты знаешь это, Гарри?
– Действие ритуала кончилось, – пояснил Поттер. – Спасибо, Блейз. Пока ты не объяснил мне, я не понимал, что это. А теперь чувствую. Певереллы. Да, ты прав. Я прямой потомок Антиоха, Кадмуса и Игнотиуса Певереллов. И у Тома почти то же самое…
– Какого Тома? – озадаченно спросил Забини. Неожиданно для себя он почувствовал, что такого Поттера он боится.
– Лорда Волдеморта, – хмыкнул Гарри.
Пирамидка рухнула.
И Поттер засмеялся…
***
Логика подсказывала, что это вернулся, что-то забыв, Забини, интуиция говорила другое. Но Гарри все равно открыл дверь.
– И что дальше? – спросил Гарри угрюмо. Он был усажен на табуретку, а на стол перед ним поставили чашку с чаем. От напитка поднимался настолько приятный аромат, что каждые несколько минут он блаженно прикрывал глаза, наслаждаясь запахом. Поттеру так давно не приходилось пить действительно хорошего чая, а не той бурды, что можно было купить на их скудные средства. Впрочем, Забини умудрялся испохабить даже хорошую заварку. Гарри лениво возил ложечкой в чашке, стараясь не звенеть. Было немного обидно, что его даже не связали. Впрочем, какую угрозу он, маг-недоучка, может представлять троим взрослым волшебникам – специалистам по темной магии, особенно если один из них самый знаменитый гений двадцатого века – лорд Волдеморт? Хотя, если считать Драко, то четверым. Гарри лениво попытался вспомнить, где может валяться его волшебная палочка. Выходило, что либо в сундучке под кроватью, либо в шляпной коробке на шифоньере. «Ах! Черт, коробку же забрал Блейз! Как чувствовал, немочь слизеринская, вот и свалил! А может, и сам их навел».
