Ну, он только знал, что я была под кайфом. Он не мог знать, что кто-то накачал меня наркотиками, если только не был тем же самым придурком, сделавшим это.
Но это та часть, которая все еще неизвестна. Если Леви накачал меня наркотиками, почему он не выполнил свой план и не выгнал меня?
Быть может, передумал.
Но зачем ему вообще меня накачивать? Мы с ним не пересекались. Никогда.
Он живет на самом высоком месте пищевой цепи, и я специально выбрала низкий удобный, и очень незаметный, конец.
Что сделало меня видимой для него?
Это единственная причина, по которой я не собираюсь на него набрасываться. Но это не значит, что я буду терпеть его ненавистное дерьмо вокруг себя.
Авария научила меня кое-чему ценному. Я не буду второстепенным персонажем в своей собственной жизни.
Уже нет.
Леви склонил голову набок.
— Разве так, ты должна приветствовать меня после целого лета, принцесса?
— А чего ты ожидал? Оркестр с барабанами? Да Здравствует Король! К сожалению, хор все еще в отпуске.
Его губы подергиваются от удовольствия. Даже когда я трезвая, он все равно чертовски привлекателен. За лето его плечи расширились, несомненно, благодаря тренировкам по футболу, и, клянусь, он стал еще выше.
— А я-то думал, что я тебе все еще интересен.
— Интересен? — повторяю я ошеломленно.
— Ты забыла? — его голос падает до вызывающего дрожь диапазона. — В прошлый раз, когда мы были вместе, ты умоляла меня о большем.
Мои щеки пылают, пока я не чувствую себя брошенной в огненную яму. Ему пришлось выявить самый неловкий момент в моей жизни.
— Некая оплошность. — я вздергиваю подбородок. — Поверь мне, этого больше не повторится.
Его пальцы сжимают мое запястье, и он тянет меня к себе. Я пытаюсь вывернуться и потянуть, но это только делает его хватку жестче.
— Отпусти меня, — выпаливаю я, ненавидя всех зрителей, которые остановились посмотреть шоу.
Мои щеки пылают от горячего, вспыхивающего гнева из-за того, что меня унижают на публике. Способ разрушить мою первоклассную репутацию невидимки.
— Встретимся после школы, — шепчет он своим низким, слегка хрипловатым голосом.
Это не просьба, а категорический приказ. Должно быть, он так привык к тому, что люди падают к его ногам.
— Зачем мне это делать?
Я бросаю попытки оторвать запястье и свирепо смотрю на него. Он дважды щёлкает меня по носу.
— Жди меня на парковке после тренировки.
— Нет.
— Будь там, принцесса.
Должно быть, он все еще видит вызов, написанный на моем лице. Вместо того, чтобы съежиться, его глаза светятся озорством и чем-то очень похожим на «Вызов принят».
На этот раз он говорит достаточно громко, чтобы нас услышали все окружающие.
— Не переживай. На этот раз я не заставлю тебя умолять об этом, — ухмыляется он. — На долгое время.
Обжигающий жар поднимается вверх по моей шее и к лицу, омывая меня раскаленным докрасна смущением, смешанным со слепящим гневом.
На его лице появляется самодовольная улыбка, говорящая: «Я всегда выигрываю», прежде чем он снова щёлкнет меня по носу и пойдет в противоположном направлении. Все из кожи вон лезут, чтобы пропустить его, будто на самом деле верят, что он король или что-то в этом роде.
Я стою, как красный мячик, ошеломленно наблюдая за его удаляющейся спиной, когда к нему присоединяется еще один старшеклассник, и довольно скоро половина футбольной команды вальсирует рядом с ним к раздевалке.
Все продолжают таращиться на меня, словно я чудо света, или массовый убийца, я не могу быть так уверена с некоторыми взглядами девушек.
— Шлюха, — шипит одна из них, проходя мимо меня.
Гнев, который должен быть направлен на нее или ее приспешниц, произнесших подобные оскорбления, горит в противоположном направлении.
К раздевалке и придурков в ней.
Кинг хочет, чтобы я встретилась с ним после школы?
Хорошо, я встречусь с ним после школы, но он пожалеет, что издал свой королевский указ.
Глава 6
Леви
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Ты могла бы избежать битвы, но ты сама напросилась на кровавую войну.
Тренер кричит на передовой, его голос разносился по полю, будто он генерал на войне. Или, возможно, стратег.
Его лысую голову прикрывает синяя бейсболка с золотой короной школы.
Он сворачивает свои заметки в нечто, напоминающее биту, которой он без колебаний бьет слабых игроков.
Мы только что закончили нашу первую тренировочную игру в этом сезоне. Основная команда проиграла команде второго курса. Два ноль.
Два блядь ноль.
Негативная энергия, излучаемая тренером Ларсоном, словно черный ореол окутывает мое настроение.
Две команды стоят в прямых рядах друг против друга, а тренер шагает между нами.
Вторая команда одета в неоново-желтую форму поверх майки команды, в то время как моя команда одета в официальные королевские синие майки и белые шорты.
— Дамы, — рычит Ларсон, его узкие глаза и кустистые брови придают ему более злой и суровый вид. — Так вот, как мы начинаем сезон после прошлогоднего поражения?
— Нет, сэр, — кричим мы все.
— Я вас не расслышал, девочки.
— Нет, сэр! — кричим мы.
Он кивает, продолжая двигать руками назад и вперед, скрестив руки за спиной. Заметки бьют его по спине при каждом движении.
— Школа может вознести вас на пьедестал, но это только потому, что вы получаете имена Королевской Элиты. В тот момент, когда вы перестаете приносить пользу этой школе, команда исчезает.
Среди игроков раздается ропот, но они знают, что лучше не перебивать тренера.
— А вы что думали? Ваши родители платят за ваше образование, а не за спорт. Королевская Элита — это академики. Единственная причина, по которой они балуются с несколькими спортивными командами, заключается в том, что они хотят заявить то, что школа, это не только для ботаников и снобов-подростков. Собираемся ли мы доказать им, что дышим футболом, или нет?
— Да!
— Победим мы или проиграем школьный чемпионат в этом году?
— Победим!
— Я не слышу вас!!
— Мы. Победим!
— Капитан, — тренер останавливается передо мной с мрачным видом.
Он не одобряет то, как я возглавляю команду после поражения в финале в июле, но он также знает, что я, причина, по которой они находятся под контролем. Он может быть стратегом, но я командую войсками на поле боя. Кроме того, он верит, что я не позволю ничему испортить это дело. Мы оба хотим этого чемпионата.
— Мне нужны результаты.
— Вы получите их, сэр,
По-прежнему стоя передо мной, он указывает на Дэниела, одного из игроков на скамейке запасных.
— Хорошая игра, Стерлинг. Ты отлично держал оборону.
Он ухмыляется той самоуверенной ухмылкой, которая свойственна половине спортивных игроков.
Тренер подходит к Крису, который стоит рядом со мной, и бросает на него суровый взгляд.
— Ванс. В следующей игре ты будешь сидеть на скамейке запасных. — он бросает взгляд через плечо на противоположную сторону. — Астор, ты в деле. Покажи, на что ты способен, парень.
— Да, тренер! — Ронан ухмыляется, как дурачок.
Тренер Ларсон направляется в раздевалку, за ним следуют его помощники и медицинский тренер.
Крис бросается вперед, чтобы устроить чёртову сцену с Тренером, без сомнения.
Я встаю у него на пути, преграждая путь. Он похож на быка, глаза черные, челюсти стиснуты. Я ударяю его плечом о его плечо и качаю головой.
— Нахуй это, Кинг! — он сплевывает. — Я не откажусь от своего места второй год.
— Может, тебе стоило играть лучше, а? — Ронан приподнимает брови.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Мой взгляд встречается со скучающим взглядом кузена Эйдена, и я говорю ровным тоном:
— Уведи его.
— Ах, — Ронан подскакивает на месте, пригибаясь самостоятельно. — Ну же, бро.
