Читаем без скачивания Разные звери - Дан Маркович

- Ну, Афиногенов... Нет, я так не могу.

- А может псих?

- Нормальный, говорят. Рядом со мной жил. Жаль, не знал про его план, расспросил бы...

- Что он, дурак? ничего бы не сказал. Представляешь, вышел и пошел...

- На попутках, что ли?.. Недели две уже... или три?

- Счастливец... Вот чертова нога - болит.

Мы живем здесь давно, сначала нравилось, потом нет, а дальше привыкли - тихо, уютно, другого такого места не найти. Да и ехать некуда. Там, где нас нет, только хуже. Афиногенов дурак, куда поперся...

- Поправляйся, - говорю, и поворачиваюсь к двери.

- Через неделю исчезнуть надо, иначе отпуск пропадет. Куда же отправиться?..

- Может, в Крым?

- Там еще жарко для меня.

- Тогда в Прибалтику.

- Сыровато уже, с моими-то суставами.

- Украина не подойдет?

- Говорят, дожди...

- Через неделю неизвестно, что будет.

- Лучше не будет, осень на носу . Так что Афиногенов? Взял да пошел?..

Р а з н ы е л ю д иВсе люди - разные. Очень глубокомысленный вывод, и чувства вызывает разные, от восторга до полного отчаяния. Насчет восторга не уверен, а вот про отчаяние могу рассказать. Вчера долго не мог успокоиться, а ведь ничего в сущности не произошло. Просто вышел из дома погулять с собакой. Правда, с настроением - никого не встречать. Опасно, уж слишком все разные... Взял собаку и пошел. Собаки тоже разные, но это не раздражает. Ничего еще не произошло, просто сгустилось вот такое состояние. Не могу сказать, что отчаяние, но и не восторг, уж точно... Иду, никого встречать не хочу, крадусь задворками. Только бы до кустов доползти, собаке для дела, мне для безопасности...И вдруг меня окликают, громким басом, через улицу. Это мой начальник. Он хороший человек, но слишком мы разные с ним, разные... Удрать уже невозможно. С ним жена и какой-то тип в белом костюме. Я вырос в бедной семье, и знаю, что в такой одежде нормальный человек не пойдет. Жену начальника я тоже знаю и говорить о ней не хочу. Она человек неплохой, но совсем другой, что тут объяснять. Начальник объявляет, указывая на человека в белом:

- Перед вами лауреат и автор многих книг по египетской культуре.

Автор ничуть не смутился, кивнул и продолжает смотреть в пространство. Видно, привык, чтобы его называли как следует.- А как ваше творчество? это жена начальника обращается ко мне. Добрым голосом - ну, что вы там еще натворили?.. и с тонким намеком лауреату - и у нас не совсем захолустье, тоже люди живут... Лауреат благосклонно двигает подбородком, то ли хочет что-то промолвить, то ли слюна в горле застряла.

- А, это ваша собачка... еще жива? - спрашивает начальник у собаки.

- Вот, жива... - отвечаю за собаку.

- А что она умеет делать? - Это для него всегда важно, все должны что-то интересное уметь, и собака тоже.

- Ничего особенного, - говорю, - вчера вот ребенка укусила.

Тут просыпается из величественного молчания искусствовед и с глубоким выражением изрекает:

- Собака не должна кусать детей.

Он знает лучше собаки, что она должна. Шеф и его жена молча обдумывают собачий поступок. У шефа, наконец, появляется выражение на лице, он выпячивает нижнюю губу, как всегда, перед важным заявлением...

- До свиданья, до свида... - бормочу я, и задом, задом в кусты, тащу через колючки собаку - и исчезаю.

Мы идем по весенней травке, делаем дела и постепенно забываем, забываем...

А они?.. Идут, наверное, и говорят:

- Ну, и тип... и собака у него, пожалуй, бешеная.

Все-таки удивительные существа, все разные.

П л ы в е м !

У нас в ванной что-то испортилось. С виду все в порядке, но соседи жалуются - на них вода течет. Сначала капала, а потом струйкой начала течь. С потолка у них. Пришел сантехник, долго искал причину, наконец, нашел.

- У вас, - говорит, - вода вытекает из обвязки, надо новую ставить.

Обвязка - это небольшая трубочка, которая воду отводит из ванной в большую трубу, и вот она прохудилась. Не труба, конечно, а обвязка. Большую трубу чинить - большое дело, а обвязку сантехник вывинтил и положил в карман.

- Пока новой нет, ванной не пользуйтесь.

И ушел. Мы не пользуемся месяц, второй пошел, а обвязки нет. Встретил сантехника, он говорит:

- Мастер обвязку ищет. Он живет в вашем доме, зайди, может что-нибудь посоветует.

Мастер хмурится:

- Пока нигде нет, но я ищу и буду искать. Пока не найду.

В ванной дырка, в глубине вода поблескивает, но это в большой трубе, а до нее должна быть обвязка. Я говорю сантехнику:

- Давай, вкрутим старую, сосед потерпит, он долго терпел.

- Нет, - сантехник вздыхает, - раз уж дело вскрылось, мы не можем так поступить. Надо искать.

Я тоже считаю, что надо. И мастер так думает:

- Вот если б ты жил на первом этаже... - размышляет он, - мы бы воду прямо в подвал спускали, пусть себе в землю всасывается.

Сантехник не согласен:

- Не всосется, и дом может запросто поплыть, если каждый день будешь мыться.

- А что?.. Пусть себе плывет, - говорю. - Может, уплывет куда-нибудь подальше. Никакой обвязки тогда не надо.

Мастер подумал и говорит:

- А что?.. Вы мне надоели со своими обвязками вот так... Я с вами заодно поплыву.

Жильцы на пятом против - не хотим уплывать! Им говорят:

- Чудаки... никогда течь не будет!

- Если никогда, то запросто поплывем.

Тут же явились сварщики с толстой трубой, проделали в ванной большую дырку и запросто наладили водоспуск прямо в подвал. Все очень просто решилось - обвязки нет, зато толстая труба есть, сварщики при деле, и дело сделалось без громких слов и обещаний.

Но вот пришел главный инженер, осмотрел работу, головой качает:

- Чересчур быстро вода уходит, не поплывете.

Как же так, в наш дом уже народу набилось - ой-ей-ей - и не поплывем?..

Мастер спорит, сантехник тоже теперь за нас, но инженер, он с образованием все же, доказал:

- Чтобы поплыть, надо в подвале пол зацементировать.

Бросили на это бригаду, и цемент нашелся, работали день и ночь сделали! Теперь обяза-а-тельно поплывем. И тут встречаю соседа, он в панике:

- Как же плыть, если нет гудка?.. Просто неприлично.

Решили посоветоваться с сантехником. Тот подумал, и говорит:

- Нет, ребята, без гудка дело не пойдет, я вам категорически не советую.

Пошли к мастеру. Тот подумал, и согласился:

- Без гудка неправильно будет.

Отправились к инженеру. Тот подумал - и решил:

- Тут двух мнений быть не может, будем ставить гудок. Надо только с начальником согласовать.

Начальник выслушал и даже удивился:

- Что вы, для гудка крутой пар нужен, иначе звука не будет. Надо с народом посоветоваться.

Собрался народ, думали-думали, и решили - пора котельную перестраивать, чтобы давала крутой и чистый пар. Дело сложное, вызвали консультанта.

- Что вы, - тот говорит, - у вас ни одна батарея не выдержит, надо менять, ясней ясного.

К тому времени наступило лето, самое время отопление ремонтировать. Батареи сменили, и трубы тоже пришлось, иначе технически неграмотное решение. К Рождеству управились. И тут встречаю сантехника, бежит, радостный:

- Завтра пар даем, так что плывете, ребята!

Пошарил в кармане:

- Я тебе, вот, обвязку раздобыл, она у меня в ящике валялась.

Я взял, конечно, на всякий случай. Но к чему мне обвязка?.. Завтра плывем!

П и в о в р е д н о

Я присел на скамеечку у пивного ларька. Жара одолела. Рядом сидели двое. Седой с красным лицом и молодой красавец с длинными волосами.

- Человека не переделаешь, - задумчиво говорил седой. - Вот я... может, еще лет пять протяну, а, может, сейчас здесь и кончусь.

Он не хотел переделываться, и смерть около пива воспринимал как справедливую. Молодой говорил о будущей жизни:

- В нас ген сидит, запрещает вечную жизнь. Я читал. Надо снять запрет и будешь бессмертен... как микроб.

- Не-е, у меня на вечную нет надежды.

- Попробуй, все можно перестроить... Вот как ты дышишь?..

- Со свистом дышу. Я, брат, сейчас развалюсь на запчасти, если пива не выпью - лягу и не встану.

- Погоди, вот ген уберут...

К ним медленно приближался третий, неопределенных лет мужчина в домашних тапочках и вытянутых на коленях спортивных штанах. Его тень легла на скамейку. Молодой удивился:

- Ты чего?..

- Вот...

Новый мужчина протянул руку. Между пальцев покачивалась металлического цвета крохотная рыбонька с изумленным глазом. Человек вышел из дома к людям, обглодать рыбку втроем.

- Пока твой ген загнется, пива не станет... - седой потянул длинноволосого к ларьку. Они ушли, не ответив на призыв третьего человека. Тот сел на скамейку, покосился на меня и задумчиво сказал:

- Настоящий русский человек... ничего ему не надо, даже чужого...

Рыбка подрагивала в обиженных пальцах:

- А этот - жить долго хочет... Для чего? Зачем люди, а?..

Я не знал.

- Чтобы пространство не пустовало. Иначе снова придут эти... динозавры, или микроб, бешеный, которому смерть нипочем.

От очереди отделился мужчина в коротковатых брюках и голубой рубашке, живот ходил мячом над широкой пряжкой с морским якорем.