В поисках подходящего оружия Лазарь двигался перебежками от одной машины к другой. Почти все были варварски разгромлены, перевёрнуты и выпотрошены. Тут и там на земле валялись части разорённых салонов: рулевые колёса, выдранные «с мясом» сидения. Ковёр битого стекла сухо хрустел под ногами. Кое-где в сияющей бриллиантовой россыпи попадались вкрапления рубинов – осколков, обагрённых чьей-то кровью.
Опрокинутый на бок огромный чёрный «Лэндкрузер» походил на выбросившуюся на берег касатку. Пробегая мимо него, Лазарь споткнулся взглядом о тёмное пятно на земле со стороны днища. Сначала он принял его за лужу масла, натёкшего из пробитого картера, и подошёл ближе.
Большая клякса запёкшейся крови с вытянутыми во все стороны мазками брызг напоминала нарисованный детским мелом рисунок солнца. Вокруг «солнца» вращались на орбитах планеты – ошмётки одежды, принадлежавшей организатору этого маленького «большого взрыва». В центре солнца лежал топор. Лазарь не сразу заметил его, потому, что металл не блестел на солнце. А когда поднял, то понял, что лезвие сплошь облеплено кусочками засохшей плоти.
«Не самый аппетитный топорик», – прокомментировала Дара.
– Хозяин красит оружие, а не оружие хозяина, – пробормотал Лазарь, взвешивая топор в руке.
Хороший, тяжёлый, с удобной прорезиненной рукояткой. Его бывший владелец не сдался без боя.
«Он и покрасил – вон, какой красивый».
Где-то наверху гаркнула ворона. Лазарь инстинктивно пригнулся, сжимая крепче рукоять топора. Большие скопления птиц кружили высоко в небе чёрными тильдами. Вот уж кому сейчас праздник живота.
– Какой дом?
«Напротив тебя, через двор. Подъезды с другой стороны».
«Если бы только подъезды», – подумал Лазарь, и, оглядевшись, быстро перебежал площадку.
2
Он обошёл дом с торца и высунул голову за угол, держа топор наготове.
Никого. Крыльцо первого подъезда, выкрашенное белым и голубым, бетонный козырёк, заваленный останками сброшенного из окна фортепьяно, палисадник, подъездная дорога вдоль здания. Через дорогу жмутся друг к другу прихваченные ржавчиной одноместные гаражики. Никого. Если, конечно, не считать стайки лёгкого мусора, вальсирующего между тротуарами.
«Первый подъезд», – просуфлировала Дара.
Это хорошо. Конец текущей цели есть начало следующей.
Стараясь не высовываться из-за кустов палисадника, Лазарь пробрался к крыльцу. И замер.
– Дверь закрыта, – процедил он сквозь зубы. – Замок кодовый.
Железная дверь со старым механическим замком. Два рядка круглых пронумерованных кнопок, по три в каждом, между рядками кольцо. Система стандартная – чтобы открыть замок, нужно одновременно нажать три определённые кнопки и потянуть кольцо вниз. Такие замки быстро набрали в стране популярность, когда какие-то ребята взяли моду беспрепятственно заходить в подъезды и забывать там сумки с взрывчаткой.
Дзынь! – конец текущей цели кареткой пишущей машинки отодвинулся в начало предыдущей.
«Странно», – озадаченно проговорила Дара, – «в прошлый раз была открыта».
– Значит, мне уже начинает везти.
«Пробуй угадать»
Очень дельный совет, Капитан Очевидность! Тут всего лишь хрен знает сколько комбинаций. Но другого выхода нет. Как и другого входа.
Лазарь вспомнил – на таких замках всегда имелась заводская комбинация. Может, попробовать её? Кажется, первый столбец кнопок.
Один, три, пять – кольцо вниз. Не идёт.
«Давай наоборот» – сказала Дара.
Лазарь запустил пальцы в соседний столбец, потянул кольцо...
Вместо щелчка отпирающегося механизма сзади послышался треск. Лазарь похолодел.
В такой ситуации полагается медленно обернуться и...
– Не фартит, – самопроизвольно вырвалось у него.
Всё, как по сценарию: у одного из гаражей за ним внимательно наблюдал, по-собачьи склонив голову набок, человек. Лазарь остолбенел от изумления. Если это и был человек, то – яванский. Крупный мужчина, почти голый (только вокруг шеи и бёдер болтаются какие-то рубища, оставшиеся от былой одежды), глаза глубоко посажены под сводами тяжёлых надбровных валиков, массивная челюсть синеет дремучей щетиной. Из приоткрытого рта выглядывают наружу чесночные зубчики клыков.
Ссутулившись, человек пытливо разглядывал Лазаря, не выказывая никакой агрессии. Пивное брюхо ровно вздымалось при вдохе и опадало при выдохе. Почерневшие от грязи и крови руки безвольными плетями качались вдоль туловища.
«Заражённый! Подбирай код быстрее»! – в ужасе вскрикнула Дара.
Лазарь вздрогнул, на секунду забыв, что только он может слышать девушку. Заставил себя повернулся к чудовищу спиной и снова взяться за замок. Пришлось бросить топор, чтобы освободить обе руки, и унять дрожь в пальцах, прежде чем они снова могли попадать по кнопкам. Он лихорадочно перебирал комбинации кода, стараясь издавать при этом как можно меньше шума.
Один, два, три, кольцо.
Один, два, четыре, кольцо.
Один, два, пять, кольцо.
Один, два, шесть, кольцо.
«Похоже, он не понимает, кто перед ним», – попыталась подбодрить Дара.
Или не может поверить своему счастью, мелькнуло в голове у Лазаря.
Один, три, четыре, кольцо, один, три, пять, кольцо, один, три, шесть...
До гаражей было метров двадцать, но в тишине обезлюдевшего квартала Лазарь различил мягкий удар о металлическую стену. Будто кто-то столкнулся с ней локтем.
«Не оглядывайся», – горячо зашептала Дара. – «Ещё трое»!
Это стая. Грёбаная чёртова стая! Надо же было нарваться…
– Предупреди, когда на меня попрут, – одними губами попросил Лазарь.
Один четыре пять кольцо
один четыре шесть кольцо
одинпятьшестькольцо
дватричетырекольцо
дватрипять...
«Ещё четверо!»
Лазарь бросил взгляд на зазубренный топор под ногами и принялся жать наугад.
Три кнопки – кольцо. Три кнопки – кольцо.
«Их уже человек пятнадцать, тебе нужно бежать»!
Надо собрать мысли в кучу. Истинный ум проявляется в умении включаться в самые неподходящие моменты – самый подходящий момент проверить это. Так, некоторые кнопки нажимаются мягче других. Бурое солнце на серой земле...
«Лазарь, ты слышишь? Сваливай оттуда»!
Мозг, как машина, за рулём которой сидит ученик. То газ, то тормоз. Почему кнопки нажимаются мягче? Потому что они разработаны. Их используют чаще других.
Бурое солнце среди обрывков одежды – планет его системы...
«ОНИ БЕГУТ, ЛАЗАРЬ, ОНИ БЕГУТ»!
А то он не слышит. Босые ступни жидкими аплодисментами зашлёпали по асфальту, а значит, некоторые уже выбежали на дорогу.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
