class="p1">
Вы первый из игроков на новом континенте совершили подобное великое деяние.
1 500 000 очков опыта. 28100/232900
Получен новый уровень!
Получен новый уровень!
…
Текущий уровень 62
Я слетал на перерождение десять раз, опустившись до пятьдесят четвертого левела, так что эти полтора миллиона выступили лишь как компенсация.
30 очков прогресса к характеристике Интеллект. 261(04)
20 очков прогресса к характеристике Дух. 157(05)
2 очка прогресса к характеристике Сила. 31(02)
4 очка прогресса к характеристике Ловкость. 38(05)
7 очков прогресса к характеристике Выносливость. 66(07)
11 свободных очков прогресса. Всего 51.
Вы открыли навык стрельба из арбалета. Текущий уровень навыка 1.
Меткость +1. Всего 7.
Стрелковое оружие +1. Всего 5.
Легкая броня +3. Всего 10.
Применение магических свитков +1. Всего 2.
Владение музыкальным инструментом +2. Всего 14.
Владение гуслями +2. Всего 11.
Опять разбередили душу, гады.
— Первожрец! — раздался незнакомый голос. Я обернулся. Мальчишка из детей Зика, лет двенадцати на вид, глаза в пол опустил, боится на меня смотреть.
— Что? — устало выдохнул я.
— Там…
— Не мямли, не сожру, — еще более устало выдавил я.
— Там зубастики из вольных с пленными подрались.
Я кивнул.
Патруль, прочесывающий лес, нашел не только четыре разрушенных алтаря, их разнесли свои же, чтобы нам не достались, но и один целый, его сломать не успели, с ним отдельная история. Помимо пары десятков бойцов армии семиликих, которые от полученных ран не смогли далеко убежать и сдались в плен, дозорные обнаружили еще одну поляну с зубастиками в клетках.
Зубастики-отшельники, фактически родня Грызлика. Кузенов он среди них не нашел, а вот пара старых знакомых обнаружилась. Только с момента их последней встречи все сильно поменялось, он теперь выше на две головы самого рослого из них.
И бывшие пленные, и новые, все помогали нам разбирать последствия осады. Теперь основные дела сделаны, и первые решили отыграться на вторых за всё то «добро», что им причинили. Только сейчас не время для свар.
Делать нечего, поднялся и поплелся исполнять жреческий долг. Большинство воинов до сих пор прочесывали лес, либо сменяли караул, поэтому разнимали драчунов рабочие. При моем появлении все замерли. Я, как мог, собрал волю в кулак и толкнул речь.
Все же я гарантировал пленным жизнь и еду взамен на труд по восстановлению и улучшению крепости, если с ними что-то случится, значит, грош цена моему слову. А если Первожрец пустозвон, значит, и Зик брехло. Нападение на моих пленных — нападение на меня. То есть нападение на пленных — нападение на Зика, а те, кто на нас нападает, потом догорают в яме. Это я и сказал всем присутствующим, только более пафосно и менее лаконично.
Прониклись и, недовольно бурча себе под нос, разошлись.
Харизма +1. Всего 15.
Небрежно смахнул раздражающее уведомление. Тут же тренькнуло новое. Да твою ж…
— Эм, не понял, — вырвалось у меня.
Поздравляем! Вы проявили уважение к погибшим врагам и достойно проводили их в последний путь. Получено достижение «Благородный убийца». Отношение со всеми потусторонними сущностями +10. Получено пассивное умение Благодарность Павших — первый удар призрачных сущностей не нанесет вам урона.
Поздравляем! вы создали источник силы. Уровень храма повышен.
— Что за... — договорить не успел. Зик очнулся.
— Первожрец, — голос уставший, но довольный. — Погляди на дело рук своих.
Я прошелся и уставился на яму жреческим зрением. Угли затухли, но жар шел, ведь они все еще горели в астральном поле. Ярко-голубой огонек вспыхивал то зеленоватыми, то серыми всполохами. Из самого центра что-то словно бы прорывалось наружу.
Повинуясь интуиции, я перевалился через край и начал скатываться по стене ямы.
— С ума сошел! — крикнула Лея, попыталась схватить меня, но отшатнулась от ударившего жара. Я же подошел к самому краю пылающего зарева, оно обжигало волю, но не тело. Залез в угли по пояс словно в горячий источник, добрался до середины и потянулся к тому, что скрывалось под огненной оболочкой. Проломил поверхность, похожую на лавовую корку, и зажмурился от ударившего в глаза света. Отрубил жреческое умение и посмотрел на предмет в руке.
Это оказался серый шарик, напоминающий кусок метеоритного железа, размером во всю ладонь. Вгляделся в характеристики предмета.
Сплав боли. Пыльца Хаоса. Сплавленный воедино из плоти, крови, зелий, орудий, древней магии, артефактов, слёз и страданий. Класс предмета: божественный.
— Это что за хрень? — ошалело спросил я, выбравшись из ямы и протянув находку Лее.
— Обалдеть. Да это же пыльца Хаоса! Сплав боли!
— Да ладно! А я думал кость обгорелая, — добавив сарказма, сказал я. — Что эта хреновина делает?
— Эта, как ты выразился, хреновина, одна из самых редких вещей в игре. До сегодняшнего дня вообще никто не знал, откуда точно она берется. Хотя её всегда находили на полях древних сражений. Считалось, раз божественная вещица, то и появляется после визита богов. Мол, наблюдают великие за сражениями муравьев, и, если зрелище достойное, оставляют в подарок букашкам сей артефакт.
— Делает то она что?
— Никто не знает. В теории это что-то вроде божественной руды, но ни один мастер в игре, еще не достиг такого уровня, чтобы с ней работать. Видел оружие из континентальных сюжеток?
— Угу.
— Похоже на этот шар?
Я кивнул, вспоминая, что артефакты, с помощью которых прославленные игроки обычно дают пинка всяким древним титанам и прочей доисторической нечисти, тоже имеют пористую структуру и все испещрены дырками и царапинами, словно слеплены из капель сварки. Да и это всегда что-то маленькое: наконечник стрелы, гвоздь с гроба падшего бога, кольцо с единственным заклятием или вообще амулет, который нужно надеть на шею сюжетному антагонисту.
Мысли мои пустились в пляс, я уже представил, как выплавляю с него кастет и даю по мордасам мертвому богу, чтоб он в гробу перевернулся.
От фантазии меня оторвал грохот рухнувшего тела. Один из бойцов потерял сознание. Это уже третий свалившийся от усталости, причем только из тех, кто упал при мне. Я объявил о завершении всех работ и отправил личный состав на отдых до самого обеда.
Грызлик варил какое-то бодрящее снадобье и болтал на своем наречии со старыми приятелями. Сняв чан с огня, он разлил его в кувшины сородичей, а те уже стали разносить его
