-- А как насчет Канделябра?
-- Ну, эту историю он сам нам с удовольствием и расскажет.
-- Угу, -- сказал Канделябр, отрываясь от кружки. -- Тут все просто было. Играл я как-то в карты с одним... э-э-э... чинушей. Объявил я шесть листов, ну и начал козыри потихоньку выбивать. Играем в закрытую. На туза пошли девять с виконтом, на графа десятка с мелочью, дамой отбираю последний и передаю ход. Две взятки отдал, потом перебил, захожу с туза сердец, и тут эта... каналья с мерзкой ухмылочкой швыряет на стол семерку листов!
-- Так за это ж канделябром надо! -- возмутилась Линн. Лорисса подозрительно на нее покосилась.
-- Ну, леди... я так и сделал.
Колдунья, скорчив гримаску, наклонилась вперед и свистяще прошептала:
-- А знаете, господа, кому, по торванугримским поверьям, в аду самая большая и горячая сковородка достанется? Тем, кто рассказывает старые анекдоты! Причем плохо и занудно!
-- Да в том-то и соль, леди, что все это чистая правда, -- встал на защиту приятеля Гленн. -- Чинуша тот оказался большой шишкой, и за нашим Канделябром еще месяц гонялась половина городской стражи. Но кличка к нему приклеилась прочно.
Отсмеявшись, Джейд спросил:
-- Здесь все понятно, но Корсет-то откуда взялся?
-- Ну взялся и взялся, -- буркнул Корсет. -- Ничего интересного.
-- Э, нет, дружок, -- осклабился Хорек. -- И про тебя сейчас тоже всю подноготную выложим.
-- У Корсета нашего дама была. Замужняя, -- начал Канделябр. -- Ну и пришел он к ней... э-э-э... побеседовать.
-- В общем... беседуют они, -- встрял Гленн. -- И тут ее муж в ворота въезжает. Времени у нашего Корсета только на то, чтоб одеться... Простите, леди.
-- Ну, дама его, не будь дура, простите, леди...
-- Заткнись, Хорек!!!
-- ...решает выдать его за свою подружку и напяливает на него платье. Он ведь у нас тощий и длинноволосый, и со спины -- ну баба бабой... Простите, леди.
Корсет издал сдавленный звук, но сдержался.
-- Но в корсет его затянуть-таки пришлось. Только они уселись и сделали вид, что вышивают...
-- ...заходит ейный муж! Ну, она к нему на шею, незаметно бросив Корсету веер -- рожу прикрыть. Тот веером завесился и пискляво поздоровался. Муж успокоился -- ну, сидит жена с приятельницей -- и ушел. А Корсету пришлось в казарму топать в таком вот волшебном виде, потому как из дома по-другому было не выйти.
-- Его сначала впускать не хотели! -- радостно припомнил Канделябр. -- Мол, мотай отсюда, красотка, чего ты тут забыла. А не хошь -- иди сюда, согреем... простите, леди. Он веер-то от лица отнял -- тут его и признали.
-- Да, смеху было... А как с него корсет снимать стали -- так вся казарма сбежалась. Сняли, а он и говорит: мать вашу... простите, леди... как они в этом дышат?! А корсет тот памятный потом над его койкой прибили. Трофей как-никак.
Джейд представил себе ситуацию в красках и тихо привалился к плечу Рейнарда. Тот и сам чуть не рыдал от смеха. Корсет, героически состроив невозмутимую мину, проникновенно глянул на Лориссу и Линн и изрек:
-- Вы же понимаете, леди, все это -- бесстыдная ложь.
-- Мы все понимаем, -- с умилением сказала колдунья.
В этот момент появился трактирщик со скрипкой и осведомился:
-- Не желают ли господа потанцевать?
-- О, надо подсобить доброму человеку народ развлекать, -- сказал Канделябр, непонятно откуда выуживая флейту.
Хорек встал, тяжело вздохнул и сказал:
-- Ну, я пошел. Заметьте, не по своей воле, а по злостному принуждению.
Корсет галантно подал руку Линн, Рейнард подхватил под локоток Лориссу. К ним присоединилась семейная пара. Джейд понял, что вечер ему придется коротать в одиночестве. Гленн украдкой бросил взгляд на юную аристократку с лютней, но подойти не осмелился. Лорисса мимоходом обратила внимание на то, что студенты уводят под руки покачивающегося профессора, не перестающего разглагольствовать на очередную заумную тему. Они почти сразу вернулись и включились в общее веселье, пригласив на танец один -- жену трактирщика, а другой -- его дочь. Даже Хорек присоединился к танцующим, непонятно как уговорив пожилую гувернантку.
Ночь выдалась теплая и звездная. Костер разводить не стали, света из открытых дверей дома и от стоявших на столе свечей вполне хватало. Все веселились как могли. Наконец Линн, подустав, подскочила к столу, схватила кружку с водой, в два глотка опустошила ее и с блаженным выражением на лице плюхнулась на лавку. До нее донесся ехидный голос Лориссы:
-- Я смотрю, подвернутая нога тебе совсем покою не дает...
Линн нахально улыбнулась, не сочтя нужным отвечать. Повернувшись и встряхивая прилипшие к спине волосы, она обратила внимание на Джейда, сидевшего на противоположном конце стола. Его взгляд был совершенно отсутствующим. Девушка сгребла еще одну кружку и передвинулась к магу поближе, забравшись на лавку с ногами. Джейд поднял голову.
-- Устали, мистрис Гвендолин?
-- Немного. Все-таки лодыжка дает о себе знать. Кстати, называйте меня просто Линн. Мне так привычнее. Полным именем меня зовет только Камилла, и только если я чем-то вызову ее негодование.
-- С удовольствием, -- улыбнулся Джейд, понемногу оживляясь. "А симпатичная, между прочим, девушка. Рыженькая", -- подумал он. Между ними быстро завязалась милая беседа. Джейд с интересом слушал историю о том, как путешественницы повстречались с настоящей троллиной, когда вдруг по его ушам ударил хриплый протяжный звук. Это наемники затянули песню.
-- ...тут Ирма говорит: "Ох, Ло, слышала бы ты, с какими воплями он потом с этой елки сползал..." -- Линн спохватилась и чуть не зажала себе рот ладонью, но вовремя сообразила, что делать этого не стоит. Джейд как раз отвлекся и, скорее всего, просто не заметил ее оговорки.
К ним подлетела Лорисса и выдохнула:
-- Я этих... э-э-э... наемников за их рулады...
Джейд машинально повернул голову и встретился взглядом с колдуньей. На него уставились два гневных глаза -- один светло-карий, другой почти черный.
"Эта разноглазая ведьма посмела перейти мне дорогу!"
Лорисса схватила Линн за руку и уволокла со словами:
-- Простите, я ее у вас украду... Линн, пошли, будешь их отвлекать.
Джейд потер виски, пытаясь упорядочить роившиеся мысли, но шум не позволял сосредоточиться. Он резко встал и пошел в дом. Оказавшись в тишине комнаты, маг устало опустился на кровать. Женщин с разноцветными глазами, конечно, немного, но, с другой стороны, особенность эта не уникальная. У горничной матери, помнится, один глаз был голубым, а второй -- светло-карим, как и у Камиллы. "Ох, Ло, слышала бы ты..." Интересное, однако, сокращение от имени Камилла...
Ло. Лорисса. И те травы, отваром которых его поили... Джейд догадывался, что это. Сбор был известен лекарям, но Линн говорила, что Камилла (или все-таки Лорисса?) -- не целительница. Он был известен магам...
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
