— Не трогай дверь! — закричал Флинн. — Застрелю!
Уоппи повернулся и посмотрел на Флинна с видом полного отчаяния.
— Я должен выйти отсюда! — простонал он. — Я не хочу, чтобы меня убили! Я хочу уйти!
— Ты никуда не уйдешь! — отрезал Флинн. — У тебя нет будущего. Иди сюда.
Позади Флинна грохнул выстрел. Флинн присел и оглянулся. Уоппи покатился по полу, ловя воздух скрюченными пальцами. Над ними, на площадке второго этажа, стояли двое полицейских с револьверами в руках. Флинн понял, что их потайной ход найден и игра проиграна. Он нажал на спуск, прогремела оглушительная очередь, и полицейских будто ветром сдуло с лестницы. В ответ послышались беспорядочные выстрелы из револьверов. Одна из пуль попала Флинну в плечо. Выругавшись, он приподнялся над барьером, поливая свинцовым дождем все вокруг. Еще одна пуля попала в голову. Автомат все еще стрелял, а Флинн уже катался по полу весь в крови, перемешанной с мозгом. Четверо полицейских ворвались в вестибюль и наклонились над телом Флинна.
— Остались док, старуха и Слим… — сказал Бреннан, когда Феннер присоединился к ним.
— Один из них ушел на машине, — напомнил Феннер. — Скорее всего, это был Слим.
Бреннан, подойдя к коридору, закричал:
— Эй, вы там! Ваша песенка спета! Выходите с поднятыми руками.
Док Вильямс пошатываясь поднялся с кресла.
— Ну что же, мамаша, как вы только что сказали, наша песенка спета. Я не храбрец и иду сдаваться.
Мамаша Гриссон оскалила в улыбке желтые зубы.
— Нет проблем… Каторга либо газовая камера… Лучше покончить с этим поскорее.
— Я не храбрец, — повторил док. — Прощайте, мамаша. А ведь все было так хорошо, правда? Но вспомните то, что я вам сказал вначале. Я не люблю похищений. Вы видите, к чему нас это привело?
— Выходите! — надрывался Бреннан. — Выходите! В последний раз говорю, иначе мы забросаем вас гранатами!
— Прощайте, док, — сказала мамаша. — Выходите медленно и с поднятыми руками, а не то сгоряча они вас могут и шлепнуть.
Док повернулся и медленно направился к двери. Открыв ее, он остановился на пороге.
— Не стреляйте! — закричал он. — Я выхожу!
Мамаша насмешливо улыбнулась и направила автомат в спину доку Тот уже успел сделать шаг вперед, когда автомат выплюнул короткую очередь. Пули насквозь прошили его тщедушное тело, и он умер раньше, чем упал на пол.
— Так будет лучше, — прошептала старая гангстерша, вставая. Взяв автомат наизготовку, она медленно пошла к двери.
— Идите сюда! — закричала она. — Идите сюда, сволочи! Попробуйте взять меня!..
Слим, наклонясь вперед, судорожно сжимал руль. С сумасшедшей скоростью машина Неслась по автостраде, удаляясь из центра города. Уголки его безвольного рта опустились, а бледное костлявое лицо было мокрым от пота. За его спиной ревели моторы и сирены полицейских мотоциклов. До магистрали оставалось не больше километра. Если удастся ее достичь, интенсивное движение и сильный мотор «бьюика» помогут оторваться от погони. Какая-то машина выскочила из боковой улочки, сразу же создав критическую ситуацию. Мисс Блендиш закричала и втянула голову в плечи. Слим вывернул руль, тормоза заскрипели, и «бьюик» пролетел мимо. Но перед его носом на перекрестке загорелся красный свет. Увидев, что Слим не собирается останавливаться, полицейские вновь включили сирены. Машины тормозили и прижимались к обочине. Одна из них не успела среагировать, и Слим зацепил ее, разбив фару. Он выругался, вильнул влево и помчался дальше. Неожиданно для себя он оказался на автостраде. Был поздний вечер. Еще немного и станет совсем темно. Он выпрямился. Вой сирен раздражал его, хотя теперь, когда он шел на полной скорости, он был уверен, что его не догонят. Слим посмотрел назад. Двое мотоциклистов, пригнувшись к рулю, не отставали. С переднего блеснула вспышка выстрела, и он почувствовал тупой удар по кузову машины. Слим выругался.
— Ложись на пол! — велел он мисс Блендиш. — Скорее!.. Делай то, что тебе говорят!
Испуганная девушка юркнула между сиденьями и скорчилась на полу. Слим включил фары, светила лишь одна. Сирены мотоциклов помогали: шедшие впереди автомобили прижимались к обочине. Слим снова посмотрел назад. Один из мотоциклов исчез, второй же упрямо сидел у него на хвосте. Слим начал сбавлять скорость, давая мотоциклисту возможность догнать себя. Он ждал этого со зловещей улыбкой. Полицейский поравнялся с «бьюиком» и что-то крикнул, но за шумом моторов слов было не разобрать. Слим оскалил зубы и крутанул руль влево. Машина ударила мотоцикл и буквально смела с полотна дороги. С трудом удержав руль, Слим видел, как мотоцикл по диагонали пересек шоссе и свалился в кювет, подняв облако пыли. Слим выровнял свою машину и устремился в наступающую ночь. Вой сирены затих, и теперь он мог подумать о том, как быть дальше. Он понимал, что теперь он беглец, которому никто не предложит кров. Девушка страшно стесняла его, но он ни на секунду не помышлял о том, чтобы избавиться от нее. Слим кинул взгляд на указатель топлива: бак почти полон. Но куда податься? Будущее было окутано мраком.
Протянув руку, он дотронулся до плеча девушки.
— Все в порядке. Можешь подняться.
Мисс Блендиш уселась рядом с ним, прислонясь к дверце и устремив взгляд в темноту, где перед ними бесконечно струилось полотно дороги. Прошло уже часов пятнадцать без наркотиков, и ее голова немного прояснилась…. Она силилась вспомнить, как попала в эту машину. Неясно мелькнуло лицо маленького человечка, залитое кровью. Но и оно, и дальнейшее было каким-то нереальным, туманным. Она вопросительно посмотрела на С лима.
— Нас хотят поймать, — попытался объяснить Слим создавшуюся ситуацию. — Скоро начнется облава по всему штату. Мы с тобой в одной лодке, и нам негде спрятаться.
Мисс Блендиш ничего не поняла, но его визгливый голос вызвал у нее дрожь. Слим привык к ее молчанию, хоть сейчас хотел, чтобы она отвечала. Если бы только она могла ему помочь! В ближайшее время полиция перекроет все вокруг, особенно национальное шоссе. Нужно свернуть на боковую дорогу. Была бы здесь мамаша, она что-нибудь придумала бы. Вскоре они достигли перекрестка, и Слим свернул на второстепенную дорогу. Они пересекли железнодорожные пути и оказались на проселке. По нему они вскоре добрались до лесистой местности. Прошло уже несколько часов с тех пор, как они покинули город, и Слим почувствовал сильный голод. Увидев сбоку огни какого-то строения, он решил рискнуть. Ухабистая дорога привела их к ферме.
— Я поищу чего-нибудь пожевать, — Слим положил руку ей на плечо. — Подожди меня. Не убегай. Теперь мы не должны расставаться. Сиди здесь и не шевелись.
Он выбрался наружу, осторожно прикрыв за собой дверцу. Потом вытащил револьвер и подкрался к освещенному окну. За столом сидело трое: толстый мужчина лет пятидесяти, в рабочем комбинезоне, женщина с тонким лицом и красивая блондинка лет двадцати, видимо, их дочь. Они как раз собирались ужинать, и при виде блюда с мясом, поставленного на стол, у Слима потекли слюнки. Он подошел к двери и медленно повернул ручку. Дверь распахнулась. Хозяева повернули головы в его сторону. Ужас, который сковал их, вызвал у него идиотскую улыбку, напугавшую бедняг еще больше. Сверкая желтыми глазами, Слим направил на них револьвер.
— Не шевелитесь. Я ничего вам не сделаю плохого, — предупредил он. — Я возьму это, — он схватил блюдо с тушеной говядиной. — У вас есть телефон?
Мужчина повернул голову в сторону аппарата, стоящего на столике у стены. Слим подошел к нему и вырвал шнур из гнезда.
— Он вам не потребуется в ближайшее время, — проговорил он. — Забудьте о том, что меня видели. — Он повернулся к девушке и внимательно осмотрел ее. Рост и комплекция были почти такие же, как и у мисс Блендиш. Он ткнул ей в грудь револьвер. — Дайте мне ваше платье. Живо снимайте его!
Девушка побледнела и посмотрела на отца.
— Ты что, хочешь, чтобы я тебя застрелил?! — крикнул Слим.
— Делай то, что тебе велят, — сжав зубы, сказал отец.
Девушка встала, потянула молнию и сняла платье. Она едва держалась на ногах, дрожа всем телом.
— Давай его сюда! — приказал Слим.
Она бросила. Слим сунул платье под мышку.
— Сидите спокойно и без шуток! — предупредил он. Держа жаркое перед собой, он попятился к выходу…
Когда Слим положил платье на колени мисс Блендиш, она недоуменно посмотрела сначала на него, потом на одежду.
— Это тебе, — пояснил он. — Как раз по размеру. Мне противно смотреть на тебя, пока ты в костюме этого негодяя. — Он поставил блюдо с едой между девушкой и собой.
Проехав километра два, Слим остановился, внимательно осмотрелся и прислушался. Не обнаружив ничего подозрительного, сказал:
— Теперь можно и пожрать. Запах просто одуряющий, — грязными пальцами он схватил кусок мяса и стал, чавкая, с жадностью жевать. Мисс Блендиш, отодвигаясь от него, забилась в угол.
