— Девушка меня очень беспокоит. Ужасно, что с ней приключилось. Три страшных месяца наедине со Слимом…
— Да… — Бреннан допил кофе. — Но наркотики, которыми ее пичкали, должны были притупить чувства. Из-за этого мне ее особенно жалко. Она уже отравлена и, насколько я знаю, вряд ли уже сможет стать нормальным человеком.
— Ее отец того же мнения. Я это понял, когда он сказал, что предпочел бы видеть дочь мертвой.
Они продолжали неторопливый разговор, а время шло. В двадцать минут первого ночи агент, дежурящий на коммутаторе, передал Бреннану новое сообщение. Капитан передал бумажку Феннеру.
— Найдена машина Гриссона. Он бросил ее на дороге в Пикхилл. Можно подумать, что они ушли в лес. — Он склонился над картой. Поколдовав над ней, поморщился: — Да… Сплошной лес. Правда, там есть две фермы. — Он повернулся к дежурному: — Узнайте, есть ли на фермах телефоны. Если есть, позвоните туда и предупредите, что Гриссон может появиться там с минуты на минуту.
Инспектор исчез и появился через пару минут.
— На ферме Хэммон телефона нет, и она самая отдаленная, а вот у Уайтов телефон имеется.
— Позвоните им и предупредите об опасности.
— А если немедленно отправиться туда? — спросил Феннер. — У меня просто зуд в ногах, я не могу ждать спокойно.
Но им пришлось ждать до пяти часов утра, прежде чем было получено новое сообщение.
— Они на ферме Уайтов, — доложил агент. — Десять минут назад старый Уайт видел, как Гриссон выходил из риги за водой.
— А девушка? — Бреннан подошел к телефону. — Дайте мне трубку… Говорит капитан Бреннан. Что там у вас?
— Сержант Донахью у телефона, сэр, — ответил голос на другом конце провода. — Следов девушки не обнаружено. Мы обыскали ферму, но не нашли ее. Продолжить поиски?
— Ждите меня, — приказал Бреннан. — Если появится Гриссон, патронов не жалеть, а пока не показывайтесь. Я буду через час. — Он швырнул трубку и обернулся к инспектору: — Вызывайте вертолет… — Он бросил взгляд на Феннера: — Поедешь со мной?
— Попробуйте меня здесь оставить, — огрызнулся тот.
Слим внезапно проснулся и вскочил на ноги. В то же мгновение в руке его оказался револьвер. Солнечные лучи, проникающие сквозь многочисленные щели в стене риги, заставили его зажмурить глаза. После тяжелого, кошмарного сна он долго приходил в себя. Вспомнил длинную дорогу через лес в темноте, освещенную ферму, ощупью обнаруженную ригу. Они слишком устали, чтобы идти дальше, но ему стоило немалых усилий заставить мисс Блендиш войти внутрь. С трудом он протолкал ее по лестнице, ведущей на чердак, и бросил на пол. Оглядевшись, закрыл люк и навалил на него кучу соломы. Ему не сразу удалось заснуть, а теперь, проснувшись, едва поднялся. Мучили голод и жажда. Он посмотрел на часы. Пять утра. Возможно, им придется провести здесь весь день, поэтому нужна вода.
Взглянув на спящую мисс Блендиш, Слим сдвинул солому и осторожно спустился вниз, держа в руке оружие. Через щель он начал изучать обстановку. Ферма находилась метрах в пятидесяти от него. Окна были занавешены, вокруг стояла тишина. Уверенный, что в доме спят, он осторожно выскользнул наружу.
Старый Уайт с сыном не отрывали глаз от риги. Сквозь тюлевые занавески они сразу заметили длинную тонкую фигуру с револьвером в руке, появившуюся во дворе.
— Это он! — шепнул старший Уайт. — Позвони в полицию, Гарри, и поторопись.
Слим подошел к цистерне. Подобрав лежащее поблизости ведро, наполнил его и торопливо двинулся назад. А в это время машины, забитые вооруженными до зубов полицейскими, уже мчались к заброшенной ферме. Слим поднялся вверх и закрыл люк. Ему очень хотелось есть, но пришлось ограничиться холодной водой. Напившись, он внимательно осмотрел крышу, прикидывая, как быть дальше. Он уже жалел, что бросил свой «бьюик». Восемь километров, проделанные пешком, оказались слишком утомительными, машина была просто необходима. Может быть, на ферме найдется какая-нибудь колымага, которой удастся воспользоваться? Интересно, сколько человек живет здесь? Если они все уйдут в поле, то он совершенно незаметно сможет украсть машину. Слим закрыл глаза. Так прошел час. Вдруг его охватило отчаяние. Он подумал, что же его ждет после смерти. Это было выше его понимания. Он не мог поверить в то, что человек просто-напросто перестает существовать. Он считал, что с человеком что-то происходит, но что?
Мисс Блендиш зашевелилась и приподнялась на локте. Она что-то невразумительно пробормотала. И в этот момент послышался шум винтов вертолета. Рокот приближался. Слим не придал этому значения. Он смотрел на мисс Блендиш. Их взгляды встретились. Глаза девушки округлились, и она, отодвинувшись, поднесла руки ко рту.
— Не шуми, — проворчал Слим, опасавшийся, как бы она не закричала. — Не шуми. Я тебя не трону.
Шум винтов вертолета усиливался. Казалось, тяжелая машина вот-вот обрушится прямо на них. Сердце Слима замерло. Наконец, он сообразил, что происходит. Он вскочил на ноги и, открыв люк, соскользнул вниз. Приоткрыв дверь, он выглянул наружу. Вертолет с белой звездой Военно-Воздушного Флота США опускался на поле за фермой. Слим понял, что его убежище раскрыто. Он закрыл дверь и задвинул тяжелый засов. Сквозь щель в досках он продолжал наблюдение. Во дворе фермы царил обычный беспорядок. Два старых трактора, телега и тяжелый грузовик представляли собой отличную защиту для нападавших. И тут Слим заметил полицейского в форме, моментально скрывшегося за трактором. Это произошло так неожиданно, что он не успел прицелиться. Слим понял, что его путь подошел к концу.
Еще через несколько минут к ферме подъехал грузовик с радиоустановкой.
— Вы можете поместить несколько человек позади трактора, лейтенант? — спросил Бреннан, беря микрофон.
— Разумеется, — ответил лейтенант Харди. — Я хотел сделать это раньше, но сержант Донахью посоветовал подождать, — он отвернулся и отдал распоряжение.
— И прикажите, чтобы пока не стреляли, — спохватился Бреннан. — Если малышка там, мы не можем позволить себе такой риск.
— Понятно, капитан.
Десять солдат немедленно поползли к трактору и грузовику. Слим, дрожащий от страха, заметил их, когда они преодолевали открытое пространство. Вид комбинезонов хаки, автоматов и форменных фуражек потряс его. Он поднял револьвер, решив, что хотя бы подстрелит парочку солдат. Однако руки не слушались, и он не смог как следует прицелиться. Тогда Слим, ругаясь и проклиная всех на свете, принялся палить не целясь. Фонтанчики пыли поднялись в метре от одного из солдат, и тот, пригнувшись, юркнул в укрытие, остальные последовали его примеру. Бреннан выругался. Подошел Феннер.
— Он еще не выходил из своей норы, — сообщил ему лейтенант. — Ферма окружена.
Феннер, здороваясь, пожал руку лейтенанту.
— Где он находится в настоящий момент? — спросил Бреннан.
— В риге, капитан.
Из-за угла фермы Бреннан осмотрел двор. Разбросанная техника представляла собой отличное укрытие. Зато дальше было абсолютно открытое пространство.
— У него есть автомат?
— Скорее всего, нет, капитан.
— Если он у него имеется, то негодяй может наломать дров. А девушка? Она так и не подавала признаков жизни?
— Нет, капитан. Если бы у него был автомат, он давно уже пустил бы его в ход, — высказал предположение Харди. — Интересно, сколько у него осталось патронов?
Бреннан включил усилитель.
— Эй, Гриссон! Вы окружены! Выходите с поднятыми руками! У вас совершенно нет шансов. Выходите!
Искаженный микрофоном голос разнесся далеко вокруг в это раннее утро. Мягкие безвольные губы Слима растянулись в зверином оскале. Если бы у него только был автомат! Он ругал себя последними словами, что попался в ловушку. Слим подумал о матери. Пит сказал, что она дралась как мужчина. Он поступит так же. У него оставалось пять патронов. Ну что же, пятеро отправятся вместе с ним. Они не возьмут его живым.
Сидя на чердаке, мисс Блендиш услышала выстрелы, а затем властный голос капитана и поняла, что то мгновение, которого она так боялась последнее время, приближается. Она обретет свободу, но ее существование станет сущим адом.
Она подползла к люку и посмотрела вниз. Слим в дверную щель следил затем, что происходит снаружи. Его тощая спина была напряжена, револьвер ходуном ходил в руке, а рот изрыгал ругательства. Во дворе стояла тишина. Он почувствовал направленный ему в спину взгляд и обернулся. Они некоторое время смотрели друг на друга: он, стоящий у стены и дрожащий от страха, и она, лежавшая плашмя на досках. Слим побледнел. Затем принялся ругать девушку последними словами. Обезумевший от страха, он бросал ей в лицо самые грязные оскорбления. Она слушала молча, надеясь, что он кончит ругаться и убьет ее. Она всей силой пыталась внушить ему это, но он только поносил ее, сверля взглядом.
