моя гиря весила побольше, правда?
Пользуясь тем, что Вир не видит моего лица, я скривился на миг, но когда развернулся, то поблагодарил:
— Правда. Спасибо за доверие, глава Вир.
Хотя за что тут благодарить лично мне — непонятно. Четырёхсоставная техника на восемь, Ребел меня возьми, печатей. Полностью для меня бесполезная. Её, даже если сместить очерёдность и заставить Листена переделывать уже с сегодняшнего дня, раньше, чем через две десятицы я не успею начать учить. А ведь и на учёбу, вернее, освоение мне нужно хотя бы три дня. Три десятицы ожидания? Из десяти мне отмеренных?
Надеюсь, Вир не будет устраивать мне промежуточных экзаменов на предмет усвоения его уроков? Может, обойдёмся просто выполненными заданиями?
— Не нравится называть меня господином? — вдруг хмыкнул Вир. — Сегодня ты ещё ни разу не назвал меня так.
Я на миг стиснул зубы, а затем и без счёта до десяти, сделал то, что нужно было. Я повинился:
— Простите, господин.
Губы Вира чуть изогнулись в подобии улыбки:
— Выполни договор, Лиал, пусть Теназ падёт, и мы начнём с тобой новый этап наших отношений.
Я едва не закатил глаза. Да как так-то? Как в клятый договор теперь попал Теназ? Там в отряд этих Гирь входит, как я успел заметить три дня назад, не меньше сотни идаров младшей крови. Пусть тоже участвуют в договоре.
— Повторяю. Повторяю быстрей.
Этот Вир учил точно в стиле Закия. Безжалостно и без оглядки на память и талант ученика. Или всё наоборот? Это Закий нахватался у своего главы?
Уходя, меня терзало несколько мыслей. Моё, будь оно проклято вместе с Ребелом, усиление и прошлое Вира.
С усилением вся беда в том, что, мне кажется, после него тот же таран стал чаще срываться. Да, в горячке битвы мне было не до подсчётов удачных и неудачных попыток, но мне упорно так казалось.
Мне казалось, что у меня снова сместился баланс ихора в моей крови. Но ведь этого не может быть, верно? Я же не хлебал кровь убитых? Но что-то же делает меня сильней в момент убийства врага? И не только меня, но и теней. Ихор Ребела? Одни вопросы, на которые придётся отвечать Молаку и Иралу.
Вторая моя мысль была о Вире.
До этого дня я подозревал, что он один из древних королей. Была у меня такая мыслишка, что он сильный Кровавый, который погасил красноту глаз, выбрался из Ожерелья и живёт в своё удовольствие. Но сегодня этой мысли пришёл конец. Он на моих глазах использовал техники. Значит, был адептом, а не идаром старшей крови. Но… Не ошибаюсь ли я?
То, что я не видел Кровавых воинов, которые были адептами, не означает, что адептов нельзя сделать Кровавыми, и не означало, что в прошлом какой-нибудь король не стал Кровавым вместе со своим младшим братом.
Пока что ясно только одно — Вир не бывший король. Адепты королями не становились ни разу в истории нашего королевства.
***
Вир долго провожал взглядом спину уходящего от него… ученика, должника, орудия?.. Провожал до тех пор, пока тот не свернул, скрываясь от взгляда за шатрами.
Покачав головой, Вир поднял руку. Через несколько мгновений рядом с ним, перепрыгнув ограду тренировочной площадки, стоял Кровавый.
— Господин?
— Немедленно отправляйся в форпост. Вытряси все детали из местного Кро… Там же есть кто-то из Кровавых?
— Да, господин. На позапрошлом совете…
— Избавь меня от лишних знаний. Вытряси из него все детали по Лиалу, пройдись сам по его следам.
— Что мне искать, господин?
— Всё. Я хочу знать, как он это провернул. Он не должен был выполнить это задание, я поставил ему невыполнимую задачу, а он принёс мне полную горсть жетонов. Я должен знать, как он это сделал. Какими техниками пользовался, сколько реольцев убил, были ли у него помощники и кто, где шлялись в это время его люди, откуда в реольском лагере вообще взялось столько гаэкудж, не получил ли Лиал эти жетоны уже здесь от какого-нибудь падкого на деньги доброхота.
— На часть вопросов я уже могу дать вам ответ, господин.
— Так давай, — Вир осадил Кровавого, но даже не повернулся к нему.
— Вернувшись, Лиал разговаривал только с караульными. Прошёл прямо к вам, даже не смыв кровь.
— Я заметил, — покачал головой Вир. — Как заметил и то, что под кровью и гарью реольский ханбок. Смело и нагло.
— В лагерь с ним приехало всего двое. И они почти не выходят из отведённого им шатра.
— Двое? Здесь что-то не так. У него было больше людей. Где они? Ищи. Сейчас его Дом так богат, что мог бы снарядить с ним и две сотни воинов. Почему он один, как так вышло? Ищи, — повторил Вир. — Отправь кого-то по его следу в Иструм, пусть зададут вопросы и там. Но в форпост отправляйся лично. Мне нужны ответы уже к утру.
— Слушаюсь, господин.
***
Илиот при виде меня лишь поднял брови, а вот Листен начал заикаться:
— Ч-что, ч-то с вами, гос-сподин?
Я отмахнулся:
— Ничего, о чём стоило бы беспокоиться. Где моё место?
— В соседнем шатре, господин. Идёмте, я там всё приготовил.
Но только я откинул полог, как меня едва не оглушил рёв одного из тех, с кем мне придётся делить шатёр:
— Парень, да твоя наглость не знает границ! Ты бы хоть обмылся, чего ты тащишь эту вонь и грязь к нам? Вон, пошёл вон отсюда!
Илиот шагнул следом за мной, рявкнул:
— Рот закрой!
— Чего ты сказал? Ты наглость поумерь, Илиот, больше за тобой нет Великого дома, а слуга должен знать своё место, отвыкай от прежних замашек, — поднявшийся из-за стола в углу шатра волосатый мужик ухмыльнулся и спросил меня. — Твой слуга, грязный и вонючий гость?
Я на миг задержался взглядом на его гербе, каком-то лохматом и зубастом звере. Напрягая память, я мог бы вспомнить уроки сабио Атриоса и именование Дома этого человека, но не стал этого делать. Я устал, хочу наконец смыть с себя грязь и запах чужих смертей, да и есть ли мне до этого какое дело?
Не принц, не родственник одного из Первых домов и ладно.
Поэтому мой взгляд сразу же пошёл ниже, на пояс этого наглого и крикливого.
Пустота.
Я всё же уточнил:
— Твой ранг в армии… достопочтенный?
Тот ухмыльнулся:
— Обращайся ко мне — ваша милость.
Я невольно фыркнул:
— Ну, хоть не ваше сиятельство.
— Я не беру на себя лишнее, но что моё, то моё.
Илиот словно невзначай заметил:
— Тогда когда
