Ну что с таким будешь делать?
94. Рассеянный
Жил некогда один человек, на редкость рассеянный и суматошный. Как-то раз собрался он пойти в храм бога Инари[151] на праздник и говорит своей жене:
— Жена, завтра я пойду в храм бога Инари. Приготовь мне с вечера моти на дорогу. Мне идти далеко.
Утром он встал рано, до рассвета. Жена еще лежала в постели.
— Жена, а жена! Где моти?
— У окна.
А ему послышалось: «У очага!»
Пошарил он у очага и нашел круглый горшочек, в котором жена держала краску — зубы чернить[152]. Впопыхах он решил, что отыскал моти.
— Жена, а жена! Где платок — завязать моти?
— На полочке.
А ему послышалось: «На постели».
Поискал он на постели, нашел широкий женин пояс и думает — платок. Завязал в него горшочек и привесил к поясу. А за пояс вместо ножа деревянный пестик засунул.
— Жена, а жена! Где моя плетеная шляпа?
— Поищи на кухне.
Поискал он на кухне, нашел соломенную корзину и надел ее себе на голову.
Потом стал обуваться. На правую ногу надел носок, а на левую забыл. На левую ногу надел сандалию, а на правую — забыл. Так и вышел из дома.
Идет рассеянный по дороге. Начал день заниматься. Попалась ему на пути деревня, а люди там показывают на него пальцами и смеются.
— Глядите! Глядите! Вот идет какой-то чудак с корзиной на голове. И откуда только у него такая невиданная шляпа?!
Он подумал: «Про кого это говорят?» Оглянулся назад, никого нет. «Неужели про меня?»
Снял шляпу, взглянул — вот тебе и на! Да это не шляпа, а корзина! Забросил он ее подальше в траву.
— Смотрите, как этот прохожий обулся. С пьяных глаз что ли?
Поглядел — правда. Отошел он от деревни, разулся, забросил в траву носок с сандалией и пошел босиком.
Опять деревня на дороге. Люди на него показывают:
— Смотрите! Берегись, заколет! Вот чудак, пестик за пояс заткнул!
Посмотрел и в самом деле у него за поясом деревянный пестик. Отошел он от деревни и забросил пестик в поле.
Пришел рассеянный в храм, видит: у ворот храма амулетами торгуют. Было у него с собой сто монов. За амулет хотел он отдать три мона, а на остальные выпить и погулять, да опять впопыхах ошибся. Три мона оставил себе, а девяносто семь бросил в ящик для сбора денег. Что будешь делать? Взять назад совестно, а на три мона не попируешь. Пошел он за горку позади храма, где народу не было. Развязал узелок с едой, смотрит — а там пустой горшочек.
Схватил он его да как швырнет с досады! Покатился горшочек, ударился о камень и разбился.
Стал рассеянный сворачивать платок — что это? — длинные завязки болтаются. Посмотрел — а это не платок, а женин нижний пояс. Бросил его рассеянный, точно обжегся. Стал искать, чем подпоясаться, да вдруг видит: халат-то на нем надет шиворот-навыворот. Ахнул рассеянный и побежал с горки подальше от людей. А есть, как на грех, все больше хочется. Не до праздника ему стало, не пошел в храм на представлением поглядеть, а повернул домой.
Попалась ему по дороге лавка. Выставлен перед ней белый камень, похожий на рисовую лепешку, в знак того, что здесь торгуют лепешками.
Спросил рассеянный:
— Сколько лепешка стоит?
Ему говорят:
— Три мона.
«Куплю, — думает, — одну. У меня как раз три мона осталось». Положил деньги, схватил камешек и пошел. Удивился продавец, закричал ему вслед:
— Стой! Это не лепешка, а камень! Настоящую лепешку я тебе сейчас дам.
Куда там! Рассеянный подумал, что с него еще денег просят. Крикнул:.
— Я же положил тебе три мона! — и побежал со всех ног.
Продавец хотел было догнать его, да не смог.
Отдышался рассеянный, положил лепешку в рот и крак! — сломал зуб. Глядит — а это не лепешка, а белый камень. Бросил рассеянный его в реку и еще скорей побежал домой. Бежит он, злой, голодный, и думает: «Жена во всем виновата! Не сумела собрать меня в дорогу как следует. Приду домой, я ей покажу!»
Вбежал он в дом и кричит с порога:
— Ах ты негодница! Осрамила меня, на весь свет ославила.
— Ты чего ругаешься, сосед? Чем я тебя осрамила?
Глянул — а это не его жена, а соседка, и дом-то не его, а соседский.
Выскочил он оттуда как ошпаренный. Побежал в лавочку, взял в долг чаю, чтобы с соседкой помириться. Пошел к ней опять, протягивает сверточек чаю:
— Я сейчас нагрубил тебе. Прости, пожалуйста.
А она в ответ:
— Как же ты рано вернулся! Никогда еще этого не бывало.
Поглядел — а это его жена! По ошибке он в собственный дом вбежал. Делать нечего, отвечает рассеянный жене:
— Да там ничего любопытного не было. Не на что и глядеть. Решил я вместо выпивки побаловать тебя: видишь, подарочек принес. Завари-ка чаю!
95. Отгадай, где мой дом
Давно-давно дочь одного богача поехала купаться в горячих источниках Арима в краю Сэтцу[153]. Случилось так, что некий юноша остановился в той же гостинице, в комнате рядом. Девушка была красавица, юноша очень хорош собой. Они встречались каждое утро, и пошли между ними дружеские беседы.
Но вскоре пришло время девушке возвратиться домой. Хотя они полюбили друг друга, но юноша не знал, как зовут его любимую, где ее дом, и она тоже ничего о нем не знала.
Захотелось девушке открыть любимому свою тайну, но не прямо, а обиняком, и она сложила такое стихотворение-загадку:
Если ты любишь меня, То в селенье Семнадцать Приходи меня навестить У негниющего моста, Где летом плачут навзрыд, Где вкусные ботамоти.
«Если он вправду любит, — думала девушка, — он разгадает самую хитрую загадку и придет ко мне. Значит, он меня, достоин. А если не разгадает, то мало в нем проку».
Написала она стихотворение-загадку на бумаге и отдала юноше:
— Вот где я живу, вот как меня зовут, непременно приходи ко мне, — и с этими словами простилась с ним.
Юноша вернулся из Арима к себе на родину. Он очень хотел навестить девушку, но никак не мог разгадать загадку. Как он ни ломал себе голову, сколько ни думал, но ничего на ум не приходило, и он в тоске целыми днями бродил по городу. На самой окраине встретил он одного амма. «Говорят, что амма — мудрые люди», — подумал юноша и решил спросить у него совета.
Услышал амма загадку девушки, сложил руки на груди и задумался: в самом деле, мудрено! Вдруг он хлопнул в ладоши:
— А-а, понял! «Селенье Семнадцать» — это село Вакаса — Молодое[154]. Негниющий мост, разумеется, Каменный мост. А кто плачет летом? Цикады-сэми. Значит, возле Каменного моста стоит дом господина Сэмия. Пирожки ботамоти иначе зовутся охаги. Имя девушки о-Хаги-сан. Ищи девушку о-Хаги из дома Сэмия, и все тебя поймут, — научил он юношу.
Обрадовался юноша, поблагодарил амма и сразу же отправился в село Вакаса. Стал расспрашивать, и в самом деле у Каменного моста стоит дом некоего Сэмия. Перед домом большие ворота, возле дома множество кладовых, а вокруг идет высокая белая ограда. Видно, что хозяин — неслыханный богач.
Опечалился юноша. Разве в такой дом примут зятя без рода-племени? Остановился он в гостинице и целый вечер думал: как ему быть? На другой день, едва занялась заря, явился он к воротам дома Сэмия и давай подметать метлой улицу.
Наконец выглянул сторож. Видит — перед воротами ни пылинки, дорога чисто подметена.
Удивился сторож:
— Вот-те раз, кто-то непрошеный улицу подмел. Может, хотел пристыдить меня?
И на другое утро, и на третье — словом, три раза подряд все было чисто подметено, убрано.
