оружию.
— Понял. Не буду.
— Это не шутки, господин, — серьёзно проговорила Мефиер, словно не могла успокоиться. — Подобные вещи со временем сливаются с хозяином. Подстраиваются под него. Не только под тело, но даже под мысли. Словно чувствуют, чего от них хотят. Вы должны стать с хопешем единым целым. Оружие — это вы, а вы — это оружие. Если другие люди станут касаться его или тренироваться с ним, что ещё хуже, этого не произойдёт, и ваш клинок останется всего лишь обычным мечом. Мощным, но не более того.
— Убедила. Никому не дам с ним играться. Как шехир-то закачивать?
— Сразу не получится. Меч должен вас почувствовать, привыкнуть к вам. Понять, что вы его хозяин. Тогда установятся энергетические каналы, по которым вы сможете делиться с ним шехиром.
— Говоришь так, словно он, и правда, живой. Ты в это веришь?
Мефиер пожала плечами.
— У меня нет предметов из альмадена. Ими владеют только благородные. Но я многое слышала и работала с теми, кто использовал живой металл. Думаю, что-то в этом есть. Иначе подобное единство хозяина и оружия или Доспеха трудно объяснить.
Я взглянул на хопеш, обвёл его внимательным взглядом, рассматривая изгибы и узоры. Значит, нужно сродниться с этим артефактом. Что ж… Попробуем.
— Я оставлю вас пока одного, господин, — сказала Мефиер. — Приму душ и переоденусь. Вы потренируйтесь с миражами, — она протянула мне пульт от генераторов голограмм. — А когда вернусь, попробуем отработать приёмы, наиболее эффективные для того, чтобы вы с хопешем быстрее почувствовали друг друга.
Наставницы не было минут двадцать. За это время я опробовал все удары, выпады и атаки, которые знал. Клинок никак не реагировал. С другой стороны, чего я от него ждал, собственно говоря? Он и так идеально ложился в руку и был чудесно сбалансирован. Уже это свидетельствовало о том, что хопеш меня «понимал».
Наконец, вернулась одетая в золотой комбез Мефиер. Сняв со стойки меч, она направилась ко мне.
— Господин, это не сражение. Просто тренировка на равновесие, баланс и реакцию. Для единения с альмаденом это самое важное. По крайней мере, насколько мне известно. Нападайте, но не пытайтесь ранить. Меч просто должен занести ваши движения, скорость и всё прочее себе в базу.
— В базу? У него что, есть какое-то хранилище? Такое ощущение, что мы говорим об искусственном интеллекте.
— Не обращайте внимания на слова и формулировки, — качнула головой девушка, описав в воздухе клинком восьмёрку. — У вас в руках божественный артефакт. Одному Сету известно, как и из чего он создан, что в нём есть и чего нет. Суть в том, что, чем больше вы им дерётесь, тем лучше у вас это будет получаться. Плюс вы сможете накачивать его шехиром. Я видела, как владельцы живого оружия с лёгкостью разрубали не только стены и бронетехнику, но также Проклятья очень высокого уровня. Давайте приступать, а то время позднее, а вам завтра в школу.
— Не напоминай! — усмехнулся я. — Лучше тренироваться.
— Одно другому не мешает. Не должно, по крайней мере.
— Да-да. В здоровом теле положено быть здоровому духу.
— Прекрасно сказано, господин, — Мефиер сделала приглашающий к атаке жест. — Прошу, начинайте.
Глава 56
Примерно через сорок минут я почувствовал, что больше не ощущаю хопеш в ладони. Он словно исчез, хотя я ясно видел его, как и прежде. При этом я чувствовал каждый удар так, словно наносил его рукой. Похоже, клинок стал продолжением меня. Как только эта мысль пришла в голову, я обратился к потокам шехира и попробовал пустить энергию в клинок так, словно это была часть моего тела. Металл засветился голубым! Сначала слегка, а затем ореол окреп и выровнялся.
— Отлично, господин! — одобрила Мефиер. — Попробуйте добавить ещё энергии.
Так я и сделал. Хопеш вспыхнул и засиял подобно холодному факелу в моей руке.
— Вам нужно понять, сколько шехира расходовать на разрушение каждого препятствия, чтобы не тратить лишнего, — сказала Мефиер. — Это достигается опытным путём. Идёмте в зал с пробниками.
Так называлась комната, где были собраны блоки из различных материалов. Ну, и в нескольких размерах, конечно. Под руководством наставницы я рубил один пробник за другим — известняк, гранит, песчаник, железо, сталь, броню.
— Осталось только испытать клинок на Проклятье, — сказал я в конце, когда ничего не осталось.
Помещение было завалено обломками, и девушка вызвала рабов, чтобы убрались.
— Думаю, на каменоломне у вас скоро появится подобная возможность, — сказала она. — Если, конечно, вы начнёте сами туда летать. Берите оружие с собой. Не только ради этого, но и чтобы защититься в случае необходимости. Под бурнусом или джеллабой оно практически не будет заметно. А сейчас вам нужно отдохнуть. И выспаться. Завтра непростой день.
Господи, да ладно вам! Что я, в школу не ходил, что ли? Другое дело, что мне туда совершенно не хотелось. Я ж не ботан, мечтающий о контрольных, чтобы показать всем, включая себя, что сложности для неудачников и дебилов. Утешало лишь то, что в местной школе я мог узнать новое о Луксоре и завести полезные знакомства с отпрысками аристократии — на будущее. Уверен, немало контрактов заключается между бывшими одноклассниками и школьными друзьями. К обоюдной выгоде.
Так или иначе, совет Мефиер я послушал. Правда, сначала совершил разорительный набег на холодильник. Набив живот, принял душ и завалился в постель. Сытый и разморённый. Глаза буквально закрывались, и сопротивляться я не стал. В конце концов, лучше быть с утра в форме, чем клевать на уроках носом. От таких мелочей многое зависит. Получишь в первый день кликуху «соня» — и всё, до конца школы с ней будешь ходить. Оно мне надо? Ахенатон из рода Кормон отзывается только на «Шакал». И то, лишь когда убивает Проклятых!
Разбудил меня слуга. Тот же, что приходил прежде. Видимо, его закрепили за мной. Звали паренька Зор, и был он совершенно чёрным, как неочищенная нефть. Только белки глаз и зубы сверкали на лице. Ну, и серьга-коммутатор, по которой он получал сигналы, которые отправляли члены семьи, конечно.
— Господин, пора вставать! — проговорил он, наклонившись надо мной. — Я приготовил вашу форму.
— Форму? — спросил я спросонья. — Ах, да, точно!
